О чем говорят названия растений: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Рис. 21. Плоды дынного дерева.

Знаменитый немецкий естествоиспытатель Александр Гумбольдт, путешествуя в начале прошлого века по Южной Америке, описал молочное дерево (Brosimum galactodendron), принадлежащее, как и хлебное к семейству тутовых. Цветки этого дерева собраны в интересное головчатое соцветие: в нем вокруг единственного женского центрального цветка группируется много мужских однотычинковых, почти лишенных околоцветника. Но наибольшее удивление вызывает, конечно же, «молоко», обильно текущее из надрезанного ствола. По вкусу этот густой и клейкий сок с приятным ароматом очень схож с коровьим молоком, смущает только его вязкость, к которой, как говорят, можно привыкнуть. Оставленный на воздухе сок через 5–6 дней загустевает настолько, что становится похожим на настоящий сыр. Разумеется, по своему составу «растительное молоко» существенно отличается от коровьего. В нем почти нет белка и жиров, свойственных животному продукту, но зато много воска и смол.

Колбасное дерево (Kigelia pinnata) действительно несет на своих ветвях множество буроватых колбасовидных плодов, которые свисают на длинных плодоножках и придают ему весьма необычный, причудливый вид. Каждая такая колбаса может быть до полуметра длиной при диаметре около 10 сантиметров, а созревает она в течение целого года. Но, увы, и зрелые — одревесневевшие, и незрелые — более мягкие, растительные колбасы несъедобны. Удивительны и особенности цветения колбасного дерева. Красные воронковидные цветки раскрываются вечером и цветут ночью. К утру многие из них опадают, нередко сплошь усеивая землю. Завязи образуют только те, которые ночью были опылены. А опылители тоже необычные — водящиеся в тропиках мелкие летучие мыши. Остается добавить, что родина колбасного дерева — тропическая Африка (Судан, Уганда, Кения, Мозамбик). Впрочем, такое же экзотическое имя носит в обиходе любителей комнатного цветоводства аукуба японская (Aucuba japonica). Считают, что названием колбасного дерева аукуба обязана расцветке своих кожистых долговечных листьев, которые бывают покрыты золотисто-желтыми пятнами и точками, отчасти напоминающими кусочки жира на срезе колбасы. Сходство, правда, довольно отдаленное, но чего только не подскажет человеческая фантазия.

Как нельзя питаться плодами колбасного дерева, так совершенно бесполезны для гурманов капустные деревья, растущие на острове Святой Елены. Их три вида: черное (Melanodendron integrifolium), мужское (Senecio leucadendron) и белоствольное (Petrobium arboreum). Они невысокие, редко достигают нескольких метров, но это им, можно сказать, простительно, поскольку принадлежат к семейству сложноцветных, где древесные растения вообще довольно редки. Капустными эти деревья назвали потому, что все листья собраны у них на концах ветвей в виде густых розеток, в центре которых изредка появляется масса мелких соцветий, похожих на корзинки маргаритки, отчего их именуют еще древовидными маргаритками.

Не производит бутылок и бутылочное дерево, получившее свое прозвище, однако, именно по характерной форме вздутого ствола. Его название — собирательное для нескольких очень различных по систематическому положению видов. Ствол австралийского бутылочного дерева (Brachychiton rupestris) из семейства стеркулиевых сегментирован и состоит обычно из двух полостей. В нижней скапливается вода, в верхней — сладковатый желеобразный сок, прекрасно утоляющий жажду. Если учесть, что ствол-фляга бывает внушительных размеров — до 1,8 метров в диаметре и до 15 метров высоты, и что растет это дерево в засушливых местах на северо-востоке континента, то станет ясно, какой неоценимый подарок припасла природа для здешних обитателей.

Величественное зрелище представляют собой каваниллесии (Cavanillesia) — растения из семейства бомбаксовых с редьковидно вздутыми громадными (до 40 метров высотой) стволами. Панамское бутылочное дерево (С. platanifolia) особенно знаменито тем, что древесина его чрезвычайно легкая, куда менее плотная, чем, скажем, у широко известной бальсы, из которой был сделан плот «Кон-Тики». Понятно, она не может служить надежной поддержкой для огромных деревьев. Роль несущей конструкции у каваниллесии берет на себя толстая и очень крепкая кора, которая гораздо тяжелее и прочнее древесины. Гладкие серые стволы панамского бутылочного дерева издали кажутся закованными в бетон. Характерно, что среди бутылочных гигантов есть и свои «карлики». Например, низкорослое деревце с мясистым, вздутым у основания стволом — ятрофа (Jatropha podagrica) из семейства молочайных, растущее в тропической Америке, тоже относится к этой группе.

Если бутылочные деревья запасают воду в тканях ствола, то мадагаскарское дерево путешественников (Ravenala madagascariensis) знаменито тем, что аккумулирует ее во влагалищах своих листьев. Плотно прилегающие одно к другому и к тому же расположенные в одной плоскости, влагалища эти составляют своеобразный гигантский веер. Считается, что путешественники могут легко утолить жажду, проткнув снизу ножом один из подобных естественных резервуаров влаги. Однако знаток тропических деревьев Э. Меннинджер авторитетно утверждает, что очень часто таким способом удается добыть лишь несколько капель сока.

Горлянковое дерево дает человеку много различных по форме и емкости сосудов. Но прежде познакомимся с просто горлянкой, или бутылочной тыквой (Lagerania siceraria), чьи округлые, яйцевидные, вздутые с одного конца на манер половинки гантели, змеевидные плоды с упругой прочной поверхностью не пропускают воду и годятся, после того как подсохнет мякоть, для употребления на разнообразные домашние поделки. Чаще всего из горлянок делают всяческие сосуды для хранения пищевых продуктов и воды, посуду, ложки. Сосуды называют калабасами, калабашами или калебасами, отчего и горляночное дерево иногда именуют калебасовым. Плоды его полностью копируют по размерам, цвету и форме плоды бутылочной тыквы. И применение их после удаления мякоти такое же. Ботаники относят горлянковое дерево (Crescentia cujete) к семейству бигнониевых. Родина его — тропическая Америка.

Конфетное дерево вызывает вполне понятное живейшее любопытство и желание непременно попробовать, что же за плоды-конфеты рождаются на его ветвях. Если уж быть точным, то они сухие и несъедобные, зато извитая ось держащего их соцветия — сочная и мясистая. Однако вкус этой растительной конфеты на любителя: он напоминает кисловатый изюм. Может быть, поэтому конфетное дерево (Hovenia dulcis) называют еще японским изюмным деревом. Данный представитель семейства крушиновых происходит из субтропиков Японии и Китая.

В числе деревьев с «пищевыми» названиями укажем еще шпинатное дерево (Pisonia alba). В отличие от капустных «собратьев» оно вполне съедобно, точнее его молодые листья, идущие на салат. Это растение из экзотического семейства ночецветных распространено по морским побережьям тропической Азии. Не обойдем вниманием и плоды калифорнийского перечного дерева (Schinus molle) из семейства сумаховых, действительно похожие вкусом на острый и душистый черный перец и способные служить ему полноценной заменой. Одно только непонятно: почему это дерево зовется калифорнийским, хотя растет оно лишь в Перу, Аргентине и на юге Бразилии.

В последнее время в нашей ботанической литературе, в том числе научно-популярной, стало все чаще появляться томатное дерево или древовидный томат. Носящее это имя перуанское растение Cyphomandra betacea (рис. 22) так же, как и томат, входит в семейство пасленовых и представляет собой небольшое деревцо или крупный кустарник с яйцевидными красновато-оранжевыми или пурпурными плодами, напоминающими по вкусу помидоры. Их можно есть сырыми, но лучше всего они подходят для консервирования. Большое содержание пектиновых веществ позволяет готовить из них желе. В Главном ботаническом саду Академии Наук СССР ведутся успешные опыты по скрещиванию томатного дерева и травянистого томата с целью получения многолетних устойчивых и высокоурожайных гибридов.

Рис. 22. Плоды «томатного дерева» — цифомандры.

Можно найти в ботанических справочниках и масляное дерево. Такое имя носит индийская Diploknema butyracea из семейства сапотовых, правда, похоже, не совсем заслуженно. Дело в том, что в косточках ее ягод содержится 42–47 процентов масла. Если исходить из этой цифры, то больше прав на подобное название, например, у австралийской макадамии (Mасаdamia ternata), в плодах которой масла почти в два раза больше. Даже наш грецкий орех в извилистых полушариях своих плодов накапливает до 60 процентов прекрасного пищевого масла и не менее успешно, чем диплокнема, может претендовать на титул масляного дерева.

Уксусное дерево (Rhus typhina) из семейства сумаховых, наверное, одно из самых холодостойких среди деревьев с экзотическими именами. Это небольшое деревце встречается в восточных штатах США, доходя на севере до границы с Канадой. Мелкие его плоды, собранные в густую кисть, покрыты яркими красными волосками, отчего вся кисть кажется мохнатой. Очень красивы уксусные деревья осенью, когда их перистые, похожие на рябиновые листья окрашиваются в яркий оранжево-красный цвет.

Уксусные деревья раздельнополы. Мужские соцветия крупные и рыхлые, женские — компактнее. Сок плодов удивительно кислый, впрямь очень сходный с пищевым уксусом.

Если ботаника-систематика попросят сообщить научное название красного или черного дерева, он придет в некоторое замешательство. Дело в том, что деревьев, чье обиходное прозвище отражает эти цвета их древесины, довольно много, и каждое претендует на то, чтобы считаться «настоящим». Попробуем, хотя бы в общих чертах, разобраться.

Черной, пригодной для различного рода поделок обычно бывает не вся древесина, а более темная и твердая сердцевина стволов многих представителей семейства эбеновых. Недаром черное дерево иногда еще называют эбеновым. Эта сердцевина отличается не только цветом (обычно древесина у них белая), но и структурой. Она лучше поддается токарной и иной обработке и более плотная.

Наилучшее черное дерево дают виды рода хурма (Diospyros), родственники популярной съедобной хурмы (D. kaki и D. lotus). Наиболее известно так называемое африканское черное дерево (D. reticulata) и индийское черное дерево (D. ebenum). Первое в диком виде растет на острове Маврикий, второе — не в самой Индии, а на острове Шри-Ланка. Поставщиками черной древесины являются также растения из семейства бобовых и близкого к нему семейства цезальпиниевых. Мозамбикское черное дерево получают из стволов Dalbergia melanoxylon, венесуэльское или маракаибское дает Caesalpinia granadillo. Особо следует сказать о так называемом «коричневом» черном дереве (Brya ebenus) с острова Ямайка. Его первоначально светло-коричневая древесина постепенно темнеет с возрастом, только наблюдается это не у живого дерева, а у поделок из него.

А вот красное дерево имеет почти одинаково интенсивно окрашенную древесину и сердцевину. Наиболее известно американское красное дерево. Этим названием обозначают разные виды рода свитения (Swietenia), относящегося к семейству мелиевых. Первыми европейцами, познакомившимися с ним в начале XVI века, были испанские колонисты на островах Карибского моря.

Из него сначала была изготовлена мебель для королевского дворца Филиппа II в Эскуриале, затем возведен целый кафедральный собор в Санто-Доминго (ныне остров Гаити). Большинство военных кораблей испанской Великой Армады, посланной против Англии в 1588 году, тоже были построены из красного — очень прочного и практически не подверженного гниению дерева. Однако его запасы на Кубе, где оно первоначально добывалось, довольно быстро истощились. Дальнейшие разработки перенесли на материк, где встречалось другое красное дерево, названное крупнолистным (S. macrophylla) в отличие от мелколистного кубинского (S. mahagoni). Древесина его светлее, не такая тяжелая и менее пригодная для обработки. Кроме того, красным деревом (red wood) обычно называют знаменитую секвойю, хотя цвет древесины у нее заметно светлее. Вообще-то окрашенная в красные тона разной интенсивности древесина встречается достаточно часто и у других видов деревьев, однако они не носят названия «красных».

Существует еще и розовое дерево. Этот титул носят сразу два вида уже знакомого нам рода дальбергия (Dalbergia): D. nigra — американское розовое дерево, растущее в Бразилии, D. latifolia — индийское розовое дерево. И совсем уж изысканно звучит название «атласное дерево» (по-английски satin wood). Этим именем величают многие породы, дающие древесину с шелковистым, атласным отливом. Наиболее известно индийское атласное дерево (Chloroxylon swietenia) из семейства рутовых.

Название «железное дерево», а значит, твердое, прочное, как железо, объединяет многие виды растений. Подобными качествами может похвастаться целый ряд представителей флоры, поэтому неудивительно, что народы разных стран нашли у себя свои, «местные» железные деревья. Обладая твердостью, прочностью, износостойкостью, долговечностью и другими замечательными свойствами, они были в свое время (а порой остаются и сейчас) незаменимым конструкционным материалом для наиболее нагруженных деталей, узлов и сопряжений в машиностроении, строительстве, на транспорте.

Среди железных деревьев наиболее известен гваякум (Guajacum officinale), или бакаутовое дерево, из семейства парнолистиковых. Родина его — Центральная Америка и острова Карибского моря. Древесина гваякума знаменита не только своей твердостью, но и тем, что содержит гваякол — душистую смолу, применяемую в медицине как стимулирующее, благодаря чему раньше ее нередко называли древесиной жизни (lignum vitae). Другое центральноамериканское железное дерево — Copaifera hymenaefolia — из семейства цезальпиниевых местные жители окрестили кебрачо (quebra hacho), что значит «сломай топор». То же самое красноречивое прозвище носят южноамериканские схинопсис Лоренца (Schinopsis lorentzii) из семейства сумаховых и аспидосперма (Aspidosperma guebrachoblanco), или белое кебрачо, из семейства ластовневых.

Есть свои кебрачо и на других континентах. В Африке это деревья из семейства сапотовых — аргания сидероксилон (Argania sideroxylon) и бутироспермум Парка (Butyrospermum parkii); в Азии — знаменитое тиковое дерево (Tectona grandis) из семейства вербеновых, дающее великолепную корабельную древесину; в индо-малайском регионе — мезуа (Mesua ferrea) из семейства зверобойных, демонстрирующее самый, пожалуй, широкий диапазон применения; прочная древесина идет, скажем, на изготовление шпал, а нежные душистые цветки очень ценятся в парфюмерии.

Помимо всем знакомого хлопкового куста, на котором вызревают коробочки с волосистыми семенами — будущим волокном, на свете есть, оказывается, еще и хлопковое дерево, или цейба (Ceiba pentandra), — близкая родня баобабу, правда, происхождением из тропической Америки. Блестящие волоски (капок) у цейбы тоже лежат внутри коробочки, но лишь прикрывают семена, а у хлопчатника они являются тонкими выростами семенной кожуры. Цейбовое волокно не годится для текстильной промышленности, зато оно легкое, с очень низкой теплопроводностью, немнущееся и не смачиваемое водой — служит прекрасным набивочным и изоляционным материалом, особенно для морских спасательных жилетов, одежды полярников и т. п.

Эта книга, как все прочие, отпечатана на бумаге. И поэтому мы с особым чувством представляем читателю бумажные деревья. Одно из них — древесный родственник травянистого женьшеня — китайское бумажное дерево, или тетрапанакс (Tetrapanax papyrifera). В теплых странах его нередко используют для озеленения городов — уж очень привлекательны крупные темно-зеленые пальчато-лопастные листья, оттененные белыми и кремовыми пятнами и разводами. Но главная ценность тетрапанакса скрыта внутри ствола. Его рыхлая сердцевина, составленная из нежных тонкостенных клеток, с давних времен зарекомендовала себя первосортным материалом для приготовления великолепной, чрезвычайно тонкой, «рисовой» бумаги. А вот очень прочную долговечную бумагу высокого качества (например, для денежных купюр, бланков важных документов и т. п.) получают из луба бруссонеции бумагоносной (Broussonetia papyrifera) из семейства тутовых, которую называют также бумажной шелковицей за сходство их листьев. Внутренние волокнистые слои коры бруссонеции служат сырьем для изготовления весьма оригинальной нетканой материи. Сшитую из нее одежду, называемую «тапа», и сегодня носят жители некоторых островов Полинезии.

Юго-восточная Азия дала человеку и восковое (оно же сальное) дерево (Sapium sebiferum) из семейства молочайных. Впрочем, оно с таким же успехом вправе именоваться масляным, так как дает масло трех различных типов: белое, синее и древесное. Первое, образующееся в виде тонкого налета на листьях, внешне действительно похоже на воск или твердое сало. Второе добывают из плодов, точнее из плоских семян, заключенных в четырехстворчатую коробочку, причем из наружного слоя семенной кожуры получается твердое при обычной температуре «китайское сало», а из внутреннего содержимого семян — жидкая фракция. Наконец, масло третьего типа давят из листьев. Белое и древесное масла идут на изготовление свечей, мыла и т. п., а синее — жидкое, быстро высыхающее — служит сырьем для производства лаков, красок, глицерина.

Более качественное сырье для лаков дает китайское (японское) лаковое дерево, или сумах лаконосный (Rhus vernicifera). Это распространенное в юго-восточной Азии растение со сложными перистыми листьями и мелкими белыми цветками в поникающих кистевидных соцветиях очень ядовито. Его белая вязкая смола, вытекающая при подсечке ствола, на воздухе довольно быстро твердеет и темнеет. Но она лишь сырье для получения знаменитого японского лака, технология изготовления, нанесения, сушки которого очень сложна и раньше держалась мастерами в секрете. Зато полученный лак обладает поразительной стойкостью и долговечностью, столетиями сохраняя первозданные блеск и стойкость. Им покрывали не только разнообразные художественные произведения и поделки, но и днища судов. Между прочим, плоды лакового дерева, как и плоды его ближайшего родственника — сумаха Rh. succedanea, нередко именуемого японским восковым деревом, тоже идут в дело: из них добывают растительный воск.