Высший класс: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Кирилл, — поспешно вставил Грязнов-старший, — чтоб не забыть: на то, что тебе сказали в УВД, можешь плюнуть, дело уже не у них. Я же обещал тебе, что займусь этим, и, как видишь…

— Да-да, конечно… — Вид у Гроднева снова сделался растерянным, он вдруг обмяк, как воздушный шарик, из которого выпустили воздух. — Простите… Сколько я должен вам заплатить? — Он вопросительно посмотрел на Гордеева.

— Во-первых, не совсем мне, — мягко произнес тот. — Я работаю в десятой юрконсультации, на Таганке… Там мы с вами завтра и встретимся. Заключим, как положено, договор, оформим ордер на защиту, обговорим сумму, которую вы переведете на наш счет… Считайте, что я уже начал работать по вашему делу — непосредственно с этой минуты…

— Кирилл, — вмешался Грязнов-старший, — ты ничего не ешь и, что самое ужасное, не пьешь! Тебе совершенно точно необходимо расслабиться!

— Ты же знаешь, — их гость непроизвольно поморщился, — я не выношу алкоголь… Юрий Петрович, я буду у вас в консультации завтра во сколько скажете. Спасибо вам огромное, что согласились, что…

— Спасибо лучше сказать Вячеславу Ивановичу, — усмехнулся Гордеев. — Это он у нас верный друг и товарищ, всегда готовый удружить родному человечку…

На самом деле он не мог не признать, что где-то, в чем-то Грязнов-старший был, несомненно, прав: три с лишним недели «расслабухи» и безделья — это и впрямь слишком для столь предприимчивого и энергичного господина, каким считал себя втайне и сам адвокат. Да и каким действительно являлся. А уж депрессия, способная возникнуть по этой причине, одним воспоминанием о ней, случившейся с Юрием Петровичем в не столь отдаленном прошлом, вгоняла его в дрожь… К тому же дело Дианы Гродневой — он это чувствовал всей своей адвокатской шкурой — было незаурядным, несомненно интересным: так уж вышло, что за всю его практику — как следовательскую, так и в качестве адвоката — Гордееву ни разу не доводилось сталкиваться с вип-проституцией, вообще ни с одной из представительниц этих высококлассных ночных фей…

— Интересно… — пробормотал он нечаянно вслух. — Интересно…

Вячеславу Ивановичу при этом очень захотелось рассмеяться. Но вместо этого Грязнов-старший сдержался и сделал вид, что ничего не слышал.

Июнь, 2001 г. Диана

Полуденное солнце пробилось-таки сквозь неплотно сдвинутые шторы и медленно, но верно двинулось по комнате, явно преследуя конкретную цель — пристроиться своим тоненьким лучиком на носу крепко спавшей обнаженной девушки, раскинувшейся на широкой софе поверх шелкового покрывала. Даже в таком виде — с плотно сомкнутыми веками, приоткрытым ртом и раскинутыми руками — Диана Гроднева была необыкновенно хороша.

Правильное овальное личико с высокими скулами, свежие пухлые губы, за которыми поблескивала ровная полоска зубов, длинные и густые волосы цвета старой меди, завитые в мелкие кудряшки-спирали, небрежной копной разбросанные по подушке. Но главным достоинством девушки, несомненно, была кожа — удивительно гладкая, белоснежная, почти прозрачная… Даже у рыжеволосых красавиц такая встречается редко. Тем более всего-то в неполные семнадцать, в сущности еще подростковые, когда большинству девушек приходится бороться за чистоту своей кожи самым нешуточным образом.

Однако, глядя на ее крепкую полную грудь и удлиненные, прекрасной формы бедра, вряд ли кто-либо предположил, что Диане Гродневой нет и семнадцати лет: выглядела она юной, но вполне сформировавшейся женщиной — да, в сущности, так оно и было.

Между тем солнечный луч свое дело сделал. Диана поморщилась, резко дернулась и чихнула, одновременно сев на сбитой в комок за душную июньскую ночь постели. И лишь после этого разомкнула наконец густые темные ресницы, бессмысленно глянув перед собой. Глаза у нее оказались ярко-голубыми. Именно так — вначале садясь в постели, а уж потом их открывая, она просыпалась с самого детства, чем всегда необыкновенно умиляла своего отца…

Сегодня из сна она выныривала с большим трудом, чем обычно: сказывалась почти бессонная ночь выпускного вечера. И хотя по ряду причин на Красную площадь вместе с одноклассниками, теперь уже бывшими, Диана не поехала, домой она заявилась где-то около трех утра и еще с час металась по комнате, яростно сдирая с себя ненужное роскошное платье, разбрасывая куда придется чулки с кружевными резинками, так и не пригодившееся белье, впервые в жизни купленное тайком от родителей в секс-шопе на собственные сбережения… Все оказалось напрасным! Какая же она дура была, рассчитывая на этот трижды проклятый выпускной, почти уверенная в том, что Юрочка, увидев ее в этом платье, с этой прической, такую… такую…

«Сволочь! Сволочь! Сволочь!..» — пробормотала Диана, к которой вместе с первыми проблесками сознания вернулось и воспоминание о пережитом ею вчера унижении, и ярость, направленная на эту суку Тамарку, пять лет прикидывавшуюся ее лучшей подругой. Тамарка была единственной, кто знал об особых отношениях, связывающих Диану Гродневу и их классного руководителя, преподавателя физики и астрономии, Юрия Сергеевича Краснова… Не она ли обзывала его проклятым педофилом, увещевая подружку эти самые особые отношения прекратить? Последнее, чего могла ожидать Диана от твари Тамарки — так это того, что именно она и уведет у нее Юрочку… Ну что, что он в ней нашел?! Черная, как головешка, груди почти нет… Разве может она сравниться с ней, Дианой?

Девушка выскользнула из постели и, преодолев расстояние до окна по мягкому красному ковру, раздвинула шторы, впуская в комнату теплый июньский полдень. Затем, словно желая убедиться, что по-прежнему красива, гораздо красивее этой паршивки Томки, подошла к огромному зеркалу, вделанному в шкаф-купе, и некоторое время придирчиво разглядывала свое отражение. Как ни странно, но увиденное ее успокоило — пусть и не до конца, но настроение стало чуть-чуть лучше. В конце концов, хрен с ним, с Юрочкой. Все равно школа и все, что с ней связано, отныне раз и навсегда позади! И плевать ей, по большому счету, и на него, и на Томку, и на пестрящий трояками аттестат. Все равно в этом году поступать она никуда не будет — как бы ни настаивал отец.

Диана еще пару месяцев назад, во время предэкзаменационной гонки, устроенной учителями, твердо решила отдохнуть от любой учебы как минимум год — даже если папочка встанет на уши… Матери-то это точно все равно, лишь бы ее никто не трогал… Она и сама отродясь не любила учиться, благо спорт вывозил…

Вспомнив о Татьяне Аркадьевне, Диана вновь нахмурилась и, отойдя от зеркала, нехотя накинула на себя валявшийся на полу рядом с софой розовый халатик и двинулась к двери: несмотря на настигшие ее неприятности, Диана, как всегда по утрам, жутко хотела есть.

Лина, разумеется, была на кухне, и хорошего настроения Диане это обстоятельство не прибавило: под загадочным взглядом ее темных узких глаз девушка чувствовала себя всегда неуютно. Никакая она была, конечно, не Лина, но ее сложное восточное имя произносить по нескольку раз в день показалось Татьяне Аркадьевне столь затруднительным, что, ко всеобщему удовлетворению, сошлись на Лине. Где родители откопали эту лишенную каких-либо признаков конкретного возраста бабу с неподвижной физиономией китайской куклы — Диана не знала. Но лучше бы они ее не откапывали. С тех пор как Лина поселилась у них в доме в качестве помощницы по хозяйству, вместе с ней поселилась, во всяком случае, по мнению Дианы, какая-то неясная тревога.

Хотя ничего плохого она никому не делала, скорее, наоборот: при Лине квартира академика Гроднева заблестела наконец чистотой и порядком, а готовила она так, что никакому ресторану не угнаться. Но и этот ее загадочный взгляд, и лишенное мимики лицо, а главное, манера абсолютно бесшумно двигаться по дому, возникая словно ниоткуда в самый неподходящий момент, определенно действовали на нервы…

— Вы забыли вчера здесь свой мобильный телефон, — тихо произнесла Лина, одновременно водружая на стол перед успевшей усесться за него Дианой тарелку бекона с яичницей и пододвигая к девушке поближе салат — очередное восхитительное восточное блюдо. — Вам звонили.

Диана молча кивнула и взяла в руки вилку. Еще одно загадочное качество Лины, почти что мистическое: она всегда знала, когда именно понадобится горячий завтрак тому или иному члену семьи Гродневых. Ни разу не было так, чтобы, придя на кухню, Диана была бы вынуждена ждать, пока ее любимый бекон с яичницей окажется на столе.

— Могу я уже убраться в вашей комнате? — Девушка перехватила Линин взгляд и поспешно кивнула: завтракать в обществе домработницы она не любила.

И, дождавшись, когда та выскользнет из кухни, взяла свой мобильник, предусмотрительно положенный Линой на стол. Кто знает, а вдруг Юрочка, одумавшись, позвонил ей?.. Но на определителе был совсем другой номер. И только слегка напрягшись, она вспомнила чей: Элькин! Неужели она решила поздравить ее с завершением школьных мук?.. Не похоже… Не та она девушка!

Поглощая завтрак, Диана одновременно припоминала это свое недавнее знакомство, теряясь в догадках относительно Эльвириного звонка: не такие уж они давние и близкие знакомые, чтобы названивать друг другу с утра пораньше. Интересно, что ей надо?

С Эльвирой она познакомилась месяца полтора назад на дискотеке, и если бы не вмешательство этой красивой белокурой девушки, которая была явно старше ее, Диану наверняка бы побили тогда местные девицы… Конечно, она сама была виновата: нечего шляться по незнакомым местам, расположенным в чужих районах. Но, помнится, вечер выдался просто кошмарный: Юрочка не пришел на свидание — впервые за целый год их отношений. Ни его домашний телефон, ни мобила не отвечали. К тому же свидание он ей назначил почему-то довольно далеко от дома — на Тимирязевской. Там у него вроде бы был один из учеников: Юрочка в свободное от школы время подрабатывал репетиторством.

Прождав почти час на мокром и оттого пронизывающем апрельском ветру, Диана разозлилась, тем более что ждать пришлось прямо у выхода из метро, только изредка забегая погреться в соседнюю палатку, где толпилась целая стая каких-то черномазых. И решительно никому из них, возбужденно галдящих о чем-то на своем языке, не было до Дианы никакого дела… Возвращаться домой? Обиднее не придумаешь! Ждать дальше? Еще чего!

Диана побрела наугад в сторону центра, совершенно не представляя, как убить этот паршивый вечер, и тут-то и наткнулась на заведение, гордо именовавшее себя «ночной клуб», а на деле оказавшееся обыкновенной дискотекой. Деньги у нее с собой были, и, недолго думая, она толкнула толстую тяжелую дверь из оргстекла и вошла внутрь. Вспоминать дальше было неохота: разве она виновата, что судьба наградила ее такой внешностью, из-за которой парни едва ли не с пятого класса пялятся на нее? Ну и, конечно, парочке здешних девиц Дианин успех у местных парней пришелся не по вкусу… Ох, как же вовремя появилась тогда Эльвира!

Поначалу Диана даже думала, что она — хозяйка этого сомнительного заведения, но Эля почти сразу развеяла это заблуждение, сообщив, что просто в здешней охране у нее сразу двое знакомых пацанов. Ее тут знает вся местная шпана и предпочитает не связываться.