— Красивый город.
— Но для иностранца мне в январе показалось холодновато. Однажды я забрел в чайную на улице Мальты. Там на полу лежали теплые подушки, пахло свежезаваренным чаем и благовониями. Хозяевами чайной были иранцы — беженцы от режима аятоллы. Мы стали хорошими друзьями.
На лице Рашида, подобно пластиковой маске, появилась искусственная улыбка.
«За столько лет это стало для него привычным делом, — думал Грин, — и быстро его не возьмешь».
— Многие из моих новых друзей пробирались через горы в Турцию, — тихо продолжал Грин.
Улыбка стала медленно сползать с лица консьержа.
— Я слышал штук двадцать подобных историй, — говорил Грин. — И ни у кого из них не уходило на это больше четырех дней.
Рашид громко рассмеялся.
— Через горы много путей, детектив.
«Ну, пусть немного покуражится», — решил про себя Грин.
Он раскрыл папку на месте первой желтой закладки. Хотел, чтобы Рашиду стало видно, что он читает часть, озаглавленную «Досье заявителя в годы проживания на родине».
— Детектив, — начал Рашид, внимательно глядя на папку, — этот вопрос решался на слушании моего дела…
— Где вы полностью отрицали принадлежность к ненавистной шахской гвардии САВАК.[14] Отрицали, что работали на Нематоллу Нассири, возглавлявшего эту организацию.
— Разумеется…
— Разумеется. — Грин продолжил читать. — Нассири был отправлен в Париж при содействии сочувствующих ему военных из иранских военно-воздушных сил. Не так ли?
— Кажется, я что-то слышал об этом, — поддакнул Рашид.
Грин перевернул еще несколько страниц.
— Итак, вы инженер-строитель по образованию.
Рашид молча наблюдал за ним. Грин вновь заглянул в фолдер.
— Попали в Канаду из Франции.
— Как вы сами сказали, детектив, в Париже много таких, как я.
Грин перестал листать страницы, остановившись на той, где было написано: «Доказательства применения пыток».
— Мистер Рашид, многих из моих парижских друзей пытали. Мне довелось видеть страшные шрамы.
— Нам всем пришлось через это пройти.
Грин глянул на Рашида и, облокотившись на стойку, подался вперед.
— Однако у вас их нет и никогда не было. Или я ошибаюсь?
— Детектив, прошу вас… — Рашид не знал, куда спрятать глаза. Грин почувствовал, как тот вспотел. — Я не украл ни цента у этой страны, не пользовался государственным пособием. Меня ни за что не задерживали и ни разу не штрафовали. Моя жена целыми днями работает в пекарне. Мои дети учатся в университете. У меня две дочери…
— Учатся в Университете Торонто, — продолжил Грин. — Старшая — на стоматолога, младшая — на фармацевта.
— Прошу вас, детектив… Я отдал офицеру Кенникоту все пленки, журнал дежурств, дал показания…
Грин стал медленно расстегивать «молнию» на папке. Затем, сунув туда руку, вытащил цветной листок бумаги.
[14] Министерство государственной безопасности Ирана времен правления шаха Мохаммеда Реза Пехлеви, в функции которого входила борьба с оппозицией шахского режима.