Майкл забрал жетоны с прилавка и кинул их в карман. Он вернул биту обратно на свое плечо.
Эмили открыла рот — хотя не была уверена зачем.
Но он уже проходил в дверь, закрывая ее за собой даже не оглянувшись.
Мяч вылетел из аппарата, и Майкл тяжелым ударом развернул его, почувствовав, как напрягаются плечи.
Мяч оттолкнулся от сетки.
Единственное место. Это все, что он хотел — единственное место, где бы его никто не доставал.
И сейчас он был в бешенстве.
Какого черта здесь делает сестра Тайлера? Она не была спортивной цыпочкой. Из того, что он о ней знал, вероятней всего она должна была флиртовать за прилавком в Старбаксе или что-то вроде этого, но никак не работать нянькой для полумертвого спорт центра.
Лето должно было стать перерывом от всего этого дерьма. С того момента, как они переехали сюда в шестом классе, школа стала для него тюрьмой, из которой он ежедневно сбегал в три часа дня.
Только для того, чтобы снова быть пойманным на следующее утро.
Но, как и в настоящей тюрьме, не у всех она вызывала отвращение. Там были люди, которые не знали о его существовании. Люди, которые знали, но им было наплевать. Последние составляли большую часть.
Но были и те, кто знал о нем все. Те, кто желал его смерти.
Стихии.
Как будто он выбирал это. Как будто проснувшись однажды утром, он сказал, мне нравится быть связанным со стихией . Я обожаю обладать такой силой, что это пугает меня.
Я просто в восторге от того, что обречен на смерть из-за того, что не могу контролировать.
Еще один мяч.
Треск.
Это было не единственное место с клетками для бейсбола, но оно было самым дешевым. Один центр был ближе к дому, с искусственным торфом на поле и всем остальным, но здесь, его ноги были в грязи, черпая силу от земли под ним.
Если бы он снял ботинки и отбивал босиком, он мог бы набрать достаточно силы из-под земли, чтобы пробить этим мечом сетку.
Ох, кого он обманывает? Он мог бы сделать это даже сейчас, стоя в рабочих ботинках.
Это была часть проблемы. Он был чистокровнымСтихией. Сила говорила с ним прямо из-под земли. Другие в городе, конечно, тоже обладали силой, но далеко не такой. Теоретически он мог бы стереть с лица земли полгорода, если бы слетел с катушек.
Именно поэтому они и желали его смерти.
Еще один мяч.
Треск.
По крайней мере, его родители заключили соглашение: он держится подальше от неприятностей, и другие семьи не будут рассказывать о его существовании.
Конечно, в этом были замешены деньги. Он понятия не имел сколько. Но иногда он не мог поверить, что его судьба зависит от подписанного чека и чертового рукопожатия.
Не помогало и то, что другие дети в городе — те, кто знал— казалось бы, решили заставить его разоблачить себя самостоятельно.
Волосы на затылке прилипли к шее, и Майкл нажал на кнопку, чтобы остановить подачи, вращая битой в руке.
Он не удивится, если Эмили позовет своего брата и его дружков.
Но никто не стоял в пыли между клетками для бейсбола и зданием. Рабочий грузовик отца был единственной машиной на парковке.