Биологическая радиосвязь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В другой серии из 80 опытов отмечено мощное усилие движений внутренностей в препарате, когда приблизившийся к нему экспериментатор усиленно сокращал и расслаблял мускулы своих ног или рук, жевательные мышцы челюстей или же форсированно вдыхал и выдыхал воздух из легких.

В результате исследователь пришел к выводу, что живой организм человека оказывает воздействие на расстоянии на клетки живого изолированного органа насекомых и что таким образом клетки органа являются индикаторами этого воздействия. Не выясненным остался лишь вопрос, вызывается ли эффект воздействия мышечными сокращениями приблизившегося человека или его нервно-психической деятельностью. Экспериментатор склоняется к мнению, что эффект зависит от того и другого фактора, в том числе от волевых импульсов в мозгу человека, сопровождающих сокращения его мускулов.[10]

Глава III

«Лучи зрения»

Вернемся еще раз к замечательной личности Владимира Леонидовича Дурова. Клоун-трибун, дрессировщик-новатор, зоопсихолог-мыслитель. Его фигура вырастает в моих глазах в образе выдающегося советского ученого — смелого первооткрывателя новых путей человеческого познания. В сущности, ведь это он открыл в 1880 г., а в последующем изучил во всех подробностях удивительную способность животного (собаки, медведя, льва и др.) понимать (по нашей теории, улавливать, воспринимать) мысленные приказы человека без слов и иных видимых или слышимых сигналов.

Сегодня, пользуясь новыми терминами биологической радиосвязи, мы можем сказать, что эта удивительная способность животного есть не что иное, как физиологическая «способность» быть индикатором биоэлектромагнитных волн, излучающихся из мозга человека при акте мышления: мозг животного улавливает, принимает телепатему, передаваемую мозгом человека при акте мышления. Сообразно характеру принятой телепатемы у животного изменяется поведение. Это дает основание утверждать, что данное открытие В. Л. Дурова имеет неоценимое научное значение для биологии, для теории биологической радиосвязи в живой природе.

Нас приводят в восторг работы К. Э. Циолковского первооткрывателя путей в космос, И. В. Мичурина — первооткрывателя путей распознавания внутренних особенностей жизни и «поведения» растений, способов управления их жизнью и «поведением». Вот таким же пионером в распознавании основ поведения животных и был В. Л. Дуров. Созданный им метод эмоциональной дрессировки — это рычаг управления поведением животного в руках человека.

Примечательно, что и в первых своих случайных наблюдениях, и в последующей многолетней экспериментальной работе, изучая поведение подопытного животного при передаче мысленного внушения, В. Л. Дуров решающее значение придавал силе человеческого взора, направленного в глаза животного или «куда-то глубже глаз — в мозг животного». Не раз испытал он силу своего взгляда и убеждался в «странном» воздействии этой силы на животное.

Приведем один из многочисленных примеров, описанных В. Л. Дуровым [33]. Это случилось в Москве 21 февраля 1914 г. Показывая свой зверинец комиссии, состоявшей из нескольких ученых и представителей прессы, среди которых был известный в те времена издатель газет А. А. Суворин, В. Л. Дуров подошел вместе с ними к большой клетке, в которой помещались привезенные из Африки лев Принц и львица Принцесса. Уже три года эти хищники мирно жили друг с другом у В. Л. Дурова. По настойчивой просьбе членов комиссии, в особенности А. А. Суворина, о том, чтобы льву было внушено напасть на львицу (которая в это время спокойно лежала в дальнем углу клетки), В. Л. Дуров, глядя в глаза стоящего перед ним льва, произвел соответствующее мысленное внушение. В своем воображении он ярко представил себе картину, будто львица подкрадывается к воображаемому куску мяса, якобы лежащему у передних лап льва, и ее покрытая желтой шерстью лапа с выпущенными когтями вот-вот прикоснется к мясу.

И вдруг лев взревел, бросился на львицу и укусил ее. Звери моментально слились в один катающийся громадный клубок, клетка шаталась и гудела от ударов их тел. Присутствовавшие в страхе покинули помещение. Ушел с ними В. Л. Дуров.

Возбуждение долго не оставляло льва. Спустя некоторое время В. Л. Дурову доложили, что Принц схватил лапой (через решетку) проходившего мимо служителя и сильно поранил ему руку. Дуров решил вернуться к клетке и попытался успокоить льва.

Вот его рассказ о том, что произошло при этом. «При моем появлении лев ходил беспокойно взад и вперед по клетке, а Принцесса, как только он приближался к ней оскаливала зубы и рычала. Я пробовал успокоить льва интонировкой (ласково произносимыми словами — Б. К.), однако он как бы не замечал меня и продолжал беспокойно ходить… Но вот он все-таки лег в углу клетки. Я подошел и поймал его взгляд. Принц оскалил зубы и отвернулся. Я еще ближе придвинулся к нему и вторично поймал его взгляд. Лев, открыв пасть, вскочил… Как только его глаза встречались с моими, он каждый раз поднимал свои щеки, показывал зубы и фыркал, обдавая меня горячим дыханием. Вот он все дольше и злобнее стал всматриваться в мои глаза. При моем малейшем движении в сторону Принц, вдруг с рычанием бросался к решетке и царапал передними лапами гладкий пол клетки. Теперь стало ясно для меня лев не переносил хладнокровно моего взгляда. Отдохнув от напряжения, я перевел свой взор на Принцессу. Принц еще тревожнее заметался из стороны в сторону. Резкое мое движение и пристальный взгляд моментально заставил Принца броситься к решетке.

Стоя на одном месте, он быстро перебирал передними лапами по полу, как бы бежал ко мне. Глаза его горели зеленым фосфорическим светом. Теперь он уже их не отрывал от моих глаз. Но вот он лег. Пасть открыта, когти выпущены.

И чем дальше, тем он вел себя спокойнее. Перестав бить по полу хвостом. Принц начал щурить глаза, как бы засыпая. Вот он мягко заскулил: „мияу-мияу“, облизнулся и полузакрыл глаза. Я продолжаю, не отрываясь, глядеть на льва, мысленно ласкаю его, пальцами шевелю гриву Принца, чешу у него за ухом, и все это мысленно. Его „мияу“ как бы застряло в горле, глаза крепко закрылись на несколько секунд. Я отошел от клетки. Лев мой лениво, спокойно поднялся с пола и аппетитно потянулся».

С точки зрения основ биологической радиосвязи описанный случай имеет сходство со случаем, произошедшим в 1880 г., когда юный Володя Дуров силой своего взора остановил готовившегося напасть на него одичавшего ульмского дога и заставил его отступить. Идущая из глаз В. Л. Дурова вместе с «лучом зрения» (направленным в глаза и далее глаз — в мозг животного) биологическая радиация, достигнув возбужденного в этот момент нервного центра животного, оказала воздействие на этот центр, послужившее как бы толчком. После этого толчка изменилась роль центра: из возбуждающей она стала тормозящей.

Понять яснее общую картину этого процесса можно, руководствуясь следующей важной психологической закономерностью, установленной выдающимся физиологом нашего времени акад. А. А. Ухтомским [68]: «Физиологическая мысль чрезвычайно обогащается перспективами и проблемами с того момента, когда открывается, что роль нервного центра, с которой он вступает в общую работу его соседей, может существенно изменяться, из возбуждающей может становиться тормозящей для одних и тех же приборов, в зависимости от состояния, переживаемого центром в данный момент. Возбуждение и торможение — это лишь переменные состояния центров в зависимости от условий раздражения, от частоты и силы приходящих к нему импульсов. Но различными степенями возбуждающих и тормозящих влияний центра на органы определяется его роль в организме. Отсюда прямой вывод, что нормальная роль центра в организме есть не неизменно статически постоянное и единственное его качество, но одно из возможных для него состояний. В других состояниях тот же центр может приобрести и существенно другое значение в общей экономии организма… Фактическим подтверждением служила описанная тогда (1911 г. — Б. К.) картина, что в моменты повышенного возбуждения в центральном приборе глотания или дефекации на теплокровном раздражение „психомоторной зоны“ коры дает не обычные реакции в мускулатуре конечности, но усиление действующего в данный момент глотания или дефекации. Главенствующее возбуждение организма в данный момент существенно изменяло роль некоторых центров и исходящих от них импульсов для данного момента».

Эту преобладающую (доминирующую) роль главенствующего возбуждения А. А. Ухтомский назвал «доминантой». Состояние доминанты есть такое взаимодействие группы нервных центров мозга между собой, которое сказывается на поведении животного, делая это поведение более устойчивым, или изменяет это поведение существенным образом, вполне заметным для наблюдающего со стороны. Приведем для пояснения пример. Если во время драки собак попытаться разнять их, оттягивая (за ошейник с цепью) друг от друга, то можно увидеть, что каждая из собак с еще большей силой будет рваться в драку. Это значит, что в момент повышенного возбуждения центра (в мозгу обеих собак) побочное влияние нового раздражителя (оттягивания за ошейник, которому каждая собака в обычных условиях подчиняется) оказывает здесь лишь усиление действующего в данный момент главенствующего возбуждения. Однако совсем другое действие во время драки собак можно получить, если применить более сильный, как бы ошеломляющий, эффект, например внезапно окатить собак холодной водой из ведра — они перестанут драться. Это значит, что новый побочный, более мощный раздражитель (холодная вода) послужил к изменению состояния нервного центра (у дерущихся собак) из возбуждающего в тормозящее: главенствующая роль центра стала теперь тормозящей.

Так и в обоих только что упомянутых случаях (с догом и со львом) биологическая радиация от взора В. Л. Дурова послужила побочным раздражителем — мощным толчком, после которого изменилась роль нервного центра: из возбуждающей она сделалась тормозящей. Не менее существенным является то, что таким образом В. Л. Дуров открыл новый, неизвестный до него фактор, который мы теперь только расшифровываем: феномен биорадиационного воздействия на психику (животного) с расстояния. Феномен этот в данном случае осуществляется через посредство взора глаз человека, фиксирующих глаза животного. Между прочим, этот феномен позволяет нам дать еще одно объяснение обстоятельствам, отмеченным в опытах д-ра Реутлера, когда организм человека оказывал воздействие при приближении к препарату с живым изолированным органом кузнечика; заметно убыстрялись ритмические движения кишечника кузнечика. Поскольку приближавшийся к препарату человек (экспериментатор) устремлял взгляд на него (биорадиационное воздействие), ритм движений кишечника ускорялся.

Весьма многочисленные наблюдения из жизни людей подтверждают кажущиеся многим странными факты, когда человек, случайно устремивший свой взгляд в затылок впереди находящегося человека, вдруг видит, что тот оборачивается и смотрит ему в глаза. Похоже, будто взор первого человека послужил каким-то сигналом — биораздражителем для второго человека. Один из мои корреспондентов, активно интересующийся проблемой передачи мысленной информации, комсомолец В. А. П. из Ленинграда так описывает испытанное на собственном опыте чувство человека, в затылок которого устремляя взор другого человека: «…сижу я однажды в театре перед началом спектакля и чувствую, словно кто-то сверлит мой затылок, чувствую какую-то тяжесть — поворачиваю голову, и мой взгляд встречается со взором товарища, который сидел ряда через четыре позади меня».

Другим, обращающим на себя внимание интересным фактом, но уже из жизни животных, является нередко наблюдаемое в темноте желто-зеленое свечение, исходящее из глаз у кошек и многих хищников. Общеизвестное также, что некоторые хищные звери, змеи и рыбы обладают силой воздействия своего взора, устремленного прямо в глаза близко находящейся жертвы. Под влиянием такого взора хищника жертва цепенеет, теряет власть над своими собственными движениями и становится легкой добычей хищника. Попытку объяснить эти явления с точки зрения биологической радиосвязи и представляет нижеследующая наша рабочая гипотеза (1952 г.).

Как известно, периферическим окончанием нерва в человеческих рецепторных органах зрения, слуха, вкуса, обоняния является эпителиальная клетка. Процесс зрения, например, реализуется в рецепторе при помощи зрительных (нервных) эпителиальных клеток сетчатки (ретины) глаза, которые носят название палочек и колбочек. Над ними расположен тончайший слой пигментных клеток, содержащих зрительный пурпур (родопсин), составляющий поверхность сетчатки, обращенную внутрь. глазного яблока. Пурпур находится и в верхней наружной части каждой палочки. В колбочках же содержится светочувствительное вещество — иодопсин. Сетчатая оболочка глаза состоит из нескольких слоев, содержащих нервные клетки — нейроны. Наружные окончания нейронов первого слоя осуществляют начало восприятия зрительного ощущения. Эти окончания имеют форму заметно удлиненных колбочек. Колбочки сосредоточены преимущественно в центральной части сетчатки, в особенности в так называемом желтом пятне — участке наиболее ясного видения (macula lutea). Он имеет очертания овала с максимальным поперечником 2,9 мм. В центре овала есть углубление (forea centralis), где имеются только колбочки. Число колбочек одного глаза достигает около семи миллионов. Диаметр колбочки 6–7 μ; длина около 55 μ.

В остальных участках, главным образом на периферии сетчатки, преобладают еще более вытянутые в длину тонкие неравные клетки, называемые палочками. Диаметр палочки около 2 μ, длина — около 70 μ. Число палочек одного глаза достигает нескольких десятков миллионов. Всего в сетчатке обоих глаз человека насчитывается около 140 миллионов нервных окончаний.

Удлиненные тельца колбочек и палочек так тесно соприкасаются друг с другом, что существующие между ними промежутки почти неразличимы. Характерной особенностью является попарное стояние палочек, в отличие от колбочек, расположенных в одиночку. Можно допустить, что за пределами желтого пятна сетчатки каждую колбочку окружают парные палочки со всех сторон и что поэтому на периферии сетчатки, где колбочки меньше перемежаются с палочками и где последние численно преобладают, структурное строение сетчатки морфологически отличается от строения центральной части сетчатки.

До сих пор в физиологии зрения нет четко установившегося мнения о том, какие различия существуют между функциями колбочек и палочек, но что эта функции различны между собой, на то указывает как различие в морфологии этих нервных клеток, так и заметная разница в их величине и порядке размещения на сетчатке. Известно, например, что колбочка, расположенная по преимуществу в центральной части сетчатки, светочувствительный аппарат, хорошо воспринимающий цветовые ощущения, в особенности при дневном освещении. Поэтому цветное световое ощущение иначе называют центральным. Палочка же более чувствительна к восприятию в сумеречное и ночное время окрашенных в однотонный серовато-зеленоватый цвет смутно различимых предметов окружающей обстановки. Получаемое в этом случае слабое световое ощущение иначе называют сумеречным или периферическим.

К колбочкам и палочкам, как концевым нервным аппаратам, снизу подходят нервные волоконца, которые передают световое раздражение дальше в зернистый слой более длинных клеток с отростками. Характерно, что одно волокно оказывается связанным с несколькими концевыми аппаратами. В своей сумме эти волокна составляют особый слой еще более длинных нервных образований. На вертикальном разрезе сетчатой оболочки человеческого глаза можно различить десять слоев, из которых десятый слой примыкает к сосудистой оболочке глаза. Проводниковый отдел зрительного анализатора начинается от девятого слоя сетчатки, где расположены ганглиозные клетки. Аксоны этих клеток образуют зрительный нерв, который следует рассматривать не как периферический нерв, а как зрительный тракт. Волокна зрительного тракта, выходящего из глазного яблока, идут через отверстие в черепе к большим полушариям головного мозга, где в наружном коленчатом теле (corpus geniculatum laterale) вступают в синапсическую связь с нейронами зрительного бугра. Наружные коленчатые тела передают зрительное ощущение в коре головного мозга. Отсюда зрительные нейроны третьего яруса направляются в затылочные доли коры мозга. Окончания зрительных путей входят в состав полей зрения затылочных долей коры мозга. Здесь зрительные ощущения анализируются и синтезируются.

Сетчатка глаза функционирует вместе с сосудистой оболочкой, на которой она помещается. Обе вместе они и составляют внутри глаза тот светочувствительный слой, на котором отражаются изображения освещенных предметов. Четкое изображение на сетчатке обеспечивается системой таких частей глаза, как прозрачная роговая оболочка, радужная оболочка (играющая роль раздвижной диафрагмы, как у фотоаппарата) и прозрачный хрусталик. Входящий извне луч света проходит через эту оптическую систему в полость глаза, заполненную прозрачным желеобразным веществом (носящим название стекловидного тела), и попадает на сетчатку в одной узко ограниченной зоне центра сетчатки, где по преимуществу расположены колбочки. Ход луча в этой оптической системе определяется показателем преломления отдельных сред (передняя и задняя поверхность роговицы, хрусталик и стекловидное тело), радиусом кривизны преломляющих поверхностей, а также некоторыми другими оптическими параметрами.

Под воздействием светового луча, падающего на сетчатку, вещество зрительного пурпура различным образом на различных участках этого слоя распадается, давая неокрашенное соединение. Именно такое химическое изменение и является началом возникновения колебательных электрических процессов в сетчатке, точнее в колбочках и палочках. Эти процессы распространяются далее по зрительному нерву и доходят до коры головного мозга.

Всюду электричество!

Впервые электрические процессы в сетчатке глаза были замечены Гольмгреном, а их особенности изучены Эйнтговеном. В настоящее время известно, что внутри глаза у человека и позвоночных животных так называемое дно глаза электроотрицательно по отношению к передней части глаза. Оказалось, что разница потенциалов вносится только сетчаткой. По удалении слоя сетчатки в остальной части глазного яблока разность потенциалов не обнаруживается. Между прочим, это обстоятельство позволяет нам выдвинуть два положения: 1) если биорадиационное излучение из глаза существует, то оно одинаково возможно как из глаза человека, так и из глаза животного; 2) прием этих излучений из другого глаза одинаково возможен как для глаза человека, так и для глаза животного.

Изменение разности электрических потенциалов, наступающее при световом раздражении глаза, экспериментально можно наблюдать во всех отделах зрительного анализатора: в сетчатке, зрительном нервном тракте и в зрительной области коры головного мозга. Характер этих электрических явлений общеизвестен. Действие светового раздражителя на глаз сопровождается определенными биоэлектрическими изменениями в центральном отделе зрительного анализатора — в area striata. При раздражении глаза мерцающим (прерывистым) светом повышение числа электрических колебаний в этой зоне наблюдается (с помощью аппарата, записывающего электроретинограмму) в течение всего периода раздражения глаза. В противовес этому, при непрерывном (сплошном) раздражении глаза световым лучом, повышение числа электрических колебаний в area striata наблюдается только в самом начале раздражения («эффект включения») и вслед за прекращением раздражения («эффект выключения»).

Согласно фотохимической теории зрения, разработанной акад. П. П. Лазаревым, изменение светочувствительности глаза идет параллельно распаду зрительного пурпура. Биохимические и электрофизиологические исследования показывают, что, например, процесс темновой адаптации (приспособление самого глаза к темноте) осуществляется в сетчатке. Однако, до настоящего времени остается неясным, лежит ли в основе адаптации восстановление зрительного пурпура или же это восстановление только сопровождает процесс адаптации.

[10] Очевидно (см. подробнее следующую главу), поскольку приблизившийся с целью наблюдать движения кишечника к препарату человек (экспериментатор) устремлял свой взор («лучи зрения») на него, взор и оказывал свое биорадиационное действие — ритм движения кишечника (и яичника) ускорялся.