— Думай, как хочешь, но самоистязание не поможет тебе двигаться дальше. И не поможет отпустить прошлое. Каким человеком ты хочешь стать?
— Вчера ты назвала меня зверем. Возможно, я вообще не человек.
— Возможно, — на ее лице промелькнул намек на улыбку. — Но знаешь, быть зверем не так уж плохо.
— Разве?
— На самом деле то, что ты — зверь, дикий и неукротимый, делает тебя очень привлекательным. Я знаю, о чем говорю, — возразила Белла.
— Я не такой, по крайней мере, не совсем, — покачал я головой.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты приручила меня, Белла.
— Правда? — она посмотрела на меня с таким изумлением и искренностью, что они чуть ли не причиняли боль. Я никогда не смог бы соврать этой женщине, да и не захотел бы.
— Сердце и душу.
— Но ведь что-то осталось от зверя? Хоть что-нибудь? — спросила Белла с самой нежной улыбкой из всех, мною виденных.
Моя ответная улыбка не была нежной. Она была голодной. Я притянул Беллу ближе и усадил на себя верхом так, чтобы твердый член уперся ей между ног.
— Ты права, Белла. Но, моя красавица, я поедаю свою добычу в спальне.
— Мы не в спальне, чудовище. Мы в библиотеке.
— В таком случае, я отнесу тебя туда, как описано в твоих книгах.
— Хорошо, — отозвалась Белла, глядя на меня диким жаждущим взглядом, полным готовности и желания. — Потому что я никуда не уйду.
Глава 12
Белла
Я снова была в руках Ронана и, обхватив его ногами, чувствовала у своего входа настойчивые толчки члена. Я невыносимо хотела этого мужчину, даже чувствуя себя недостойной его преданности.
Но он предлагал мне ее, а я брала все, что могла получить.
— Ох, да, — застонала я, когда член проник в меня еще глубже. Ронан полностью заполнял меня, и мне не верилось, что еще несколько дней назад я была девственницей, никогда не принимавшей в себя мужчину.
Ронан пах сандалом и соснами. Мне казалось, будто он уходит корнями в землю, а я — молодое деревце, выросшее рядом с ним из его семени.
Я принадлежала ему.
— Белла, ты — все, что мне нужно, — прорычал он мне на ухо, притягивая меня еще ближе.
Мне не хотелось причинять ему боль, ведь его раны только начали затягиваться, но он поклялся, что я — лучшее лекарство. Идеальное. Единственное противоядие.
Я решила поверить ему.
— Не останавливайся, — молила я, пока Ронан проталкивался в меня все глубже. Сосредоточение моего существа пробуждалось, будто озаренное тысячами вспышек света.
Цепляясь за Ронана, я вжалась грудями в его торс. Он взял их в ладони, пососал, а затем, прикусив мне шею, отодвинул в сторону мои волосы, чтобы облизать кожу. Ронан припал к моему рту, и наши языки сплелись. Два тела задвигались, как одно, и он сильно кончил в меня.
Мне хотелось, чтобы Ронан не останавливался никогда. От пульсации огромного члена меня захлестнул оргазм вместе с сильнейшими эмоциями, какие я и не надеялась испытать в своей жизни.
— Я люблю тебя, Ронан, — простонала я, совершенно не задумываясь, что говорю.
— О, Боже, — вскрикнул он в момент оргазма. — Я тоже люблю тебя, красавица, всем своим существом, — устроившись поверх меня, Ронан позволил мне обнять его за шею и, прижавшись лбом к моему лбу, встретился со мной взглядом. — Я серьезно, — добавил он. — Знаю, все произошло слишком быстро…