Я и мои (бывшие) подруги: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мы сошлись не сразу, в конце второго курса, на пионерской практике, где волей благосклонной к нам судьбы оказались на одном отряде и в одной комнате.

На первом курсе, когда люди еще не знали друг друга, произошел первичный разбор на подруги и группки по внешнему признаку. Я попала в компанию высоких, активных, шумных девочек. А она в группу белочек, так я их называла: девочек маленьких, милых и скромных, но при ближайшем рассмотрении со своими неожиданными страстями и интригами. Я дружила с блестящей Ларой — умной, веселой, компанейской львицей, как вы можете заключить — из традиционных, активных. И с Машей, закончившей свою бурную, бестолковую жизнь уже в двадцать три года. Девочкой талантливой, с необыкновенным юмором, но бесхарактерной и слишком доброй, чтобы сказать «нет» себе и другим, что и привело к столь ранней смерти.

Итак, волей судьбы, которую я хочу еще раз поблагодарить, мы с Аней оказались в одной комнате, где узнали друг друга ближе и сошлись — ах, какое замечательное слово. Меня умиляло в ней все: ее внешняя миниатюрность, мягкость, внимательный подход к людям. Она стала поверенной в самом важном событии моей молодой жизни.

Я тогда бурно и безнадежно влюбилась в первый и, надеюсь, в таком виде — в последний раз в моей жизни. А подобный опыт связывает людей крепко, как страшная тайна, общий грех или преступление. Аня была моим спасением и сокровищем. Все то лучшее и трогательное, что заключает в себе понятие «идеальная девушка», я видела в ней. Она казалась мне моей противоположностью, и это восхищало меня. И еще: она принимала меня такой, какой я была, а в то время я и сама себе не нравилась.

Далеко не каждый человек, который тебя любит, принимает тебя. Например, мой первый муж меня любил, но не принимал. Мой гражданский — любит и принимает, иногда со скрипом, но все же. А я люблю, но не принимаю, пытаюсь переделать любой ценой. Хочу, чтоб он стал «таким, как я хочу», как пела Эдита Пьеха на заре своей карьеры. Понимаю, что это невозможно, глупо и бессмысленно. И по себе знаю, как греет и поддерживает приятие, однако упорно переделываю. Я уверена, что так поступает абсолютное большинство женщин, хотя далеко не каждая честно признается в этом.

Во мне проявляется архетип Мальвины. Название мое, не ищите его в спецлитературе. Мальвина тоже вечно воспитывала своего нерадивого Буратино. А мужчины — все Буратино. Или Артамоны и Пьеро. Этакие три мушкетера.

Мне кажется, среди мужчин встретишь пару-тройку архетипов — большим разнообразием их племя не блещет.

Мир женщин в этом плане побогаче. А я — классическая Мальвина — воспитываю, пилю, сажаю в темный чулан. Ну, а что они? Сами виноваты.

Мой архетип Мальвины еще не самый плохой. Я знала достаточно женщин с архетипом «страха быть брошенной». О, это печальное зрелище! Тяжкий рок иметь этот архетип, очень распространенный среди нас. Какая это несвобода, какое неуважение к себе — идти на все из страха, что негодяй, который не стоит твоего мизинца, и пользуется тобой самый бессовестным образом, бросит тебя окончательно. А он и не бросит, зачем? Другие женщины у него и при тебе живой есть, ты его кормишь едой и собой, обстирываешь и выслушиваешь, содержишь на свете, решаешь его проблемы, работаешь за него. Зачем же тебя бросать, когда можно и дальше издеваться. И так позволяют с собой поступать весьма достойные женщины — красавицы и умницы, слишком «скромно» к себе относящиеся. Они оценивают себя не своей головой, а полностью зависят от мнения человека мужского пола, повторюсь, не стоящего в большинстве случаев их мизинца. Печально так не любить и не уважать себя!

Подобные стадии бывают в жизни любой женщины.

В моей тоже, что уж. Да, очень непросто освободиться от недостойного человека, но если ты решишься — твоя смелость всегда, всегда вознаградится! И не в любви тут дело (сколько женщин прикрываются этим словом), а в страхе. Ах, он бьет, унижает меня, но на самом деле я сама виновата. Это он меня так любит. Ах, и я его люблю и другого не смогу полюбить. Ерунда, сможешь, еще как. И давайте будем честными: ты не его любишь, а не любишь себя! Сделай этот шаг, сестра, освободись, и тебе воздастся.

К Ане это психологическое отступление не имеет никакого отношения.

Анин архетип — это, пожалуй, та самая Аленушка или Марьюшка из сказки — добрая, прощающая, понимающая, женственная и мягкая. Идеал многих мужчин!

Она вышла замуж в двадцать четыре года, что в мое время считалось возрастом довольно критическим. Сейчас, с высоты своего теперешнего возраста и опыта жизни в другом обществе, я не перестаю удивляться, в какой патриархальности мы жили еще так недавно. Девушка в двадцать четыре года считалась чуть ли не старой девой!? И что это вообще за унизительное понятие — старая дева. Да какая вам разница?! Почему посторонние люди, абстрактное общественное мнение берет на себя право решать, насколько успешна женщина. А критерием ее жизненного успеха становится факт того, когда она вышла замуж и вышла ли вообще? Так было двести лет назад, во времена моей любимой Джейн Остин, английской писательницы, которая сама как раз и не вышла замуж, хотя в своих прелестных романах описывала именно этот процесс: влюбиться, преодолеть все недоразумения и выйти замуж.

А что уже там дальше, после свадьбы, оставалось за чертой повествования.

Суженого-ряженого не так-то просто найти, иногда нужно потратить годы на поиск достойного и, главное, — подходящего! А мужем становится часто первый встречный паренек, которому мы подарили свое сердце. Мало кто в нежном возрасте знает, что влюбленность с ее игривыми гормонами когда-то затихает и успокаивается, розовые очки падают с заплаканного носа, и ты впервые, круглыми от удивления и ужаса глазами, реально видишь человека, так мало похожего на принца твоей мечты. А жить тебе предстоит с ним еще очень долго. Потому что дети, совместные дела опутали вас «узами брака» крепко и надолго.

Как здорово, что сейчас жизнь несколько изменилась, и уже не бабушки на лавочке, не соседи, не абстрактное общество или конкретный семейный клан определяет, когда и за кого тебе выходить замуж или выходить ли вообще. Да здравствует личная свобода! Да здравствует личность! Да здравствует свобода личности!

Итак, Таня не выскочила, а вышла замуж в относительно сознательном возрасте за прекрасного, подходящего и любимого человека. Потому и живут до сих пор, хорошо — в совете и любви, растят двоих детей. К мужьям моих подруг я отношусь нейтрально, как к декорации в театре или мебели в комнате. Что это значит: они для меня как бы и не мужчины вообще, а некие бесполые существа-табу.

Отсюда мое сравнение с мебелью, а не из неуважения и равнодушия к ним. Понятно? А вот к Аниному мужу отношусь по-другому. Я его люблю, как брата, конечно, он — хороший человек. Со своими особенностями а кто без них?), но он вообще всем нравится с первого взгляда. Потому что добрый человек.

Обратите внимание: в нашем языке слово «добрый» означает как добрый, так и хороший. Вспомните былины: добрый конь значит хороший конь, а не конь с добрым характером. Или добрый молодец — это не тот, который по доброте душевной с себя начинает последнюю рубаху снимать и первому встречному навязывать, а именно хороший молодец, не абы что. Так вот, Анин муж — человек добрый в традиционном смысле этого слова, и хороший.

Добрый в квадрате. Он полюбил меня заочно только за то, что меня любила и называла своей хорошей подругой Аня.

Для него это оказалось достаточным основанием, и меня такое отношение подкупило. Я как-то не припомню никакого другого случая, когда бы меня полюбили ни за что, заочно, по рекомендации. Мол, люби и жалуй, это моя подруга, и этим все сказано. И никакой ревности по отношению ко мне, а ведь могло бы быть всякое. А я вот любого потенциального партнера моей дочери уже сейчас заочно ненавижу. Классическая злая теща, вот кто я такая.

Были в жизни Ани и ее мужа случаи, которые сплавляют людей крепко, как сталь. У нее — оставленная врачами и загнившая плацента при рождении ребенка, что почти вызвало сепсис. У него — тяжелая авария с повреждением позвоночника, чуть не приведшая к неподвижности. Подлый финансовый обман, по-новорусски — кидалово, чуть не привел их обоих к суме.

Они тяжело жили и много работали вдали от минимальной цивилизации краевого центра, откуда Аня родом. Ради любви она переехала к мужу в село, хотя существовала теоретическая возможность ему переехать к ней в город. Я, городской житель, долго не могла этого понять, ибо сама переехала за границу, в столицу приличного европейского государства. Но пути господни неисповедимы, и никогда не знаешь, что обернется добром, а что злом. В начале девяностых годов их спас огород: прокормил и дал кое-какие деньги с овощного рынка. Земля сыграла ту же роль, что и поместье Тара в жизни Скарлет О`Хары после гражданской войны в Америке. У нас, правда, войны не было, а разруха все равно случилась, и все хлебнули лиха. Не зря китайская мудрость предостерегает от социальных катаклизмов переходных периодов любых мастей.

Я приезжала к ним в гости во время своих ежегодных визитов на родину. В первые лет десять-пятнадцать эти приезды означали для меня возвращение домой. Потом характер визитов постепенно изменился, и я стала приезжать уже не «домой», а в гости — к семье, родным и близким. Я навещала Аню и ее мужа в селе, уважала их занятость и признавала свою праздность — отпуск ведь.

Встречались мы так, как встречаются настоящие, а не бывшие друзья — будто расстались вчера. Я чувствовала себя понятой, желанной. Ехала пять часов в жару в раскаленном автобусе-развалюхе через безумно красивый полуостров Тамань — мой личный рай на земле, лучшее его место. Курганы укрыты переливчатой степной травой как будто бы драгоценным мехом диковинного зверя. Небо видно, даже если опустишь голову и смотришь в землю. И дух — эта совершенно особенная, инородная, иновременная атмосфера. Удивляешься, если по дороге встречаешь современных станичников, а не скифов и сарматов на конях с серебряными гривнами, украшенными грифонами.

Тамань… Тамери — это самоназвание Древнего Египта. И Тамань недалеко от него ушло, слышите? Тоже теряющийся в веках древний таинственный край. Лиман, город Керчь в Крыму — древнегреческий Пантикапей — виден через пролив невооруженным глазом. Как много значат эти места для меня. Там, в Керчи, лежа на теплой упавшей колонне, которой по меньшей мере два с половиной века, я впервые почувствовала дуновение давно прошедших эпох, ощутила связь времен и свою собственную прошлую жизнь-инкарнацию. Поверила, что я жила уже раз в античные времена, была там придорожным камнем, репейником или юркой ящерицей. Иначе как объяснить радость и легкость проникновения в то далекое время, ясные картины и образы в моей голове? Философы считали, что вечная душа, попадая в новое тело, вспоминает то, что она уже прожила и знает, и в этом воспоминании заключается процесс человеческого познания. Вот так и я — вспоминаю то, что уже раз видела.

И пусть современные ученые другими словами описывают процесс творчества, объясняют человеческую фантазию, но если вдуматься, суть остается та же.

Как здорово, что все это по-прежнему важно для меня, живо во мне, и как удачно, что Аня обитает именно там. Живи она в другом месте, наши отношения могли бы приобрести иной оттенок. Этот край — мой тайный дополнительный магнит из ранней юности, еще до-Аниного времени. Потом к нему прибавились новые магниты-воспоминания: колхозы, приезды с подругой Ларой, посещение лермонтовских мест, купание с ядовитыми медузами; шашлыки на огороде, оставшиеся на снимках — я вся в кудрях и почему-то с топором в руках в однозначной позе Родиона Раскольникова; гигантская, просто чернобыльская черная смородина на одичавшем Анином огороде; всенощное перегавкивание глупых станичных собак.

Поначалу деревенская романтика вдохновляла горожанку Аню. Она обрабатывала огород и даже держала свинью — а это как маленький ребенок в семье, его просто так не оставишь и никуда не уедешь. Одно время она даже выбилась в местные селекционеры-мичуринцы и рассылала по всему краю семена какой-то необыкновенной для наших широт фасоли. Потом наступили времена ее страстного увлечения яблочным уксусом. Она делала его сама и лечила абсолютно все болезни.