Хмм, если девушка её положения ещё не разучилась краснеть, значит, она действительно заслуживает внимания.
— А ты Зак? — вновь обратила свой взор на меня Лиз. — Какие у тебя планы на будущее?
— Постричься и пойти в монастырь, — выдал я заранее заготовленный ответ.
— Я серьёзно, — не отставала Лиз. — Чем ты собираешься заняться в жизни? Что ты можешь, кроме своей музыки?
Я начал злиться. Вот музыку лучше не трогайте, музыка — это святое.
— Мне кажется, что это не твоего ума дело, — как можно спокойнее ответил я.
Я терпеть не могу, когда кто-нибудь нелестно отзывается о музыке, тем более о моей, и, уж конечно, Лиз это знает, и сказала это нарочно. Вот только зачем?
Я взял себя в руки и улыбнулся.
— А ты Лиз? Чем собираешься заняться ты?
— Я посвящу себя своему любимому мужу, — ответила она.
— Хмм, видимо, это потому, что ты толком ничему дельному так и не научилась? — не долго думая, ляпнул я, невольно порадовавшись такому удачному ответу.
Лиз начала закипать, но буря миновала — из толпы вышли несколько человек и направились к нам. Видимо, именно эти молодые люди ходили расшаркиваться со старшими учениками.
Все трое в золотых фраках. Ох уж эта мода…
— Здравствуй любовь моя, — произнёс самый тощий из них, подойдя к Лиз.
Мы с Чезом обменялись удивлёнными взглядами — «И это пугало её будущий жених?».
Но тут нам всё сразу стало понятно.
— Познакомьтесь, — гордо произнесла Лиз, обнимая за плечи тщедушного паренька. — Это брат Натали, Энжел Митис.
Тогда понятно, почему она встречается с ним, и почему такая очаровательная дама, как Натали, сидит в таком обществе.
— Это Найджел и Ленс — друзья Энжела и адепты Академии.
Мы с Чезом одновременно кивнули в знак приветствия.
— А это Зак и Чез, — кивнула на нас Лиз. — Я вам о них рассказывала.
— Надеюсь только правду? — спросил Чез, бросая взгляды на Натали, к которой подошёл широкоплечий и светловолосый Ленс. Вернее, он казался широкоплечим рядом со мной, так же как я казался широкоплечим рядом с Энжелом, но рядом с Чезом он как-то блек. Не помогал даже золотой фрак Великого Дома, Чез-то был в серебряном (цвете богатых семей).
— Очень приятно, — произнёс за всех троих худенький Энжел, хотя выражение его лица говорило об обратном.
— Что-то вы слегка помяты, — заметил Ленс, брезгливо глядя на мой и вправду слегка неряшливый наряд. — Через чердак лезли?
Я оставил его реплику без внимания.
— У нас с Чезом дела…
— Я с вами разговариваю! — повысил голос Ленс.
Чез удивлённо отвлёкся от созерцания Натали, и покосился на светловолосого великана.
— Зак, ты что-нибудь слышал? — изобразил он удивление.
— Нет, а ты? — зевнул я.