Двадцатое столетие. Электрическая жизнь: читать начало книги онлайн

Три минуты спустя прибыли со своими насосами команды боевого медицинского корпуса, соединенные в четыре сводные роты. Почти одновременно с ними явились в воздухе, на высоте двухсот метров над полем, вылетевшие из депо воздушные торпедо. Генерал, командовавший маневрами, прибывший ровно в шесть часов во главе блестящего своего штаба, быстро промчался вдоль фронта войск.

Затем он собрал всех командиров отдельных частей, чтоб сообщить им программу маневров и отдать соответственные приказания.

Предполагалось, что неприятель, роль которого приняла на себя первая дивизия корпуса, выступившая еще накануне в поход, овладел Брестом, введя незаметным образом в тамошний порт множество так называемых „губе“, грозных и трудно улавливаемых подводных миноносок, изобретенных в конце прошлого столетия и превративших морскую войну в ряд самых дерзновенных неожиданностей. Эти подводные миноноски взорвали все укрепления, которые могли противодействовать высадке неприятельских сил.

Направляясь от Бреста к Ренну, неприятель угрожал правым своим крылом шатоленской позиции, которую старалась обойти воздушная его эскадра.

При таких обстоятельствах следовало принять самые энергические меры для обороны Шатолена. Вместе с тем надо было попытаться отрезать легкие воздушные эскадры и летучие торпедо вражеского авангарда, насытить атмосферу некоторых местностей ядовитыми газами, вытеснить во что бы ни стало неприятеля из занятых им городов, селений, деревень и других позиций и, наконец, отбросить его к берегу, или же в местности, где воздух, благодаря стараниям боевого медицинского корпуса, должен считаться неспособным к поддержанию жизни.

В четверть седьмого эти оборонительные действия начались по всей линии.

На мобилизацию потребовался всего час с четвертью. Результат этот оказывался сам по себе весьма удовлетворительным, так как в предшествовавшем опыте ее удалось закончить лишь в час восемнадцать минут.

Офицеры воздушной эскадры, дав полный ход винтовым своим самолетам, быстро вернулись на свои места. Вместе с тем целая туча быстроходных, — так называемых летучих — торпед устремилась вперед, рассыпавшись по небу словно веером, и вскоре исчезла в туманной дали. За торпедами двигались большие воздушные корабли, выстроившись в одну громадную линию, интервалы которой все более расширялись для того, чтоб дозволить охват возможно большей части горизонта. Эти линейные корабли шли сравнительно медленным ходом, оставаясь наготове устремиться по первому сигналу туда, где будет замечена неприятельская передовая эскадра.

Тем временем сухопутные силы тоже двинулись вперед. Особый поезд электропневматического сообщения доставил несколько батальонов картечниц до тридцатой версты от Шатолена, где предполагалось, что пневматическая труба уже разрушена неприятельскими разведчиками.

Неприятель был вскоре разыскан. Передовые его посты на летучих торпедо и двухколесных велосипедах оказались вынужденными податься назад. Главные вражеские силы очевидно сосредоточивались на позиции в шестнадцати верстах за линией своих аванпостов. Самодвижущиеся электрические бомбарды, прибывшие по сухопутным дорогам в сорок пять минут одиннадцатого утром, начали атаку, отразив неприятельские бомбарды и принудив их к отступлению.

Весь день прошел в маневрах, в которых обе стороны выказали одинаковое искусство. Неприятель успел прикрыться несколькими рядами подрывных фугасов, которые в настоящей войне причинили бы атакующему громадные потери. Приходилось наступать с чрезвычайной осторожностью, разыскивая фугасы и обходя встречные препятствия. Картечные роты, рассыпавшиеся по отделениям, постепенно подавались, однако, вперед, пользуясь всеми местными закрытиями и перенося на руках резервуары со снарядами. Офицеры и унтер-офицеры шли в первых рядах, тщательно исследуя даль усовершенствованными лорнетами-телескопами и вычисляя расстояния с помощью имевшихся при себе карманных таблиц. Как только картечное отделение оказывалось в расстоянии верного выстрела, т. е. в четырех верстах от видимого неприятеля, каждый солдат привинчивал к скорострельному своему ружью гибкую трубку от резервуара со снарядами и немедленно открывал огонь.

Химическая артиллерия, державшаяся в десяти верстах позади передовой цепи, обстреливала неприятельские позиции, следуя указаниям разведчиков на винтовых самолетах. Само собой разумеется, что при наводке орудий приходилось соображаться с подробною картой, так как цель, находившаяся всегда по меньшей мере в двенадцати или пятнадцати верстах, неизбежно оставалась невидимой. В случае настоящей войны артиллерия эта осыпала бы указанные ей разведчиками пункты страшными разрывными снарядами, или же гранатами с ядовитыми газами.

Воздушная эскадра вскоре исчезла из виду и не показывалась в течение целого дня. К вечеру оборонительный отряд одержал местами верх над атакующим. При этом однако обнаружилось, что неприятелю удалось замаскировать обходное движение на правом крыле. Таким образом, собственно говоря, в первый день маневров преимущество оказалось на стороне атакующего.

Главнокомандующий оборонительного отряда оставил в Шатолене резерв из пяти батарей восьмого полка и целый батальон боевого медицинского корпуса. Как мы увидим, эта благоразумная мера предосторожности оказалась далеко не бесполезной. Батареё Жоржа Лорриса принадлежала к резервному отряду, прикрывавшему город, а потому молодой человек имел возможность принять сравнительно приличным образом свою невесту и приятелей, удостоивших его посещением и поместить их в порядочной гостинице, живописно расположенной на холме, откуда открывался вид на все течение реки. Он угостил Эстеллу в лагере химической артиллерии настоящим военным завтраком, так как гостям приходилось сидеть на ящиках с торпедами, бомбами и всевозможными взрывчатыми веществами.

После полудня, убедившись, что, проверив материальную часть в своей батарее, будет располагать еще некоторым количеством свободного времени, Жорж Лоррис вытребовал небольшой воздушный самолет и отправился на нем с своими приятелями осматривать ход сражения. За невозможностью выдвинуться на передовую линию, где угрожала опасность попасть в руки неприятеля, не удалось, однако, почти ничего увидеть. На всем протяжении громадной открытой местности можно было заметить лишь кое-где отдельные группы бесконечно-малых человечков, двигавшиеся вдоль заборов. Там и сям вздымались иногда облака дыма, тотчас же расходившиеся в воздухе.

Никто не подозревал возможности нападения на Шатолен, а потому Жорж отправился обедать в гостиницу, где поместил своих приятелей, провел с ними очень весело весь вечер и затем лишь вернулся к себе в казармы. Ему не суждено было, однако, провести эту ночь спокойно. Между тремя и четырьмя часами утра, город, почивавший мирным сном, был внезапно пробужден грохотом пушечных выстрелов. Неприятель, которому удалось совершить обходное движение, сделал попытку захватить Шатолен нечаянным нападением. К счастию, передовые отряды обороняющегося успели остановить неприятельское наступление верстах в восьми от города. Благодаря этому, можно было подготовиться к упорной защите.

На глазах у остановившихся в гостинице путешественников, проснувшихся при первых же выстрелах, — на глазах у Эстеллы, любовавшейся своим женихом, когда он мчался впереди своей батареи и у бедняжки Гретли, убежденной, что перед ней разыгрывается настоящая война, артиллеристы-химики с опущенными забралами шлемов, сообщавшихся гибкими трубками с переносными резервуарами кислорода, устанавливали свои батареи на пригорке, прикрытом маленькою рощицей. He прошло и двадцати минут, как все орудия были уже на местах. Химические приборы со всеми трубками и трубочками находились в полной исправности. Жорж поднялся на винтовом самолете, чтобы произвести рекогносцировку и, благодаря его указаниям, тщательно нанесенным на карту, орудия были безотлагательно наведены для обстреливания направлений, по которым наступали вражеские силы.

Боевые воздушные суда, находившиеся в резерве, быстро выдвинулись вперед, торпедчики мгновенно прикрыли угрожаемые пункты несколькими рядами разрывных мин, а химическая артиллерия открыла огонь. Положение дел оказывалось сперва сравнительно благоприятным для обороняющегося. Наступавшие войска, встречая всюду на своем пути препятствия, подавались вперед лишь очень медленно. Однако же, к семи часам утра, пользуясь прикрытием, которое доставляла небольшая лощина, неприятель быстро продвинулся разом на несколько верст, причем ему удалось отхватить и взять в плен некоторые передовые посты обороняющегося.

Чтоб выиграть время, пока подоспеют подкрепления, Жорж, распоряжавшийся, как старший в чине, всей обороной, прикрыл передовую линию своей позиции дымовыми кессонами. Эти кессоны, разрываясь на пятидесятисаженной вышине, извергали густые облака черного вонючего дыма, который, в случае настоящей войны, был бы заменен подобными же по внешнему виду, но безусловно ядовитыми, удушливыми газами. Шатолен, где воздух остался совершенно чистым, тотчас же окружила со всех сторон непроницаемая завеса тумана, который делает его невидимым смущенному и сбитому с толку неприятелю.

Тем временем батареи химической артиллерии обстреливают атакующего учащенным огнем. Торпедчики под прикрытием дыма пробираются в неприятельские ряды и наконец батальон медиков с собственной своей батареей вступает в дело и тотчас же переходит в наступление. Выдвинувшись вперед, он обстреливает намеченные заранее пункты зловонными, но, впрочем, совершенно безвредными кессонами, вызывающими только неприятный кашель, тогда как в настоящем бою кессоны эти распространили бы в деревнях, занятых неприятельскими войсками, убийственнейшие болезнетворные миазмы.