Красная площадь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Черт с тобой… Бери.

Солдат вернулся, не глядя на комиссара, подобрал ботинки и стал связывать их шнурками.

Пристанционный пятачок стал похож на хорошую ярмарку. Торчали к небу оглобли немецких фургонов, топотали и фыркали битюги. Весело шумели, толклись между повозками солдаты — все охмелевшие от удачи, от победы.

Комиссар пробирался через праздничную толпу, грустно размышляя о том, что он все-таки нетвердый и безыдейный человек, раз уступил Карпушонку с такой легкостью.

— Товарищ комиссар! Милый! Ты где ж гуляешь? — теребили со всех сторон Амелина. — Открывай митинг! Душа разговора просит!..

Лицо комиссара разгладилось. Нет, ничем нельзя было испортить сегодняшний замечательный день. Амелин влез на зарядный ящик.

— Товарищи! Ребятки! У меня к вам разговор недолгий… Сегодня вы отогнали немцев, и об этом вашем подвиге я послал телеграмму товарищу Ленину… Но германские войска наступают по всему фронту и республика в большой опасности. Я снова призываю вас — вступайте в ряды Красной Армии! Кто согласен — прошу поднять винтовку!

И сразу над площадью вырос колючий ельник штыков.

— Согласны!.. Записывай!.. Твоя взяла!

— Вот и ладно, — счастливо улыбнулся комиссар и вытащил из-за пазухи свою тетрадку (пригодилась наконец). — Кто хочет сказать несколько слов к моменту?

— А чего говорить! — Вперед протолкался тщедушный солдатик. — Давай, комиссар, пиши меня первого!

— И писать нечего! — пробасил бородач Камышов. — Всем полком вступаем… Берешь весь полк?

— Беру с радостью и удовольствием, — засмеялся комиссар. — Вот я пишу у себя в поминальнике: 38-й гренадерский полк пожелал коллективно вступить в ряды РККА… — Комиссар запнулся. — Какое у нас число?

— С утра десятое было! — крикнул кто-то, но его поправили:

— Какое тебе десятое! Это по-старому десятое, а по-советскому — двадцать третье!

(Новый календарь ввели всего неделю назад, привычки к нему еще не было.)

— Правильно, — сказал комиссар. — Десять плюс тринадцать… Так и запишем — двадцать третье февраля одна тысяча девятьсот восемнадцатого года… Но, товарищи, если вы хотите всем полком, то нужна круговая порука. Есть такой параграф.

— За меня поручитесь? — повернулся к полку Камышов.

— Поручимся! Поручимся!

Бородач снял папаху, поклонился однополчанам и веско сказал:

— И я за всех ручаюсь.

— За меня поручаетесь? — спросил Уно Парте.

— Ручаемся! — закричали солдаты.

— И я за всех ручаюсь… Даже за эта маленькая Карпушенция!

— И я, братики, за вас поручаюся, — растроганно сказал Карпушонок.

На ящик вскочил матрос Володя. Он поднял руку и дождался полной тишины.

— Волк никогда не может оглянуться, потому что так устроена анатомия его хребта. Но человек — не волк. Он может и должен оглядываться назад, на свои прошедшие ошибки — чтобы не повторить их никогда… Вчера я ненавидел одного человека, готов был порезать его с пулемета — а сегодня он вел меня в бой за революцию. И я первый хочу поручиться за него!

— Это правильно, граждане! Это золотые слова! — закричал солдат с головой, обмотанной пегим от крови бинтом. — Давайте все с любовью и доверием поручимся за геройского нашего командира, который тихо стоит в стороночке… За Кутасова Николая Павловича!

— Даешь!.. Ура!.. Качать его! — заорали солдаты. Комиссар с гордостью, как будто это его собирались качать, смотрел на Кутасова. А тот провел ладонью по вдруг осунувшемуся лицу, выступил вперед и сказал глухо, непохоже на себя:

— Спасибо, друзья… Спасибо… Но служить в Красную Армию я не пойду. Тут наши дорожки расходятся…