Следователи из отдела статистики: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Желая отвлечь жителей Новограда от тревожного ожидания, глава высочайшего совета города объявил завтрашний день днём солидарности трудящихся. Это важный ежегодный праздник, когда высшие и высочайшие советы отсчитываются от проделанной работе. Сравнивают сделанное с тем, что обещали сделать год назад и выкладывают в общественный доступ составленные планы на следующий год. Но не только члены высших и высочайших советов получали оценку своих действий. Каждый человек видел список своих достижений и поражений, используя который он мог бы попытаться в будущем году стать лучше и сделать больше.

Чем-то этот праздник напоминал день рождения, когда друзья и коллеги указывают имениннику на его ошибки и недоработки, а чтобы он не слишком расстраивался дарят ему подарки. Можно сказать: день солидарности трудящихся это такой большой общественный день рождения.

По плану праздник должен был наступить через два с четвертью месяца, но решили провести сейчас. Всю ночь, пока жители Новограда спали и видели сны, члены высочайшего и двух высших советов (один по армии, второй по науке) в спешке готовили доклады подводя итоги своей деятельности и собирая статистику. Работая статистиком Таня бы тоже не спала в эту ночь, но статистиков в Новограде было семеро (пять из их отряда следователей-следопытов и ещё двое старожилов), что значительно больше чем требовалось городу. Поэтому уже к десяти вечера она освободилась ощущая удовольствие от хорошо выполненной работы. Давненько ей не приходилось столько трудиться по основной профессии. Пожалуй с того момента как прибыла на Дальнюю. Хорошо-то как!

Обгоняя Таню пробежала пара робопауков обвешанная гирляндами разноцветных флажков, которые они тут же принялись протягивать между зданиями под бронекопулом выкрашенном с изнанки в синий цвет, чтобы хоть как-то походить на земное небо.

Решив немного пошалить, Таня крикнула робопаукам: — Криво висит!

Роботы задумались вращая вытянутыми, плоскими, как крышки от кастрюль, головами. На стене ближайшего дома сформировалось изображение мальчишки в шортах, с ободранными коленками, в рубашке с распоротым рукавом и с синими волосами — излюбленный облик города-интеллекта Гриши. Только почему волосы выкрашены в синий цвет?

— Прекратите безобразничать — строго сказал интеллект: — Татьяна, взрослый ведь человек. Зачем смущаешь роботов?

— Больше не буду — пообещала девушка и крикнула замершим в нерешительности роботам: — Да ровно висит, нормально!

— Гриша, почему у тебя синие волосы? — спросила Таня.

Нарисованный мальчишка улыбнулся: — Праздник.

Улыбнулся и пропал, смытый десятиметровым объявлением о перенесении дня солидарности трудящихся на завтра.

На следующий день люди, как будто, сбросили охватившее их, когда лунная станция не открыла окно в установленное время, напряжение. Высочайший и два высших совета отсчитывались в своих действиях. Таниным гражданским долгом было вдумчиво выслушать их отчёты и вынести свой вердикт по итогам проделанных работ. Но она не стала. Зачем? Как будто руководители могут действовать в каких-то иных нежели в народных, то есть и её, Татьяны, интересах. Что за странная фантазия.

Если уж пренебрегать гражданским долгом то со вкусом, смакуя этот процесс. Утро началось с того, что Таня, в прямом смысле, проснулась на Коле (так как они не спешили подавать заявку на двухместную жилую ячейку, то оба продолжали проживать в одноместных. И кровати там, соответственно, стояли одноместные. Двум обычным людям бы хватило. Но Коля у неё великий, избыточно модифицированный, воин (не смотря на то, что выучился и работает инженером). И Таня просто не помещалась рядом с ним. Зато могла отлично устроиться сверху, на тёплой, мерно вздымающейся груди. Наверное как-то похоже чувствуют себя кошки, когда спят на человеке).

Проснувшись на Коле, Таня минут десять лежала не двигаясь, поднимаясь и опускаясь согласно ритмам его замедлившегося во сне дыхания. Потом решила, что больше уже не уснёт, да и не за чем валяться в кровати в праздничный день. Попрыгав на любимом как на надувном матрасе и тем самым разбудив его, Таня отправилась собирать завтрак. Со сна Коля вставал ворчливым, особенно если был разбужен прыжками на нём. Поэтому Таня собирала завтрак (готовил, естественно, автоповар). Завтрак уменьшал Колину ворчливость до разумных пределов, которые она была способна переносить.

Проспав половину докладов они решили благополучно пропустить оставшиеся и пошли гулять по праздничному городу. Но сначала ознакомились с присланными по почте листками «достижений и провалов» рассылаемых городом-интеллектом всем, без исключения, жителям. Благодаря подземной эпопеи общий бал социальной активности, ответственности и гражданской сознательности и у Тани и Коли получился необыкновенно высоким. Пожалуй выше чем когда либо бывал на Земле. И даже минус десять пунктов гражданской сознательности за неучастие в оценке действий членов высших советов за отчётный период нисколько не портили общей статистики. Рассылавший листки с балами интеллект Гриша возмущённо приписал в комментарии к отметке о снятии десяти балов «Сознательнее, товарищи! Я что ли один должен эту скукотень выслушивать?».

Не успели молодые люди выйти из дома, как позвонила Лена ненавязчиво интересуясь их балами. Видимо она собиралась похвастаться своими, немаленькими балами социальной активности и гражданской сознательности (балы ответственности у Лены вышли небольшим). Но рядом с общим балом Тани и Коли, общий бал Лены казался малой травинкой по сравнению с тянущимся к небу деревом. Слегка уязвлённая экс-глава экс-совета следопытов пожелала им обоим счастливого праздника и отключилась.

Как после узнала Таня самый низкий общий бал из её знакомых получил Миша Беликов всё время отдающий выводу следствий и решающий уравнения Бернадского и потому не занимающийся никакой общественной работой. Он единственный из следопытов кто не использовал свободное время, чтобы получить вторую специальность. С другой стороны, если Беликов и вправду решил свои уравнения и эти решения кому-нибудь для чего-нибудь пригодятся, то на следующий год он получит огромное количество балов гражданской сознательности и социальной активности.

День солидарности трудящихся ещё называют днём честного хвастовства. В этот день принято выставлять на общее обозрение свои достижения за год. Механики-любители водят собранные в свободное время механизмы по городу как раньше люди выводили на прогулку домашних питомцев. Поэты стоят недалеко от стен с написанными на них огненными буквами их лучшими стихами и, притворяясь обычными прохожими, ревниво посматривают на настоящих прохожих. Нравится ли им?

Красноармецы проводят парады и показательные выступления демонстрируя выучку. Те же кто не могут наглядно показать результаты своих достижений по причине их не вещественности или невозможности возить за собой на верёвочке — просто гуляют рассказывая друзьям и коллегам чего добились за прошедший год. В этот день каждый видит общий бал начисленный любому встреченному и, при желании, может получить справку за что и по какой причине товарищ получил или потерял балы социальной активности, ответственности и гражданской сознательности.

Не сознательный, не ответственный, не сделавший ничего для других и просто плохо работавший в течении года в этот день сидит дома спасаясь от позора. Но таких людей в Союзе нет или почти нет. И уж совершенно точно, что их не найти на Дальней.

Гуляя по городу Таня и Коля наткнулись на уличную выставку художников. Профессионально занимающиеся оформлением или рисующие в свободное время — все выставили новые работы на площади имени Натальи Свирепой, одной из трёх площадей под большим куполом Новограда. Ревностные поклонники ретро-стиля принесли картины на настоящих (синтенизированных на промышленных синтезаторах) холстах и нарисованные настоящими красками (тоже произведёнными синтез-химиками). Но большинство не собирались сковывать себя несовершенством средств выражения. Их картины разворачивались в воздухе. Были трёхмерны или даже сенсорные — вызывающие у зрителя ту или иную последовательность чувств.

В мире безудержного копирования и доступности почти любой цифровой информации художники должны были состязаться со всем тем, что было сделано до них. Не все выдерживали конкуренции с лучшими творениями гениев живших за последние полтора тысячелетия.

Те, кто пока не чувствовал в себе готовности вступить в единоборство с Перовым, Шишкиным, Айвазовским, Крамским и прочими, делали ровно одну копию картины которую потом, обычно, кому-нибудь дарили. Существование в единственном экземпляре картины каким-то таинственным образом повышало её художественную ценность для большинства людей. Конечно её всё равно можно было размножить, но это не принято. Согласитесь, что если бы везде вокруг были стандартные программные сущности, картины, скульптуры и так далее, то было бы не так интересно. Гораздо лучше когда в каждом городе, в каждом доме, они разные.

К Таниному удивлению она заметила в толпе художников Ларису. Сначала Таня подумала, что товарищ Илюшенко пришла на художественную выставку полюбоваться чужими работами. Потом, заметив рядом с ней смутно знакомого (кажется где-то видела) мужчину, подумала что он и Лариса пришли вместе. И только когда Лариса развернула перед заинтересовавшимся зрителем вернисаж своих работ поняла, что она здесь как художник, причём вместе с тем самым мужчиной, которого Таня где-то видела, но никак не могла вспомнить кто он такой.

Получается Лариса рисовала. Правда в свободное от научной деятельности время. Интересно, это увлечение тоже результат работы лучших генограммистов из СовГенСтроя над геномом товарища Илюшенко или случайная флюктуация, неочевидное следствие её искусственной гениальности?

— Привет — поздоровался первым Коля.

— С праздником! — Лариса развернула перед ними вернисаж своих работ. Немного. Всего пять штук. Но на каждую из них хотелось смотреть не отрываясь. Ларисины картины заряжали энергией как улыбка на лице любимого человека.

Таня искренне восхитилась: — Здорово!

— Держи практикантка, дарю — отделив одну картину — изображавшую девушку одновременно похожую и не похожую на Таню, Лариса сбросила файл ей на спутник и стёрла у себя: — Единственная копия.

— Спасибо — открыв полученную картинку Таня рассматривала девушку, скорее девочку, смотрящую в зеркало откуда на неё смотрело её отражение. Два лица на картинке были одинаковыми, но как-то так получалось, что сразу становилось ясно: это не зеркало и лицо с той стороны принадлежит другому человеку.