— Молодец! Твои дела достойны нашей семьи, сынок.
Глаза дяди Домба загорелись от счастья. Указательным пальцем правой руки он стер пот со лба. А потом поднял голову, посмотрел в небо и задумался.
Резкие порывы ветра стали клонить деревья в разные стороны. Птицы, почувствовавшие смену погоды, улетели с поля. Солнце начало играть в прятки с черными тучами, заволокшими небо. Домба постоял немного с беспокойным видом и вдруг заявил:
— Дождь! Скоро начнется дождь, надо возвращаться домой.
Отец сразу же ответил:
— Ну, не будем спешить! Вы же здесь не чужие, мой дом — ваш дом.
Дядя Домба спокойно ответил:
— Спасибо, дорогой, я ни на миг не сомневался в доброте твоего сердца, но нужно вернуться домой до того, как начнется дождь. Нас ждет работа…
— Ты прав, — согласился отец, пожимая дядину руку. — До скорого!
Домба посмотрел на хмурое небо и сказал Мади:
— Нужно торопиться, дождь вот-вот начнется. Мади улыбнулся мне, я ответила ему тем же. Сумрачная пелена накрыла деревню.
Заблеяли бараны и козы. Ветер усилился, он свистел и поднимал в воздух мусор. Деревья поскрипывали от его порывов. Шелестели колосья проса и метелки кукурузы, то тут, то там слышались беспокойные, испуганные крики. Внезапно грянул гром. Я сложила посуду и пошла домой. Я думала о своем свидании с Сие… Да, у меня с ним было свидание.
Крупные капли дождя застучали по земле. Водосточный желоб постанывал от ветра. Но воздух в доме был жаркий и сухой.
Я ворчала от досады, время от времени посматривала в маленькое круглое окошко и думала, когда же этот дождь кончится. Устав ждать, я пошла в комнату, легла на кровать и заснула.
Через несколько мгновений меня разбудили крики петухов. Я вышла из дома. Воробьи сидели на цветках кукурузы и били крыльями, чтобы стряхнуть с перьев воду. Стая малиновок обрушилась на цветки кукурузы. Два петуха дрались за белую курицу. Они клевали друг друга, вздыбив перья на шее. Увидев меня, один из них поднял мясистый гребень и завел длинную песню. А потом гордо промаршировал в сторону кухни.
Воробьи перелетали с одного мокрого цветка кукурузы на другой. Воздух был нежным и сладким от влажной земли, наполняясь всеми ее ароматами. Напевая себе под нос, я пошла по тропинке, заросшей кустарником. Я пробиралась сквозь густую листву. Было свежо, дул легкий ветерок. Я присела под кустом с крупными листьями. Вокруг моей головы кружила мошкара, пролетала перед глазами, забивалась в уши. Я отмахивалась от мошек рукой. Вот что такое поиски любви, писатель. Сквозь листву я увидела идущего по тропинке, ведущей в деревню, Сие. На нем была голубая рубашка, кое-где неаккуратно заштопанная, и обтягивающие шорты. Его большие глаза смотрели на зелень, которая простиралась до самого горизонта. Подойдя к кусту, он тихо проскользнул под него. Я встретила его радостной улыбкой и изящно протянула ему руку. Он сжал ее, нежно улыбнулся и сел на колени передо мной. Меня охватила огромная радость. Мы сидели неподвижно, до нас доносился шелест листвы и пение птиц.
И вдруг, словно под действием магнитной силы, мы бросились друг другу в объятия и крепко сжали друг друга в тишине, которая говорит гораздо больше, чем слова.
— Я так рад тебя видеть, дорогая, — сказал он.
— У меня больше нет поводов видеться с тобой, — ответила я.
Он помолчал немного, вздохнул и спокойно сказал:
— Не расстраивайся, придет день, и ты будешь свободна, я тебе обещаю.
Сидя все так же с опущенной головой, я начала играть с его пальцами. Он взял меня за руку. Я осторожно убрала руку. На самом деле, мне хотелось, чтобы он держал меня за руку. Я нарушила запрет родителей и посмотрела ему в глаза. У него был взволнованный вид. Он спокойно отнесся к тому, что я на него посмотрела. Его лицо сияло от счастья, а взгляд был изумленным. Он улыбался, наверно, потому что не мог выразить свою любовь по-другому. Но спокойным он оставался недолго. Он возобновил атаку, и его пальцы скользнули под мою юбку. Сердце у меня колотилось. Я хотела сказать ему, чтобы он остановился, и хотела сказать, чтобы он продолжал. Я не знала, чего на самом деле хотела. Он провел рукой по моему правому бедру. И прикоснулся к моим целомудренным трусикам с желанием, которое я не в силах тебе описать.
Я вздрогнула и оттолкнула его, вспомнив о том, что хорошо воспитанная девушка не должна отдаваться мужчине. Это было наказание, которое моя мать дала моему Духу подчинения.
— Сие, не надо… — сказала я. — Мои родители убьют меня, если узнают, что я потеряла девственность до свадьбы. Ты что, забыл, что мы с тобой в кустах? А любить друг друга в кустах запрещено. Если мы нарушим запрет, на нас обрушится гнев богов, и они лишат деревню дождя.
— Я знаю, но для тебя я готов нарушить все запреты, они разделяют нас и удаляют нас друг от друга.
— На самом деле, Сие, я часто спрашиваю себя, могут ли эти встречи изменить нашу судьбу. Ты принадлежишь Амуи, а я — Мади.
Сие вздохнул и пробормотал:
— Я знаю… Решения были приняты без нас, и мы должны им подчиняться, нет, нет… Дай мне немного времени, и ты увидишь…
Потом он сказал мне:
— Я люблю тебя.