Упадок и разрушение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Это неважно. Главное — честно трудиться, зарабатывать хлеб в поте лица. Мой милый мальчик, все это время ты вел тепличное существование. Возможно, в этом есть и моя доля вины. Тебе будет только полезно узнать жизнь без прикрас, взглянуть, как говорится, фактам в лицо. Сам знаешь, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать… — И опекун Поля закурил очередную сигару.

— А какие у меня права на пособие? — спросил Поль.

— Абсолютно никаких, дружок, — добродушно отвечал ему опекун…

Этой же весной опекунская дочка обзавелась двумя вечерними туалетами и, чудесно преображенная, вскоре была помолвлена с благовоспитанным молодым человеком из министерства общественных работ.

— Значит, отчислили за непристойное поведение? — сказал мистер Леви, представитель школьного агентства Аббота и Горгонера. — А что, если мы с вами умолчим об этом? В случае чего — вы мне про это не рассказывали, договорились? В подобных ситуациях мы пишем так: «обучение не закончено по личным мотивам», понимаете меня? — Он взялся за телефон. — Мистер Самсон? У меня тут сидит один юноша… да-да… по личным мотивам… есть у нас что-нибудь подходящее? Превосходно! Давайте сюда! — Он повернулся к Полю. — Кажется, — сказал он, — мы вас сможем кое-чем порадовать.

Вошел молодой человек с листком бумаги.

— Ну-с, что вы на это скажете? Поль прочитал:

— Райское местечко! — сказал мистер Леви.

— Но я же не знаю ни слова по-немецки, в школе не работал, в жизни не играл в крикет, и у меня нет рекомендаций.

— К чему скромничать, — сказал мистер Леви. — Как говорится, было бы желание… Совсем недавно, например, мы устроили человека, который в руках не держал пробирки, преподавателем химии в одну из наших ведущих частных школ. А знаете, почему он к нам обратился — искал уроки музыки. Говорят, он сейчас в полном порядке. Кроме того, не думаю, что доктор Фейган всерьез надеется получить педагога-универсала за столь мизерное жалованье. Скажу честно: Лланаба у нас котируется невысоко. Школы мы делим на четыре категории: ведущие школы, первоклассные школы, хорошие школы и, наконец, просто школы. По правде сказать, — признался мистер Леви, — «просто школа» — это не бог весть что. Но вам, я думаю, Лланаба подойдет. Насколько мне известно, у вас всего-навсего два конкурента, а один из них к тому же глух как тетерев, бедняга.

На следующий день Поль отправился к Абботу и Горгонеру знакомиться с доктором Фейганом. Ему не пришлось долго ждать. Доктор Фейган уже был на месте и беседовал с претендентами. Вскоре мистер Леви ввел Поля в кабинет, представил его и удалился.

— Вы себе не представляете, до чего утомительна была беседа, — пожаловался доктор Фейган. — Милейший юноша, но он не понял ни единого моего слова. У вас как со слухом?

— Не жалуюсь.

— Превосходно. В таком случае, приступим.

Поль робко посматривал на сидевшего напротив него человека. Доктор Фейган был очень высок, очень стар и очень хорошо одет. Глаза у него были запавшие, шевелюра седая, а брови — иссиня-черные. Продолговатая голова чуть заметно тряслась в такт словам, говорил он как человек, обучавшийся в свое время ораторскому искусству. Кисти рук доктора поросли волосами, а слегка искривленные пальцы походили на клешни.

— Насколько я понимаю, в школе вы никогда не работали?

— Нет, сэр, к великому сожалению, не работал.

— Ну что ж, в какой-то степени это даже преимущество. Мы подчас легко приобретаем профессиональные навыки, но теряем свежесть восприятия. Однако будем реалистами. Я готов платить сто двадцать фунтов в год, но только педагогу со стажем. У меня есть письмо от одного молодого человека — у него диплом по лесоводству, на основании чего он требует прибавку в десять фунтов. Но поверьте, мистер Пеннифезер, не диплом для меня главное, а человек. Кстати сказать, университет вы оставили довольно неожиданно. Позвольте полюбопытствовать — почему?

Этого вопроса Поль боялся как огня, но, верный своим принципам, он решил выложить все начистоту.

— Меня отчислили за непристойное поведение, сэр!

— За непристойное поведение? Что ж, не будем вдаваться в подробности. Не первый год я работаю в школе и за это время сумел убедиться, что учителями становятся по причинам, о которых, как правило, предпочитают не распространяться. Но опять-таки, мистер Пеннифезер, будем реалистами. Посудите сами, в состоянии ли я платить сто двадцать фунтов в год человеку, которого отчислили за непристойное поведение? А что, если на первых порах я предложу вам девяносто? Мне надо сегодня же вернуться в Лланабу. До конца семестра целых полтора месяца, а мы лишились преподавателя — и притом совершенно внезапно. Жду вас завтра к вечеру. Есть отличный поезд с Юстонского вокзала, отходит где-то около десяти. Надеюсь, — проговорил он мечтательно, — вам у нас понравится. Вы увидите, что наша школа основана на идеалах товарищества и служения общественному благу. Многие из наших воспитанников принадлежат к самым лучшим фамилиям. Например, в этом семестре к нам поступил юный лорд Тангенс, сын графа Периметра. Очаровательнейший мальчуган, правда, немножко чудаковат, как и все Периметры, но чувствуется порода…

Доктор Фейган вздохнул.

— Чего, к несчастью, никак не скажешь про наших преподавателей. Между нами, Пеннифезер, — мне придется избавиться от Граймса, и чем скорей, тем лучше. Граймс, увы, самый настоящий плебей, а дети такие вещи великолепно чувствуют. Зато ваш предшественник был наидостойнейший молодой человек. Мне так не хотелось его терять. Но он завел привычку по ночам разъезжать на мотоциклете, а это не давало спать моим дочерям. К тому же он брал взаймы у школьников, и, надо сказать, помногу; родители стали жаловаться. Я был вынужден его уволить. К величайшему сожалению. В нем тоже чувствовалась порода.

Доктор Фейган поднялся, ухарски надел шляпу и стал натягивать перчатки.

— До скорой встречи, любезнейший Пеннифезер. Мне кажется, что мы с вами сработаемся. Вы уж мне поверьте. Я в людях разбираюсь.

— До свидания, сэр, — сказал Поль.

— Пять процентов от девяноста фунтов — это четыре фунта и десять шиллингов, — радостно сообщил мистер Леви. — Хотите — платите сейчас, хотите — когда получите первое жалованье. Учтите — тем, кто платит сразу, полагается скидка в пятнадцать процентов. Тогда с вас три фунта шесть шиллингов и шесть пенсов.

— Заплачу потом, — сказал Поль.

— Как вам будет угодно, — сказал мистер Леви. — Был рад оказаться вам полезным.

Глава 2

ЗАМОК ЛЛАНАБА