Гарон открыл дверь и шагнул внутрь.
- Хотел меня видеть?
Эленстоун один из немногих людей, кто может общаться с королем в непринужденной беседе или обращаться на «ты», опуская все формальности. Ричард уважал и Снорре, и его сына.
Когда дом Эленстоунов пал, и Ричард объединил королевства, долго не было спокойно. Тонкам не хватило сотен лет, чтобы привыкнуть к колдам. Они считали их чужеземцами, захватчиками. И Гарон не исключение.
- Я послал за тобой несколько часов назад, - прохрипел Рич. - Где ты был? - только Гарон хотел открыть рот, король его перебил. - Впрочем, не важно. Будешь вино? Или мед?
Гарон отказался.
- Пришло письмо из ордена, - начал разговор мужчина. Он знал, что Гарон не славится терпением. А сир, в свою очередь, знал, что король не славится многословностью. - Неделю назад в Дикие Земли уехали три рыцаря и до сих пор не вернулись.
- Может, зачищают леса? - предположил мужчина. Он провел ладонью по темным длинным волосам, откидывая их назад так, чтобы они не закрывали лицо.
Несмотря на то, что Рич был высок, ему все равно приходилось смотреть на Гарона снизу вверх. Рыцарю же постоянно приходилось наклонять голову, чтобы войти в низкие двери.
- Нет, - отрезал Ричард. - Они мертвы.
- С чего такая уверенность? - нахмурился Гарон. Он сел на один из стульев, широко расставил ноги, одной рукой уперся в колено. И посмотрел на короля. В вечно холодных голубых глазах, в которых отражается его ледяное сердце, рыцарь видел что-то инородное. Что-то, чего раньше никогда не видел. Страх? Обеспокоенность? Давно не было чего-то подобного в его взгляде.
Ричард не ответил. Вместо этого он сделал глоток из кубка, взял со стола развернутый пергамент и протянул рыцарю. С непониманием Гар поглядел на письмо, на переломленную печать ордена, а затем взглянул и на слова.
«Ваше Величество, спешу доложить Вам о страшном. Сегодня на рассвете в крепость прибыл юнец, не назвался. Он принес вести о том, что случилось в Диких Землях. Откуда он там был - неизвестно, не говорит ничего внятного. Рассказал, что во время сильной вьюги из леса родились темные фигуры и убили рыцарей. Ничего более добавить, увы, не можем. С низким поклоном, сир Мармал».
- Как грамотно пишет, - заметил Гарон, - для выходца из деревни.
- Не он писал, - хмыкнул Ричард, - ученые. Но я позвал тебя не о правописании говорить. Что ты можешь сказать?
- Учитывая, сколько легенд за последнее время стало правдой, то можно предположить, что речь идет о Штормовых всадниках, - Гарон свернул письмо и бросил его на стол.
- Это всего лишь ваши мифы, - сощурился Ричард.
- Как и драконы, - согласился рыцарь. - Но ты знаешь: мифы еще никого не убили, а вод драконы и демоны - весьма.
Тон Гарона Ричарду пришелся не по вкусу.
- Предположим, - снисходительно согласился король. - Но перейдем к делу: ты отправишься в форд ордена сейчас же. Расспросишь того мальчишку.
Гарон с недоумением посмотрел на короля.
- Ты не доверяешь рыцарям собственного ордена?
- Доверяю. Но не больше, чем тебе, - Рич сделал глоток. - А теперь ступай. Вольфа тебе уже подготовили.
Гарон остановился у двери. Последнее слова должно быть за ним.
- Незамедлительно доложу, если о чем-нибудь узнаю, - произнес он и поклонился.
Ричард в ответ кивнул.
Самодовольная улыбка еще долго не сходила с лица рыцаря.
Гарон добрался до владения меньше, чем за сутки. К вечеру следующего дня он уже подъезжал к форду. Ему повезло, что на дороге не попались бандиты, повстанцы или дикие звери. Повезло, что не было ветров и сильных снегопадов. И, конечно, он благодарил вольфа, животное, в разы больше обычного волка, которого колды предпочли лошадям.
Несмотря на это, Даны передвигались исключительно на медведях. Эти звери славились выносливостью и силой, а так же лучше любых знамен указывали на принадлежность к дому. Рыцари же в армии Ричарда передвигались на вольфах. Между двумя ездовыми животными разница была в скорости. Если вольф мог за несколько часов преодолеть владение от одной его границы к другой, то медведю бы понадобился день, если не больше.
В лесах было много живности. Но за это время Гарон не встретил никого крупнее лисицы. Все, как один, поджав хвосты, удирали в лес, только завидев хищное животное. Несмотря на то, что вольфы - обученные и прирученные существа, в них все равно оставалась их звериная сущность. И рыцарю несколько раз приходилось сдерживать вольфа, когда тот брал след и сворачивал вглубь деревьев.