Высший класс: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Декабрь 2004 г. Адвокат

Никакой ожидаемой им пробки на въезде в Москву в начале Дмитровского шоссе не было. И данное обстоятельство существенно улучшило и без того неплохое настроение адвоката Юрия Петровича Гордеева, пребывавшего в данный момент за рулем своего «опеля-корса», новенького, но уже хорошо обкатанного. Последнему обстоятельству способствовали частые поездки Гордеева из столицы в Химки, где он уже некоторое время возглавлял филиал юридической консультации, расположенной на Таганке[1].

Конечно, мотаться туда-сюда ежедневно было бы глупо. Поэтому Юрий Петрович и снял в Химках вполне приличную квартирку, в которую постепенно перекочевали некоторые особо любимые им мелкие и не очень вещицы из московского жилища адвоката на Новой Басманной.

Что касается вполне приличного настроения, в общем-то, положа руку на сердце, вовсе не характерного для Юрия Петровича, этому способствовало сразу несколько обстоятельств.

Во-первых, вопреки расхожему предрассудку нынешний високосный 2004 год, от которого оставалось всего-то каких-нибудь три с половиной недели, завершался для Гордеева более чем удачно («Тьфу-тьфу-тьфу! Не сглазить бы…»): начиная с осени клиенты пошли косяком, как рыба на нерест. Пришлось даже отказать нескольким из них, оставив себе наиболее интересные и, разумеется, высокооплачиваемые дела. Как следствие, Юрий Петрович не только выплатил наконец поднакопившиеся долги, но и оставшейся суммы ему должно было хватить минимум на пару-тройку месяцев вполне безбедной холостяцкой жизни.

Во-вторых, будучи человеком предусмотрительным, Гордеев заранее прикинул варианты встречи нынешнего Нового года и, остановившись на наиболее приятном из них — в обществе одной очаровательной молодой особы, приступил к подготовке почвы для осуществления данного варианта. Стартовый момент его вполне удовлетворил: особа явно была не против разделить с адвокатом новогодние радости. Легкое разногласие касалось исключительно того, где именно следует им предаваться. Она настаивала на одном из горнолыжных курортов Швейцарии, не слишком дорогом, к счастью. Он стремился осуществить свою давнюю мечту и встретить 2005-й в Париже… В любом случае дело было на мази.

Наконец, как раз сегодня Гордеев избавился от последнего в нынешнем году клиента, твердо решив дать себе, любимому, передышку. Никаких дел до середины января — решено и подписано!

Юрий Петрович сосредоточился исключительно на дороге, тем более что глазеть по сторонам было незачем. Ничего приятного в том, чтобы разглядывать в самом начале самого зимнего месяца утопавшие в грязи вместо нарядного белого снега обочины, он не находил. Что поделаешь? Глобальное потепление!..

«В Москве не будет больше снега, не будет снега никогда…» Он улыбнулся, припомнив пророческие строчки замечательного поэта Александра Петровича Межирова, написанные, кажется, еще то ли в конце 70-х, то ли чуть позже… Когда-то, на заре туманной юности, Гордеев знавал этого человека очень и очень неплохо: с ним дружили его родители. Юный же Гордеев восторгался не столько стихами, сколько самим Межировым — авантюристом, игроком, отчаянным женолюбом… Средства к существованию Александр Петрович добывал исключительно игрой в бильярд и в карты — разумеется, в подпольных катранах, поскольку в те времена игорные дома были запрещены.

Юному Гордееву он как-то самолично пояснил, что это — принцип, поскольку получать деньги за стихи, с его точки зрения, для поэта позорно… Возможно, говорил правду, а возможно, и лгал. С ним все было возможно! В любом случае старый поэт ныне давно уже проживал в Нью-Йорке и, продолжая зарабатывать деньги все тем же способом, говорят, сумел-таки обзавестись собственной квартиркой на Манхэттене… А вспомнил о нем сейчас Юрий Петрович не только из-за отсутствия снега в его родном городе, страдавшем этим уже не первый год подряд, но и потому, что его последним клиентом, точнее, клиенткой была дама из писательской среды. Даму обвинили в плагиате, и перед Гордеевым стояла задача доказать обратное: а именно, что «плагиатнула» вовсе не известная детективистка, а сама истица, подавшая на писательницу в суд… Задача, кстати, не из легких, с которой он, однако, справился.

Несмотря на то что до встречи с этой своей клиенткой он ни одной ее книжки не читал, а создательниц нынешних детективчиков, даже столь популярных, как упомянутая литературная дама, писательницами и вовсе не считал… Ну все, выкинуть из головы весь этот хлам — и дело с концом! Ни слова больше о делах. И для верности мысленно поклявшись себе в этом, Юрий Петрович Гордеев стал про себя прикидывать остаток сегодняшнего дня, провести который собирался в расслабленности и лени, в обществе поджидавшей его на Новой Басманной бутылки полюбившегося Юрию Петровичу в последний год настоящего французского арманьяка.

И как раз в этот момент зазвонил его мобильный.

Обнаружив на определителе знакомый номер своего старинного друга Вячеслава Ивановича Грязнова, заместителя директора Департамента уголовного розыска МВД, ничего плохого Юрий Петрович не заподозрил. Более того, даже испытал что-то вроде радости: поскольку день сегодня пятничный даже у Славки — и короткий, будет с кем распить упомянутую бутылочку благороднейшего напитка: пить в одиночестве Гордеев не любил, от этого у него почему-то неизменно портилось настроение. Заодно и Саню Турецкого позвать можно… Скажем, часикам к семи вечера. Часы на панели его «опеля» показывали 15.37, так что времени, чтобы свернуть служебные дела, друзьям вполне хватит. Да и сам Гордеев успеет осуществить все задуманное, включая душ и парочку часов ленивого ничегонеделания… Словом, знаменитая адвокатская интуиция на сей раз Гордеева подло подвела — смолчала, подавленная предыдущими приятными размышлениями о ближайшем будущем.

— Слушаю вас, товарищ генерал! — игриво произнес Юрий Петрович, включая связь.

— Привет представителю самого бессовестного сословия на земле, — пробасил Грязнов-старший и фыркнул.

— Не понял… — несколько подрастерялся Гордеев. — Ты это о ком?

Грязнов расхохотался и пояснил:

— Да это я цитирую! Недавно телевизор включаю, а там какой-то разухабистый перец афоризм произносит: юристы, мол, самое бессовестное сословие на земле!

— А-а-а…

— Ты сейчас где? — совсем другим тоном поинтересовался Вячеслав Иванович. — У себя в Химках небось?

— Не угадал, как раз наоборот — в дороге. К Кольцу подъезжаю… А что?

— Отлично! — обрадовался чему-то Слава.

Тревожное предчувствие наконец слабо шевельнулось в душе Гордеева.

— И чем же это так хорошо, что даже отлично? — осторожно поинтересовался он.

— Свидеться бы надо, и чем скорее — тем лучше…

— Слав, если ты приготовился обременить меня очередным клиентом — забудь! — поспешно ответил Юрий Петрович. — Я сегодня двоим отказал уже, и тебе, сразу предупреждаю, ничего не светит! Могу я раз в жизни расслабиться и встретить Новый год по-человечески или как?

— Можешь! — легко согласился Грязнов. — И кто ж тебе сказал, что я посягаю на твою новогоднюю ночь?

— Не сказал, а подсказал, — буркнул Юрий Петрович. — Весь мой жизненный опыт.

— Ну, это ты загнул. — В голосе Вячеслава Ивановича послышалась обида. — Можно подумать, я с тобой встречаюсь исключительно по корыстным соображениям…

— Я этого не говорил. — Юрий Петрович ощутил легкий укол совести по отношению к другу. — И вообще, я сам собирался вас с Турецким вечером к себе зазвать на классную бутылочку…

[1] См. роман Ф. Незнанского «Последняя роль неудачника».