— Добрый день, Белла.
— О, привет… — она повозилась с книгой и перевернула ее страницами вверх. У нее раскраснелись щеки, но я не возражал. Меня умиляло видеть ее такой взволнованной.
— Нравится роман? — я видел на обложке полуголого мужчину и уже знал ответ на свой вопрос.
— Мне нравятся истории о героях, носящих своих женщин на руках, — улыбнулась в ответ Белла.
— Мы можем поговорить? — я кивнул и подошел ближе.
Отложив книгу, она удобнее устроилась в кресле, и я уселся напротив нее.
— Я удивлена, что ты вообще хочешь со мной разговаривать, — она прикусила ноготь, избегая встречаться со мной взглядом.
— Белла, посмотри на меня.
Она покачала головой.
— Пожалуйста, Белла.
Она закрыла лицо ладонями, упорно отказываясь на меня смотреть.
— Послушай, — попробовал я, — все мы совершаем ошибки.
— Это не было ошибкой, — ответила она, глядя исключительно на свои колени. — Не знаю, почему ты беспокоишься обо мне после того, как я сглупила и убежала от тебя посреди шторма.
— Ты думала, что я сломал жизнь твоему папе, а ты о нем заботишься, Белла, и о его чувствах.
В конце концов, она опустила руки и посмотрела на меня.
— А как же твои чувства, Ронан? — Белла поморгала, сдерживая слезы. — О них я не заботилась.
— А сейчас? — спросил я. Мне нужно было выяснить правду. — Теперь ты заботишься о моих чувствах?
— Забочусь, — закивала она. — Очень, — по ее щеке скатилась слеза.
Меня убивало видеть страдания Беллы, поэтому я взял ее за нежную руку и притянул к себе на колени.
— Тшш, Белла, все в порядке.
— В порядке? — заплакала она у меня на плече. — Я же знаю, что тебе больно, и дело не в ранах. Ты потерял маму, и тому есть множество подтверждений. Книги в библиотеке, изящный чайный сервиз, витражи. Все вещи в доме говорят о ней. Здесь так красиво.
Я зажмурился — воспоминания до сих пор были яркими — но с Беллой в моих руках не смог отгородиться от чувств.
Она смягчала меня, хотя местами делала твердым.
— Я на самом деле потерял ее. Вот почему переехал сюда. Она любила этот дом и оставила его мне, хотя я не заслуживал.
— Почему не заслуживал, Ронан? — Белла прижала свою маленькую ладонь к моей щеке.
— Потому что не приехал к ней вовремя, пока она умирала. Она болела, но я был во Франции, а не у постели родной матери. Мои приоритеты… — я запустил пятерню в волосы, стыдясь того, каким человеком был, — …мои приоритеты были извращены. Я так и не сказал маме, как сильно ее любил.
— Она знала, Ронан.
— С чего ты взяла? — ухмыльнулся я, не веря Белле.
— Потому что она завещала дом тебе. Он великолепен, здесь повсюду отпечатки ее пальцев. Она ведь могла оставить его своему мужу, но выбрала тебя. Она хотела, чтобы ты был с ней даже после смерти.
— Вот так просто? Считаешь, мои ошибки можно исправить словами? Будто я могу просто взять и простить себя?