— Девятнадцатое… Июля.
— Понятно, — я поморщился не без досады. Специалист Сед Как Лунь, засылая меня в прошлое, ошибся на сутки.
— А год какой, знаете? — спросил у меня до того молчавший юноша.
— Какой? — спросил я с опаской. В самом деле, если «цивилизаторы» ошиблись на день, они вполне могли ошибиться и на год. Что же мне здесь делать, имея в теле медленный яд, который сработает через двадцать четыре дня?!
— Две тысячи шестой, — ответил юноша, а его спутники неожиданно рассмеялись. То есть юноша как бы пошутил надо мной.
— Ты, я вижу, приколист? — заметил я. — Хочешь, я тебе клык расшатаю пальцем и выну без анестезии? Вместе посмеёмся…
Молодой человек посерел лицом. Друзья его тоже примолкли.
— Реформа календаря у вас уже была? — Мне совершенно необходимо было определиться с отсчётом времени, чтобы вечером двадцатого июля перехватить Наташу возле её дома на Арьергардной улице.
— Чего-о-о?!
— Так, реформы значит, у вас не было, — догадался я. — Как вы считаете время? Сколько часов в сутках?
— Двадцать четыре.
— Покажите часы!
Юноша вытянул руку. На его запястье была небольшая железка на кожаном ремешке. Две стрелки — короткая и длинная — располагались поверх циферблата с арабской цифирью. Вот хрень-то! Как раз в этой древней системе отсчёта времени я постоянно путался и ещё в школьные годы не мог правильно переводить в цивилизованные стандарты.
Насчёт времени надо будет подумать на досуге. Как бы завтра вечером не вышло какой ошибки из-за моего неумения считать в древней системе расчёта времени!
— Последний вопрос, детишки! Где тут у вас можно золото продать?
Четыре пары бессмысленных глаз вперились в меня, а четыре глотки смачно выдохнули:
— Золото?!
— Ну да, золото… Аргентум… Благородный металл плотностью девятнадцать грамм на сантиметр кубический… Граммы и сантиметры у вас ещё не отменили?
— Н-на углу Зины Портновой и Ленинского — сберкасса. Там есть покупка и продажа мерного золота, — пробормотал смешливый юноша, которому я пообещал расшатать зуб пальцами.
— Это где такое место?
— На углу улицы Зины Портновой и Ленинского проспекта…
— Ты тут не умничай! Лучше пальцем покажи, — строго посоветовал я.
Юноша так и сделал. Ткнул пальцем куда-то позади меня. Там, в некотором отдалении, находился невысокий убогого вида дом в пять этажей.
Я отправился в указанном направлении и скоро вышел на зелёную улочку, по которой резво мчались страшно рычавшие экипажи. Местная технология явно ещё не дошла до создания воздушных подушек — все транспортные средства шуршали по дороге резинотехническими изделиями типа дисков. С минуту, наверное, я рассматривал разнообразные повозки, проносившиеся мимо, и принюхивался к запаху, издаваемому их двигателями. Мой мозг просто отказывался верить в то, что в двадцать первом веке люди всё ещё продолжали бездарно сжигать невосполнимое углеводородное сырьё.
Так вот ты какая, Родина!
В отделение Сберегательного банка, помещавшееся на первом этаже невесёлого вида красного многоквартирного дома, вела убогая лесенка с железными перилами и цементными ступенями. Мне казалось, что человечество научилось обрабатывать мрамор за две с половиной тысячи лет до полёта Юрия Гагарина в космос… В монастырской школе тюремного типа нам говорили, будто Россия всегда была очень богатой страной, но увидев её воочию, я сильно в этом усомнился. А припомнив рассказ Наташи о запахе свиного дерьма в Петербурге… В общем, сделалось как-то очень обидно за свою Родину и своих предков. Может быть, прав был Инквизитор? И нам действительно следует вернуться сюда всем куренем для проведения воспитательно-устрашающей акции среди представителей местной власти? Поотрубать руки-ноги заместителям местного губернатора и предложить устранить указанные замечания в кратчайший срок. Ну, и, разумеется, пообещать вернуться…
На часах в отделении банка я увидел время: четыре двадцать. Только не понять, какой половины дня — первой или второй? Этот двойной счёт по циферблату в дореформенную эпоху всегда сбивал меня с толку своей иррациональностью. Надо же было придумать такую систему счёта! Как сами жители различали, какая у них половина суток?
И как они различали эти половины во время плавания в подводных лодках или полётов в космических кораблях?
Итак, окошки прямо от двери и направо. Толстые стёкла. Типа пуленепробиваемых, что ли? Какие-то оптические штуки на кронштейнах под потолком — элементы видеоконтроля или сигнализации, так надо понимать. Воздух внутри куда прохладнее, чем на улице. Стало быть, местная цивилизация уже дошла до систем кондиционирования.
Встал в очередь. Даром я, что ли, с отличием сдавал зачёты и экзамены по курсу «Легализация»? Законы страны пребывания следует знать, уважать и подмечать. Так-то!