Мортон пребывал в озабоченности.
— По-видимому, придется ставить вопрос на голосование. Впрочем, мы могли бы закрыть клетку металлическим кожухом и установить в нем энергетическую защиту. Это удовлетворит вас, фон Гроссен?
— Разумная мера, — ответил тот. — Однако мы вернемся к тому же самому, перед тем как решиться снять защиту.
Мортон рассмеялся.
— Как только мы тронемся, вы можете обсуждать это вместе с другими хоть до самого окончания путешествия. А у вас, Гросвенор, есть что добавить?
Гросвенор склонил голову.
— Энергетический экран мне кажется надежной защитой, — ответил он.
Спросив в последний раз, имеет ли кто возражения, Мортон приказал людям на клетке:
— Подведите ее сюда, чтобы зарядить энергией.
Двигатели клетки заработали, и Икстл ощутил вибрации в металле. Потом он почувствовал во всем теле приятные покалывания. В нем что-то происходило, замедляя мысли. Когда ему удалось снова обрести контроль над мыслительными способностями, клетка уже нависала над ним, а сам он лежал на твердой поверхности обшивки корабля.
Он встал с рычанием, догадавшись, что именно случилось: он забыл вернуть себе прежнюю атомную структуру после того, как выстрелил из вибратора. Вследствие этого упущения его тело свободно прошло сквозь металлический пол клетки.
— Господи! — воскликнул ужаснувшийся Мортон.
Зрители сцены увидели, как пурпурная тень метнулась к люку и затем исчезла.
Приспособив организм к атомной структуре двух внутренних дверей, Икстл проскользнул в корабль. Он оказался в начале длинного коридора, залитого светом.
Одно представлялось несомненным: в той борьбе, которую ему придется развернуть, чтобы завладеть кораблем, он будет иметь очень большое преимущество и помимо индивидуального превосходства — они не знают, какие безжалостные замыслы он вынашивает.
16
Двадцатью минутами позже Гросвенор, устроившись в аудитории рубки управления, смотрел на Мортона и Лита, что-то оживленно обсуждавших на одном из уступов, ведущих к основной секции приборной панели.
Переполненный зал гудел. Не считая часовых, расставленных на ключевых постах, все были приглашены принять участие в собрании. И все они находились здесь, в самой аудитории и прилегающих к ней проходах: военные и их командиры, ученые, административный и технический персонал.
Прозвенел звонок. Мало-помалу разговоры прекращались. Звонок прозвенел еще раз. Воцарилась тишина. Капитан Лит выдвинулся вперед.
— Похоже, джентльмены, — сказал он, — надолго нас в покое не оставляют, вы не находите? Я подозреваю, что мы, военные, раньше имели неправильное представление об ученых. Я, например, был убежден, что они проводят всю жизнь в своих лабораториях, вдали от какой-либо опасности. Теперь я начинаю думать, что они обладают присущей только им способностью вызывать молнию там, где небо совершенно чистое.
Он помедлил мгновение, затем продолжил с тем же, немного суховатым, юмором:
— Мортон и я, мы оба пришли к согласию в том, что одним лишь военным не справиться с положением, каковое к настоящему моменту сложилось. До тех пор пока монстр продолжит разгуливать на свободе, каждый должен сам себе стать охранником. Вооружитесь, передвигайтесь только по двое или группой… Чем больше вас будет, тем лучше.
Он обвел аудиторию взглядом, затем заговорил уже серьезным тоном:
— Я допускаю, что еще не все в полной мере осознали, в какой опасности мы оказались. Не исключены жертвы. Возможно — я. Возможно — вы. Нужно смотреть ситуации в лицо и привыкнуть к мысли о том, что мы подвергаемся смертельному риску. И тем не менее, если судьба сведет вас с этим чудовищем, защищайтесь до последнего вздоха. Постарайтесь добиться своего. Не страдайте и не погибайте понапрасну.
Он оглянулся на Мортона.
— А сейчас начальник экспедиции проведет обсуждение, касающееся использования против врага огромного научного потенциала, собранного на корабле. Вам слово, мистер Мортон.
Мортон вышел вперед.
Его высокая фигура смотрелась не так внушительно на фоне гигантского пульта управления, перед которым он остановился. Серые глаза оглядели зал, вопросительно задерживаясь на каждом, словно он хотел оценить настроение людей. Он занял место капитана Лита, затем сказал:
— Я перебрал в памяти всю цепь случившихся событий и, кажется, имею право утверждать, что никто — включая меня самого — не может считаться ответственным за появление монстра на борту. Мы решили, если вы помните, поместить его в электромагнитное поле. Эта предосторожность удовлетворила всех критиков, и достойно сожаления то, что она не была принята вовремя. Вследствие этого факта монстр проник на корабль по своей воле и тем способом, который мы не могли предвидеть.
Он помолчал. Снова осмотрел все лица.