Львица: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Она представила момент пробуждения в лагере: взволнованные голоса, растерянные лица. Они захотят пойти за ней — она это знала, — но, уходя из лагеря, Энджел направилась к ближайшей каменистой гряде, так что следов не будет. Она чувствовала себя виноватой. Они все были так добры к ней. Одно за другим перед ней вставали их лица: Джордж Лоуренс, который со своими седыми волосами и трубкой годился ей в дедушки; масай Дэниэл, присоединявшийся к ее играм с Мойо и львятами и говоривший с ней на своем родном языке, так что она чувствовала себя как дома. Ндиси, который прилежно учился вязать, следуя ее указаниям.

И Эмма.

Когда она подумала про Эмму, чувство вины испарилось. Это из-за нее Энджел пришлось уйти. Она вспомнила, с какой резкостью Эмма произнесла: «Я не такая, как Лаура. Извини».

Снова сосредоточив взгляд на холмах впереди, Энджел ускорила шаг. Эмма отказалась ей помогать. Но Энджел сама сможет о себе позаботиться. Девочка перебирала в уме сведения, которые ей удалось получить от Ндиси. Когда она спросила его, где находится станция Дэниэла, так, словно из чистого любопытства, он указал в сторону пологого холма — длинного и низкого, похожего на силуэт крадущегося льва.

— Она вон за тем холмом, вторым отсюда. Ехать туда далеко, потому что дорога идет вокруг холма. Но если идти напрямик, как летит птица, то до нее рукой подать, — сказал Ндиси.

Энджел нахмурилась: она ведь не птица, а маленькая девочка с тяжелым грузом. Она перебросила мешок на другое плечо и посмотрела по сторонам, переводя взгляд с травы на кустарники. Никакого движения, никаких признаков животных. Энджел не боялась идти одна ночью: живя со львами, она почти перестала опасаться животных. Но сейчас, когда львята не трутся о ноги, а впереди не маячит силуэт Мойо — ее мощные задние лапы и подвижный хвост, — ей было очень одиноко.

Она говорила себе, что скоро увидит Маму Киту. Она представляла, как сядет на нее верхом, пристегнув к седлу аккуратно сложенные сумки, а следом будет семенить Матата. Им не будут страшны ни голод, ни жажда, ни одиночество. И сладкого молока будет вдосталь — бери сколько хочешь.

Тяжесть мешка давила на плечо, и казалось, что ее кости вот-вот треснут, а второе плечо она уже давно натерла. Энджел попыталась нести груз на голове, но мешок был полупустым, и края опускались, закрывая ей глаза. У нее было такое ощущение, будто она идет уже целую вечность, но на самом деле только приблизилась к вершине первого холма.

Достигнув наконец подножия холма, Энджел остановилась и вздохнула с облегчением. Вытерев пот с лица, она посмотрела вдаль, на холм, похожий на силуэт льва. Между ней и холмом простиралась широкая равнина, целое поле серо-серебристого цвета, которому не было конца. Расстояние до холма было намного больше, чем казалось из питомника. Застыв на месте, Энджел задумалась. Не вернуться ли ей обратно в лагерь? Если поторопиться, никто даже не узнает, что она пыталась сбежать. Но она знала, что у нее есть только один-единственный шанс.

«Ты упрямая девочка», — напомнила она себе. И это было правдой. Лаура много раз говорила ей об этом. Энджел попыталась найти в себе качество, о котором твердила ее мама. Она представила, как оно растет, словно пламя на ветру. Сестры милосердия тоже считали ее упрямой: мол, если ей в голову взбредет какая-то идея, то она ни за что от нее не откажется. Продолжая идти, Энджел повторяла про себя эти слова как заклинание, которое должно помочь ей на пути.

Не отступать ни за что. Никогда.

Глава 17

Эмма смотрела на небо, похожее на темно-синее море. Над ее головой плыла большая желтая луна. Она прислушивалась к ночи, пытаясь понять, что же заставило ее проснуться. Если не считать размеренного храпа Джорджа, все было тихо. Потом она его услышала — странный звук, похожий на дикий сумасшедший смех, раздающийся где-то за воротами питомника. «Гиена, — подумала Эмма. — Говорят, что она издает звуки, напоминающие смех». Она посмотрела на Дэниэла и Джорджа. Оба мирно спали. Тогда она повернула голову к Энджел. И тут же села, мгновенно проснувшись. На том месте, где спала Энджел, свернулись в клубок двое львят. Никаких признаков Энджел, Мойо или третьего львенка. Она посмотрела на часы. Начало четвертого. Не стоило поднимать тревогу: лагерю ничто не угрожает. Стараясь не шуметь, Эмма встала и надела ботинки.

Она быстро шла среди черных теней, плескавшихся в лунном свете. Ее пижама шелестела, когда одна штанина задевала другую. И вот впереди, возле ворот, показалась большая массивная фигура львицы. Мойо сидела у ограды и, склонив голову, смотрела куда-то вдаль. Львенок сидел рядом, в точности копируя эту задумчивую позу. Но Энджел с ними не было.

Подбежав к ним ближе, Эмма попыталась определить, куда именно смотрит Мойо. Взгляд львицы был направлен на склон холма, расположенного позади лагеря. Оказавшись рядом с Мойо, Эмма остановилась, от страха по спине пробежали мурашки. В лунном свете львица казалась незнакомой и опасной. Ее взгляд, все еще направленный в сторону холма, и ее поза, казалось, таили угрозу. Эмма уже собралась тихонько отступить назад, но в этот момент Мойо повернула голову. Она ткнулась мордой в плечо Эммы — движение было резким и нетерпеливым. Из глубины ее горла донесся рык. Эмма поняла, что Мойо переживает. И что ее приход принес львице облегчение.

Эмма внимательно посмотрела в ее большие горящие глаза зелено-золотистого цвета. Львицу, похоже, это не раздражало. Когда их взгляды встретились, до Эммы дошло, что ее разбудил не крик гиены. Это Мойо ее позвала. И Эмма услышала. По спине пробежал холодок. Она долго смотрела на львицу. В следующее мгновение Мойо толкнула ее снова.

Эмма заставила себя отвести взгляд. Подойдя к воротам, она увидела, что замок снят, а ключ торчит изнутри. Потом она увидела следы ног Энджел на песке за воротами. Они вели в направлении холма, но очень скоро исчезли там, где начиналась твердая земля.

— Где она? — прошептала Эмма.

Она посмотрела вдаль — туда же, куда несколько минут назад смотрела Мойо. Там, едва заметный на фоне черно-серого неба, виднелся тонкий столбик дыма. Он поднимался вверх в неподвижном ночном воздухе с другой стороны холма.

Эмма напрягла зрение. Костра отсюда видно не было, но она представила, как Энджел сидит одна среди ночи, как ее маленькие руки подкладывают в огонь хворост… В ее голове начали возникать вопросы, но она тут же отбросила их и вернулась к своей постели, чтобы взять одежду. Она подумала, не разбудить ли ей остальных, потому что идти одной было опрометчиво. Но Эмма не сомневалась, что Мойо выбрала именно ее. Львица могла бы легко разбудить Джорджа, если бы хотела.

На ходу застегивая рубашку, она вернулась к Мойо. Затем, открыв одну из створок, остановилась, ожидая, пойдет ли львица вместе с ней. Мойо отступила, показывая, что останется с львятами, но издала негромкий подбадривающий звук. Эмма закрыла за собой ворота и направилась к холму.

Женщина шла быстро, благодаря лунному свету она легко находила дорогу. После всех своих тренировок она была в хорошей форме. Энджел, без всяких сомнений, тоже, но ноги у нее были короче; Эмма предположила, что девочка покинула лагерь часа два назад. Непонятно только, почему Мойо так долго ждала, прежде чем отправить за ней Эмму. Наверное, она колебалась и не могла решить, стоит ли мешать плану Энджел. А может, столбик дыма вдалеке заставил ее принять решение. Но ведь это всего лишь животное, напомнила себе Эмма. Львица просто не способна мыслить таким сложным образом. И все же многое из того, что Эмме довелось видеть своими глазами, противоречило этому утверждению. Мойо явно была способна к абстрактному мышлению и прогнозированию будущих событий. И теперь Эмме казалось, что Джордж был прав: Мойо обладала сильной интуицией. Тем самым шестым чувством, которое у людей либо изначально отсутствует, либо было утрачено в ходе эволюции.

Эмма уверенно шла вперед, ориентируясь на вьющийся вверх дым. Когда до склона холма было уже недалеко, она остановилась, чтобы отдышаться и восстановить нормальный ритм сердцебиения. Она уже чувствовала запах костра и видела красные искры, взлетающие вверх вместе с дымом.

Внутри нее нарастало напряжение. Она еще не знала, что собирается делать. Получится ли уговорить ребенка вернуться в лагерь? Сможет ли она привести девочку туда силой, если потребуется? Она и в самом деле не знала, для чего пришла сюда. Казалось, что никаких здравых идей нет. Эмма просто знала, что должна быть здесь и что именно она должна быть здесь.

Наконец Эмма добралась до каменной кромки и остановилась, глядя на костер, который был уже близко. Энджел стояла возле него на четвереньках, ее лицо было освещено. В лунном свете казалось, что ее волосы тоже светятся.

Словно почувствовав присутствие Эммы, Энджел подняла голову. Она молча посмотрела на Эмму своими голубыми глазами, в которых уже не отражалось пламя.

— Мой горшок разбился, — слабым голосом произнесла Энджел и кивнула на горку черепков, похожих на лепестки каких-то странных цветов. — Теперь я не смогу идти. Не смогу приготовить ни рис, ни бобы.

Возле черепков Эмма увидела старый мешок с разорванным дном. Там же была большая лужа разлитой воды и что-то, завернутое в ткань.

— Мешок не выдержал, — пояснила Энджел. — Он был старый. Надо было мне внимательнее на него посмотреть. — Она нахмурилась и повернулась к костру.

— Можно мне присесть рядом с тобой? — спросила Эмма.