Биологическая радиосвязь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однако приведенные факты не только подтверждают биорадиационный эффект действия «луча зрения». Они позволяют развить этот вывод в сторону более тонкого понимания столь замечательного феномена. Во-первых, действие «мимолетного» словесного сигнала показывает, что здесь мы имеем дело и со второй сигнальной системой. К тому же проделанный в 1938 г. опыт Т. В. Гурштейна, когда перцепиентка Е. Г. Никольская исполнила его мысленное внушение: произнести слова «мне приятно здесь сидеть», — подтверждает возможность включения второй сигнальной системы в сферу биорадиационной связи. Во-вторых, вспомним опыт В. Л. Дурова со львом Принцем. Сначала лев исполнил мысленный «приказ» дрессировщика: напасть на львицу; здесь агентом воздействия (побочным раздражителем) от взгляда человека послужил импульс, изменивший спокойное (т. е. тормозящее) состояние нервного центра в мозгу льва на возбуждающее: лев напал на львицу. Затем последовал другой мысленный «приказ» дрессировщика льву: успокоиться; в данном случае побочным раздражителем у льва от взгляда человека послужил импульс, изменивший раздраженное (т. е. возбуждающее) состояние нервного центра у льва на тормозящее: лев успокоился. Не говорит ли это о том, что биорадиационное действие «луча зрения» в обоих случаях содержало некую эмоциональную «окраску»: в одном случае это была эмоция возбуждения, в другом — эмоция успокоения. Сравнивая эти оба случая с фактами тормозящего воздействия «луча зрения» у хищников (при нападении на обезволенную этим «лучом зрения» жертву), мы видим поразительное отличие. Человек, благодаря высшей ступени своего разума, сознания, умеет «окрашивать» «луч зрения» эмоцией, т. е. действует избирательно, сознательно подчиняя вызываемое им у животного действие своему (человеческому) акту мышления. Иными словами, мы видим, что человек в одном случае организует одно поведение животного, в другом — другое. Животное не может так поступать. Нападающий на жертву хищник не может действовать избирательно, это лишь инстинктивно (инстинкт поддержания жизни питанием). Здесь проявляется свойственная животному миру низшая стадия сознания.

Выше уже приводились выводы акад. П. П. Лазарева о том, что неутомляемость зрительного центра связана с другой функцией этого центра, а именно с протекающими в нем периодическими реакциями химического свойства. Эти реакции кладут начало образованию электромагнитных колебаний в зрительном анализаторе, или излучению наружу электромагнитных волн (т. е. «лучей зрения» по нашей теории — Б. К.). Иными словами, здесь действует закон: химическое через электрическое и электрическое через химическое. Этими словами мы хотели бы лишний раз подчеркнуть органическую связь процессов химического свойства в мозгу человека с биоэлектромагнитными процессами.

Для нашей темы не менее важное значение имеют выводы и из других исследований. Известно, например, что введенные в организм человека алкалоиды из сока растения мескалины в Мексике способствуют возникновению в сознании у этого человека внушенных галлюцинаций и облегчают у него процесс «приема» мысленной информации, переданной другим человеком на расстоянии. Врачи-токсикологи, изучая действие сока мескалины в Мексике, отметили, что он приводит мексиканских индейцев (пристрастившихся к приему этого сока целой группой участников, специально собирающихся для этой цели в обрядовой обстановке) в состояние необычайной связанности движений отдельных органов тела и заметной легкости восприятия (всеми участниками группы) мысли, переданной одним из членов группы, считающимся у них вождем. Такое связанное (подавленное) состояние двигательных импульсов врачи назвали термином «эмпатия» и установили, что «эмпатичный» индивид показывает результаты приема невысказанной вслух мысли гораздо лучше, чем человек в нормальном состоянии. Например, д. — р Осмонд [80] по этому поводу придерживается следующего мнения: «Насколько я могу судить, вызванное этим соком состояние можно объяснить тем, что мозг тогда имеет некоторое нарушение функций (при подавленности сознания) и поэтому реагирует на прием посторонней мысли более чутко и более полно, чем мозг с нормальными функциями». Осмонд считает, что поскольку химизм вещества сока мескалины изменяет чувствительность к восприятию переданной мысленной информации на расстоянии, этот феномен (передачу мыслей) и следует отнести к разряду материальных явлений.

Однако важно здесь и другое, неотмеченное упомянутыми исследователями обстоятельство, для пояснения которого приходится сделать небольшое отступление. Мы уже говорили о том, что парализующее воздействие биорадиационной волны «луча зрения» на двигательный центр у жертвы хищника объясняется как раздражение, изменяющее главенствующую роль нервного центра мозга жертвы: из возбуждающей моторные движения собственного организма, она (роль) сделалась тормозящей.

Следовательно, наряду с вызванными этим «лучом зрения» биоэлектромагнитными процессами в мозгу жертвы, очевидно, произошли и химические процессы (объясняемые привлеченными выше выводами из работ П. П. Лазарева). Но вместе с тем мы можем дополнить и несколько исправить рассуждения д-ра Осмонда новым веским соображением: очевидно, химические вещества сока мескалины послужили тем раздражителем, который изменил главенствующую роль нервного центра — из возбуждающей в тормозящую. Между состоянием «эмпатии» человека и состоянием подавленности движений жертвы хищника можно поставить знак равенства. Однако ошибочным следует считать мнение д-ра Осмонда, будто при «эмпатии» происходят «некоторые нарушения нормальных функций мозга». На самом деле функции мозга остаются нормальными, только изменяется главенствующая роль действующего нервного центра в мозгу; из возбуждающей она становится тормозящей — это и есть более правильное определение состояния «эмпатии». К сказанному следует еще прибавить, что материальный характер феномена передачи мысленной информации группе «эмпатических» людей ничем иным нельзя объяснить, как только действием биорадиационной волны, излучающейся из центральной нервной системы вожака в процессе мышления, происходящем в его мозгу.

Но и это еще не все. Проф. А. В. Леонтович учит [45), что во многих случаях возбуждения и торможения импульсов происходит так называемая ассимиляция и диссимиляция химических компонентов в соответствующих органах нервной системы. Под этим надо понимать следующее: в состав проводящей импульс ткани нервов входят также вещества, способные к обратным реакциям. Такие реакции нередко сопровождаются электрическим процессом диссоциации (разложения), идущим в сторону освобождения отрицательных ионов (диссимиляция), или в сторону освобождения положительных ионов (ассимиляция). Поэтому можно принять, что при состоянии «эмпатии» мозга, под действием пришедших извне биорадиационных излучений (телепатемы из мозга вожака) происходит процесс ассимиляции, приводящий не только к подавлению двигательных импульсов у «эмпатического» индивида, но и к облегчению дальнейшего восприятия им тех же излучений.

Нам представляется, что феноменальная способность человека мысленно на расстоянии воздействовать на других находится все еще в зачаточном состоянии. Не правы те, кто считает эту способность мозга отживающей, вырождающейся и т. п. Наоборот, она представляет собой начало, зародыш новой, более высокой ступени развития человеческого сознания на новой, высшей основе, на основе биологической радиосвязи.

Подтверждает эту гипотезу простой закон природы: чем больше человек станет упражнять в себе эту биологическую способность, тем большее развитие она получит и тем могущественнее будет власть человека над природой.

Глава IV

Орган слуха — анализатор биоэлектромагнитных волн акустической частоты

Попытаемся объяснить «механизм» восприятия сознанием человека вещественного звука («серебристого звона») на большом расстоянии от источника звука.

Как известно, серое вещество мозга, т. е. скопление ганглиозных клеток, лежит у самой поверхности головного мозга и образует его кору. Средние части мозга состоят из белого вещества. В нижних частях полушарий мозга, внутри, с каждой стороны, лежат несколько внутренних скоплений серого вещества — большие ганглии головного мозга. Они состоят из нейронов ассоциационного типа (ассоциация — сочетание, сообщество). Кора головного мозга состоит из многих рядов (5–8) ганглиозных клеток, причем в каждом таком ряду имеется обычно по несколько ярусов однородных клеток. Физиологи считают [35], что в коре головного мозга имеется в среднем 14 миллиардов нервных (ганглиозных) клеток.

Функции полушарий головного мозга складываются также из деятельности частей, составляющих две трактовые системы: двигательную и чувствительную, и из работы центровых и ассоциационных нейронов, причем отмечается большое преобладание ассоциационных над центровыми. Это последнее обстоятельство делает полушария головного мозга главным центральным органом высшей нервной деятельности человека, поскольку ассоциационные нейроны и образуют высшие центры психической деятельности человека. А. В. Леонтович [45] указывает: «Как всякое движение, так и чувствительность всякого участка живого тела имеют свой сознательный центр в корке мозга: это выражают обыкновенно так, что в мозгу имеются „проекционные волокна“, благодаря которым все участки нашего тела с большей или меньшей точностью и совершенством „спроецированы“ на корку мозга. Благодаря этому, например, помимо действительной ноги, в мозгу удивительным образом существует своя, если можно так выразиться, „мозговая“ нога, нами собственно непосредственно и сознаваемая способом, до сих пор неподдающимся сколько-нибудь удовлетворительному объяснению» (явление наблюдалось у лиц с ампутированной ногой (или рукой); после удаления ноги может пройти несколько лет, однако оперированный не перестает жаловаться на боль, например, в большом пальце отрезанной ноги). Точно также спроецировано в коре головного мозга и движение (или может быть лишь представление о движении) той или иной части тела. Сообразно этому различают психо-моторные и психо-сенсорные центры мозга и идущие от них пути. Раздражение первых передается трактовым моторным путам, возбуждение вторых происходит от раздражения трактовых чувствительных путей спинного мозга. Существование проекционной системы головного мозга обусловливает так называемую локализацию (размещение) центров чувствования в головном мозгу. Схема размещения этих центров показана на рис. 15.

Рис. 15. Схема расположения в головном мозгу человека центров чувствования отдельных органов и членов тела.

По определению акад. И.П. Павлова, рефлекс, «рефлекс есть непременная закономерная реакция организма на внешний агент, которая осуществляется при помощи определенного отдела нервной системы». Для возникновения рефлекса необходимо внешнее раздражение со стороны среды, окружающей организм. Начальная фаза действия этого раздражения заключается в превращении внешней энергии в нервный процесс. Превращение это производится рецептором,[11] в данном случае волосатой клеткой слухового нерва в улитке внутреннего уха. От рецептора этот процесс распространяется (по центростремительной нервной нити) в мозговой конец анализатора. Следовательно, «слуховой» рефлекс невозможен без анализатора. В нормальных условиях восприятия звука анализатор составляет исходную, среднюю и концевую части всего слухового нервного пути, или слуховой рефлекторной дуги.

И. П. Павлов представляет нервный путь или рефлекторную дугу в виде сцепления трех аппаратов: 1) анализатора, 2) соединительного или замыкательного прибора; 3) исполнительного или замыкательного прибора. Он пришел к выводу, что «большие полушария представляют главнейшим образом головной конец анализатора. Следовательно, и все большие полушария заняты воспринимающими центрами, т. е. мозговыми концами анализаторов».[12]

Слуховой анализатор состоит из рецептора, т. е. волосатой клетки в улитке внутреннего уха, слухового нерва и тех мозговых клеток в больших полушариях, в которых заканчивается слуховой нерв. Слух есть деятельность всего слухового анализатора, причем высший анализ слухового ощущения осуществляется соответствующей ганглиозной клеткой коры головного мозга как мозговым концом анализатора. И. П. Павлов показал, что мозговой конец анализатора сам по себе представляет сложный механизм. Он состоит из ядра собственно мозгового конца слухового анализатора как основного воспринимающего звуковое раздражение нервного элемента и ряда других рассеянных в коре мозга элементов данного анализатора.

И. П. Павлов доказал, что анализаторы являются необходимыми органами приспособления организма человека к окружающей среде. Единство организма с внешней средой и его зависимость от внешнего мира выступает в форме рефлекса. Следовательно, надо понимать, что непременной и закономерной реакцией на полученный моим мозгом в 1919 г. звуковой раздражитель в виде пришедшей от мозга моего умирающего друга биоэлектромагнитной волны (акустической частоты) явился непременно и закономерно возникший у меня в этот момент рефлекс: я поднялся на локте и сделал ряд движений в поисках источника звука. И наоборот, этот рефлекс явился результатом восприятия моей нервной системой пришедшей извне в мой мозг электромагнитной волны биологического происхождения.

Не противоречат ли мои воззрения гениальному учению И. П. Павлова о высшей нервной деятельности? Мне кажется, нет. Прежде всего приведем некоторые взгляды И. П. Павлова на внушение вообще. «Внушение есть наиболее упрощенный типичнейший условный рефлекс человека… Возможно, что мы когда-нибудь научимся делать внушение и животным во время гипнотического состояния».[13]

Павловское учение не утверждает, что нет или не может быть биорадиационных излучений из центральной нервной системы, но и не доказывает наличие их. Как известно, сам И. П. Павлов не занимался вопросами электрофизиологии нервов. Его интересовали только вопросы чистой физиологии. В статье, посвященной памяти своего сотрудника А. В. Самойлова, И. П. Павлов пишет: «Я был и остаюсь чистым физиологом, т. е. исследователем, изучающим функции отдельных органов, условия деятельности этих органов и синтезирование работы органов в общую механизацию того или другого отдела организма или целого организма, и мало интересуюсь последними глубокими основаниями функционирования органа, его ткани, для чего уже требуется преимущественно химический или физический анализ».

Как-то при посещении лаборатории И. П. Павлова (в 1925 г.) проф. А. В. Леонтович рассказал ему об опытах мысленного внушения животным В. Л. Дурова и о результатах экспериментирования через экранирующую камеру Б. Б. Кажинского. Но И. П. Павлов принципиально отказался обсуждать влияние эмоциональной «окраски» получаемых В. Л. Дуровым реакций животного. Вместе с тем известно, что И. П. Павлов положительно относился к работам своего ученика В. Ю. Чаговца по электрофизиологии нервов, предоставил ему полную возможность вести электрофизиологические исследования в руководимой им (И. П. Павловым) лаборатории. Несомненно, знал И. П. Павлов и о том, что В. Ю. Чаговец являлся основоположником ионной теории раздражения, по существу доказывавшей электрическую природу психических процессов. Знал он также о взглядах и работах П. П. Лазарева, утверждавшего именно на основе ионной теории возбуждения, что этот психический процесс сопровождается появлением в окружающем пространстве электромагнитной волны, которая, доходя до центров мозга другого индивидуума, обнаруживающего тот же период и ту же реакцию, приводит его в возбуждение. Иначе говоря, И. П. Павлов несомненно знал, что работы П. П. Лазарева и В. Ю. Чаговца уже в те времена (1920 г.) давали возможность подходить к феномену передачи мысленной информации на расстояние с точки зрения генерирования электромагнитных волн в нервных клетках мозга. Обладая кругозором крупнейшего ученого, И. П. Павлов, видимо, находил правомерной и нужной для науки работу у себя в лаборатории и в области электрофизиологии нервов, хотя сам этим непосредственно и не занимался.

Позднее школой И. П. Павлова было начато изучение воздействия электромагнитного поля на высшую нервную деятельность.[14]

Цепи прямой и обратной связи в нервах

Но вернемся к рефлексам от слуховых восприятий. Мы считаем, что улитка с заключенным в ней Кортиевым органом является рецепторным аппаратом слухового анализатора, превращающим энергию звуковых волн в энергию нервного возбуждения, а взятая вместе с мозговым концом слухового анализатора, система этих нервных элементов составляет замкнутую цепь прямой и обратной связи Томсоновского колебательного контура.

Принимая эти предпосылки, посмотрим, как на их основе можно объяснить факт состоявшегося в 1919 г. приема мной извне биоэлектромагнитной волны с частотой, характерной для высоких тонов «серебристого звона».

Приводя описание нескольких определенных структурно разнообразных ганглиозных клеток, А. В. Леонтович отмечает [47]: «…имеется ряд особенностей нервов, которые напрашиваются на трактование их с точки зрения путей и аппаратов для проведения электричества…

Вполне очевидно, что мы имеем в данном случае не какие-то случайные структуры, а аппараты, устроенные по какому-то определенному плану, где функция и структура определяют друг друга».

Рис. 16. Многочисленные тончайшие фибриллярные нити а с ультрамикроскопическими варикозными утолщениями б, пластинками (бляшками) в, пуговками и шипиками г и т. п. на многих своих концах, составляющие сому (тельце) ганглиозной пирамидной клетки мозга человека (по Рамон-и-Кахалу).

Эта установка дает нам основание, например, рассматривать ганглиозную пирамидную клетку мозга (по рисунку 16, заимствованному из упомянутой работы А. В. Леонтовича) с ее многочисленными внутренними фибриллами, имеющими ультрамикроскопические «бляшки» (пластинки, пуговки, шипики и т. п.) на многих своих концах внутри клетки, как подобие радиоламп-триодов нескольких назначений. Так, можно допустить, что некоторые из этих ламп играют роль генераторов, излучающих биоэлектромагнитную волну наружу, другие же из них играют роль детекторов, обнаруживающих пришедшую извне биоэлектромагнитную волну. В первом случае мы имеем радиогенератор, включенный в колебательный контур какой-то одной цепи нервных элементов человеческого организма, т. е. иными словами «биорадиопередатчик», а во втором случае (с радиодетектором) — «биорадиоприемник». Рассмотрим «внутреннюю» работу того и другого, когда они по отдельности размещены в системе слухового анализатора.

[11] Рецептор — нервная клетка (нервный элемент), являющаяся окончанием нервного волокна, принимающего раздражение извне.

[12] И. П. Павлов, 20 летний опыт объективного изучения высшей нервной деятельности. П., стр. 95.

[13] И. П. Павлов, Лекции о работе больших полушарий. Лекция 23. Л., 1927.

[14] См. Ф. Петров, Действие электромагнитного поля низкой частоты на высшую нервную деятельность, «Труды института физиологии им. И. П. Павлова», т. 1, 1959, стр. 369.