Поцелуй принцессы - и вся Империя в придачу: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И мне, — отозвалась из темноты девочка. — Он обещал наказать змеичей!

— Я тоже видела его, — вынуждена была признаться и Лэйса.

— А значит, что-то будет, — подвела итог странным совпадениям Джесс. — Кстати, мне приснилось, или сейчас нас действительно тряхнуло?..

Но слабый подземный толчок, если он действительно был, никто больше не почувствовал.

Так для подземных скитальцев начался новый день. И если бы не подаривший всем им надежду сон, начало дня можно было бы назвать плачевным: света у них больше не оставалось, еда также подходила к концу. Ко всему прочему, очередная ночь, проведенная в холоде, и предшествовавший ей полный тревог день отразились на здоровье Лэйсы — она казалась сейчас сама себе ватной куклой, тело с трудом повиновалось ей, голова была тяжелой, а во рту царила ужасная сухость. Джесси тоже чувствовала себя отвратительно — в последний год она вообще много болела, сырость и холод подземелий вкупе с постоянным недоеданием губительно сказывались на её растущем организме. И только детям все было, похоже, нипочём.

Остатки сушеного мяса были на ощупь найдены, честно поделены и съедены вместе с крошками от сухарей. Когда всем нестерпимо захотелось пить, Мирт, младший брат Джесси, был послан на поиски водокапа — с котелком, найденным в котомке Мартьена, и с наказанием быть поосторожнее. С задачей он справился быстро, найдя капель по звуку, и вскоре принес полный котелок воды — к безмерной радости женщин.

Теперь оставалось только ждать, сидя в полной темноте.

— Лэйса… Расскажи что-нибудь, — неожиданно тихонько попросила Джесси.

— О чём? — задумчиво переспросила молодая женщина, размышляя, какой рассказ может быть сейчас уместен и интересен. Но сидеть в молчании и впрямь было тягостно.

— Не знаю… — протянула горнячка. — Хотя бы про Змеиное Королевство — коли уж ты там, говоришь, жила…

И Лэйса начала рассказывать. Она вспоминала свои детство и юность, проведенные в столице Сейнэ, — и перед внутренним взором ее внимательных слушателей вставали красивые белокаменные дома Аль-Шапоры, согретые ласковым южным солнцем; её выложенные камнем, всегда чистые мостовые; величественные своды древних дворцов и разрушающиеся старинные храмы — потерявшие значение и теперь медленно приходящие в запустение, но по-прежнему поражающие своими размерами и странной архитектурой. Она рассказывала про шумные рынки в Нижнем городе, где можно купить абсолютно всё и притом часто за гроши; про прохладу фонтанов и тишину парков Верхнего города; про его узкие, но всегда опрятные улочки, по которым так легко сбегать вниз, к городской набережной — опять же белокаменной — и гораздо труднее подниматься вверх, туда, где стоял, скрываясь в тени более высоких зданий, небогатый, но опрятный дом ее семьи. Она рассказывала про своего отца — профессора знаменитого Аль-Шапорского университета, в который съезжаются желающие обрести знания молодые люди со всех концов страны и даже из-за границы, и про его друзей — учёных, поэтов, изобретателей — которые часто собирались в их светлой гостиной, ведя горячие споры о науке, политике и о будущем страны…

Она рассказывала и словно бы возвращалась назад, домой, в ту страну, которая не имела ничего общего со страшными слухами, ходившими о ней здесь, чьи жители были мирными и законопослушными и, хотя их обычаи, жизненные принципы и мораль несколько отличались от принятых на севере, — они совсем не походили на тех ужасных бандитов, которые бесчинствовали здесь, под землёй. То Сейнэ, которое она знала, и то, с которым только начинала знакомиться, отличались друг от друга так же, как день и ночь.

— Ну и ну! — выдохнула Джесс, когда в рассказе наступила передышка. — Ты не врешь? Там всё действительно так? Никогда бы не подумала, что змеичи могут быть такими! Поэты, учёные… Выходит, мы просто встречаемся с худшими из них. Пёс, мне даже захотелось побывать в этой Аль-Шапоре!

— А расскажи теперь сказку, тётка Лэйса, — набравшись смелости, попросила через некоторое время сестрёнка Джесс, маленькая Айлин. — Ты ведь знаешь сказки?

Лэйса улыбнулась ее непосредственности.

— Я расскажу вам легенду. Старую-старую легенду… Про короля Ульду. — Почему-то ей захотелось сейчас вспомнить именно эту историю. В детстве рассказы о легендарном короле альдийцев, от начала правления которого страна, собственно, и отсчитывала свою историю, были ее самыми любимыми историями.

— А, я знаю, кто это! Дядя Мартьен нам про него рассказывал, — похвасталась своей грамотностью девочка. — Он вообще нам много чего рассказывал, а Мирта даже научил читать и писать… и меня тоже обещал научить, только я еще была тогда маленькая, а теперь…

Неожиданно девочка замолкла, — видимо, вспомнила вчерашние слова Лэйсы, — а потом тихо-тихо спросила:

— Как ты думаешь, его и правда убили? — голос ребёнка дрожал.

Лэйса не знала, что сказать, поэтому так честно и ответила:

— Я не знаю, Яля…

Она сама не хотела верить, что этого веселого, доброго и внимательного человека уже нет в живых, что она никогда больше не увидит его по-детски открытого лица, не услышит подбадривающей шутки, не ощутит рядом надежного плеча… При мысли об этом ей хотелось плакать. За двое суток, проведенных рядом с ним, Мартьен стал ей почти родным. К тому же… к тому же без него ей будет очень трудно выбраться отсюда. "Нет, я не буду сейчас об этом думать", — приказала она себе. И начала рассказывать обещанную легенду.

— Давным-давно, когда мир был юн, а звёзды на небе сияли ярче, чем теперь, и не было ещё на свете ни Империи Тэра, ни других славных государств, земли к северу от этих гор населяли дикие народы. Одно из этих племен звалось вольпи, или детьми Лисицы, другое — народом Барса, иные же называли своими покровителями оленя, волка, рысь и даже куницу. Народы эти жили в дикости, и жизнь их была тяжела. Не знали они металлов, не умели строить домов из камня, питались дичью и ягодами, и часто враждовали между собой.

Предания говорят, что однажды холодной зимой у одной женщины из племени лисицы родился ребенок. Дитя было слабым, и все решили, что мальчик долго не проживёт. Тогда женщина отнесла его в лес и оставила там в надежде, что его подберут премудрые мэллины — древние мудрецы, которые в те времена ещё жили кое-где в потаенных лесных монастырях. Чудеса и волшебство встречались тогда на каждом шагу, и мэллины действительно подобрали мальчика. Они исцелили его и вырастили высоким и сильным мужем, открыв ему свои тайные знания. Но этот юноша, который носил имя Ульда, не пожелал связать свою жизнь с древними мудрецами, ибо стала ему ведома великая печаль этого народа: научившись замедлять бег своих дней, и сделавшись бессмертными, взамен потеряли они способность к деторождению. Дни славы мэллинов прошли, построенные ими прекрасные города стояли опустевшие, а те из мудрецов, которые уцелели в междоусобных войнах, доживали свои дни в лесах, скорбя о многомудрии, кое и привело их народ к гибели.

И ушел тогда Ульда из лесного монастыря, и вернулся к своему народу, и преклонились перед ним люди, видя красоту его и силу. И сделался Ульда тогда вождём племени вольпи, и начал учить своих соплеменников сеять зерно и ковать железо. И стал народ Лисицы сильнейшим среди прочих. Тогда возроптали другие племена, и пошли войною на лисьих сынов.

Но великий Ульда разбил их в битве, ибо были уже у детей Лисицы железные мечи, и доспехи, и наконечники для стрел, а враги их сражались дубинами и камнями.

Победив же врагов, Ульда присоединил их земли к своим, и объединил народы, и нарёк свое государство Альдэ, а себя назвал себя королём.

— С года воцарения короля Ульды и ведём мы свое летоисчисление, а ныне у нас 720-й год. — сочла нужным уточнить молодая женщина.

…И выковал себе Ульда корону из золота, и вставил в неё драгоценные каменья. И сказал тогда король, что корона эта увенчает лишь подлинного короля, а самозванца испепелит на месте. И возлагают с тех пор Золотой Венец короля Ульды на голову каждому новому королю, дабы узнать, истинный ли это правитель, или ложный.

Много славных подвигов совершил наш первый король. Побеждал он неведомых чудовищ, строил дома и корабли, и учил свой народ не бояться неведомого, а познавать его. А в седьмой год от своего воцарения привел он свой народ в покинутый мэллинами город, и повелел селиться во дворцах и башнях, и строить новые дома, и разбивать сады, и заселять другие древние города.