На вопросы Капелова и Муреля, кто он такой, он дал точные сведения, назвав село, район и округ.
На несколько поспешный, наивный вопрос Муреля, насколько глубоко сидит в нем чувство собственности, он ничего не ответил.
На вопрос, есть ли вблизи его села или в селе колхоз, он ответил, что вблизи нет, а есть за десять километров, очень небольшой.
Капелов спросил, бывает ли он в нем, слышал ли что-нибудь о нем?
Крестьянин ответил, что не был ни разу и знает о нем только понаслышке, со слов односельчан.
Мурель спросил, почему он не идет в колхоз, ведь коллективное хозяйство проще, полезнее и даст ему больше выгод, нежели непосильная возня со своим маленьким хозяйством и своей сошкой. Крестьянин ничего не ответил.
Капелов спросил, сколько раз ему предлагали пойти в колхоз? Крестьянин ответил, что один раз.
Капелов спросил, в какой категории он числится: середняком или бедняком? Крестьянин ответил, что бедняком.
Больше ничего особенного крестьянин не сказал, и выудить из него ничего нельзя было.
— Что же нужно, — спросил его Капелов, — чтобы вы вошли в колхоз?
Этот вопрос почему-то понравился всем присутствующим. Некоторые даже громко выразили удовлетворение и высказали интерес к тому, что будет дальше.
Один даже не удержался и сказал, несмотря на то, что говорить никому, кроме Капелова и Муреля, не было разрешено:
— Вот это действительно самый важный вопрос. Вот это действительно постановка вопроса!
Крестьянин обвел присутствующих равнодушным взглядом, как на суде, и ничего не ответил.
Его молчание явно нарушало правильное течение опыта. Присутствующие начали томиться. Некоторые стали выражать нетерпение и даже открыто порицать крестьянина:
— Собственник!
— Закоренелый собственник!
— Вы посмотрите на его глаза!
— Такой умрет, а землишку свою не отдаст!
— И корову свою не отдаст!
— Нет, не на такого напали!
— Бедняк! Хорош бедняк!
— Нет, что ни говорите, собственность — это вековое чувство. Его легко не выбьешь!
— Может быть, следующее поколение будет лучше, да и то гадательно… На это, во всяком случае, рассчитывать нечего…
— Нет, он в колхоз не пойдет, хоть вы его режьте на части!
— Действительно, нашли человека, который пойдет в колхоз! Очень ему нужны колхозы, совхозы или коммуны! Он хочет жить, как его дед и прадед. Что, хорошо жить по-старому?
— Ты, эй, ты, дядя, скажи, хорошо жить по-старому?
Крестьянин молчал. Его молчание явно раздражало присутствующих, и упреки превращались в прямую ругань.
— Ну, конечно, ничего другого ожидать нельзя было! Весь мир знает о том, что такое крестьянское собственничество! О кулаках уж нечего говорить. Но и середняки и даже бедняки — собственники! О, деревня! Вы еще не знаете, что такое деревня! Это вековое. Это не так легко переделаешь. Вы посмотрите, как он сидит!
— Ему хоть бы что! Выражение глаз какое!