Ловцы душ: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   - Обещаю, - улыбаясь, ответила я.

   - Мы проведем вместе много-много вечеров. Тебе не будет скучно. А потом, когда встанешь на ноги, будем бродить по улицам, говорить, говорить, говорить... Я знаю, мне понравится дружить с тобой. И я сделаю все, чтоб вернуть тебя... - она осеклась, - к прежней жизни.

   Я замолчала, обдумывая ее слова. Она волнуется, голос срывается. Неужели мне повезло встретить такое искреннее сочувствие в наше сложное время?

   - Ну, теперь отдыхай, а я приду еще вечером, и вообще, буду приходить часто, хорошо?

   Я снова моргнула.

   Она ушла, а я еще долго улыбалась, смакуя в уме подробности ее визита, вспоминая ее глаза, голос, теплые пальцы. Как же так? Почему у меня такое отношение к ней? Очевидно, от шока. Другого объяснения не было.

   Настроение поднялось, и даже травмы уже не так беспокоили. У меня появилась надежда. Сны больше не тревожили, напротив, в них мне было хорошо и уютно, я смеялась и чувствовала тепло и заботу кого-то близкого, родного. Проснувшись, долго не могла избавиться от ощущения, что меня ждут и любят. Впрочем, если это последствия шока, то всем бы такие. Я была почти счастлива.

   Прежние друзья, наконец, соизволили поинтересоваться моей судьбой. В палату их не пустили, но мне принесли записки от них с охами-ахами и пожеланиями выздоровления. Я слушала, как медсестра читает их послания и вспоминала: это от Ольги, вместе учились в институте, потом славно бузили по клубам и дискотекам. Много пьет, курит, громко смеется, часто меняет мужиков, каждый раз переживая разрыв как главную трагедию своей жизни. Одевается ярко, броско, волосы красит в кричаще-рыжий цвет, отчего кажется старше. Раньше часто встречались, по крайней мере, звонили друг другу, делились сплетнями. Хочу ли встретиться с ней сейчас? Прислушавшись к себе, ответила: нет.

   Еще одна записка от Вадима - и снова абсолютная пустота в душе. О чем мы говорили? Сейчас и не вспомнится. А ведь, кажется, он мой друг, и интересуется моим здоровьем искренне. Хотя... После того, как медсестра отнесла им послания от меня с известием о том, что мне придется надолго забыть о нормальной жизни, впереди месяцы больницы, костыли, - от них больше ничего не последовало.

   Вечером приходила Таня. Она сидела на стуле рядом со мной, пила принесенный с собой кофе и рассказывала о себе - как росла, училась, любила и расставалась. О своей подруге, которая погибла недавно, оставив маленького сына на попечение любимого мужа. Практически моя ровесница. Вот ведь как бывает - я выжила в такой страшной аварии, а она не перенесла сердечного приступа... Превратности судьбы. Теперь-то я понимаю, что такое умереть молодой, когда кажется, что впереди еще столько возможностей. Увы, кому-то везет, как мне, а кому-то - нет. Некстати вспомнилось расхожее выражение: "Смерть выбирает лучших". Так я, что же, второй сорт? Обидно. Хотя... Есть в этом толика правды. Как я жила раньше? Бестолково и бесполезно, и наверняка не дожила бы до старости.

   - Зачем я выжила?

   - Да уж не затем, чтобы киснуть и ныть, - решительно ответила Таня. - Все пройдет, перемелется. Заживет. Ты, главное, держись. Я помогу во всем. Буду рядом столько, сколько понадобится.

   - А тебе-то это зачем? - глухо спросила я.

   - Нужно, - ответила она, взяв мою руку. - Ты даже не представляешь, как нужно.

14

 Так вышло, что за свои двадцать пять лет я никогда раньше не лежала в больнице. Редкие походы в поликлинику и вызовы врача на дом - вот и весь опыт общения с медиками. И теперь я - словно путешественница, попавшая в другой мир, другую страну, в которой хоть, благо, говорят на понятном мне языке, постигала науку неподвижного созерцания каждодневной обыденности. Сначала довольно сложно было привыкнуть жить по режиму, большей частью ничего не делая, лишившись общения, увлечений, да и вообще, в принципе, всех привычных занятий. Первые дни в палате я прожила в состоянии амебы, медленно приходящей в себя после пережитого. Резкие перемены всегда сопровождаются растерянностью. Вот и я просто лежала, как спеленутая кукла, пыталась собраться воедино, свыкнуться с мыслью, что жизнь изменилась безвозвратно и прежней Анны не существует, а с новой я не знакома.

   От нечего делать в перерывах между сном и приступами хандры и боли я пыталась адекватно оценить свое состояние и привыкнуть к нему. Прежней Анне претило длительное бездействие - нынешнюю оно вполне устраивало. Я вообще, к собственному удивлению, покорно принимала все, что происходило. Принесли на завтрак безвкусный кисель - прежняя Анна отказалась бы пить, еще и устроила б скандал. Нынешняя Анна покорно выпила и сказала спасибо медсестре.

   Да, кстати, еще одно несовпадение: прежняя Анна умудрялась конфликтовать и наживать себе врагов везде, где появлялась. Что изменилось сейчас? Окружающие были милы и приветливы, хоть и выполняли не самые приятные процедуры. Но главное даже не это... Они искренне заботились, сочувствовали мне. И я стала воспринимать иначе тех, с кем приходилось общаться. Глядя на лица людей, я их чувствовала: мысли и настроение, характер, эмоции - все, о чем раньше приходилось догадываться лишь со слов.

   У меня даже появился поклонник. И я, привыкшая к мужскому вниманию и легко отталкивающая назойливых ловеласов, испытывала что-то сродни благодарности за то, что и тут, в таком неприглядном виде, умудрялась чувствовать себя женщиной. Молодой врач, войдя однажды в палату, бросил на меня быстрый взгляд и покраснел. Смущенно уткнулся в историю болезни, сделал вид, что погружен в чтение. Мне польстило его поведение: значит, я еще привлекательна.

   - Меня зовут Александр Евгеньевич. Буду наблюдать вас. Есть ли какие-то жалобы, пожелания?

   Я усмехнулась. Какие у меня, распятой в гипсовом корсете, могут быть жалобы? Вспомнилась шутка из кинофильма.

   - Есть жалобы.

   - Слушаю, - он нахмурился и с самым серьезным лицом приготовился записывать.

   - Нет счастья в жизни, - вздохнула я.

   Он кашлянул и залился краской.

   - Шутите? Это хорошо. Быстрее поправитесь.

   - А вы хотите, чтоб быстрее поправилась? - поинтересовалась я елейным голоском.

   - Конечно, - он был все так же серьезен. - В этом и состоит наша задача - ставить на ноги пациентов.

   - Тогда отдаюсь в ваши надежные руки, - торжественно произнесла я.

   Он снова кашлянул, но собрался и приступил к осмотру.