Они стояли в тсуговой роще за домом. День кончался, солнце опустилось за холмы на другом берегу озера.
— Ники, я все нашла,— сказала девочка.— Рюкзак получится здоровенный.
— Да уж наверное. Что они делают?
— Наелись за ужином, теперь сидят на веранде и пьют. Рассказывают друг другу, какие они ловкие.
— Пока что они показали себя не очень ловкими.
— Они думают выкурить тебя голодом,— сказала она.— Ночка-другая под открытым небом, и ты быстро заявишься. На пустой желудок услышишь разика два, как ухнет сыч, и дело в шляпе.
— Что мать дала им на ужин?
— Гадость невероятную,— сказала сестра.
— Очень хорошо.
— Я все прямо по списку собрала. Мать легла, у нее мигрень. Она написала отцу.
— Ты видела письмо?
— Нет, оно в ее комнате вместе со списком, что завтра покупать. Утром ей придется писать новый список, когда увидит, что ничего не осталось.
— Они здорово пьют?
— По-моему, выпили около бутылки.
— Подлить бы им туда убойных капель.
— Так ты сказал бы мне — как, я бы подлила. Их надо в бутылку?
— В стакан. Только у нас их нет.
— В аптечке тоже нет?
— Нет.
— Я бы могла им накапать в бутылку парегорика, у них целая бутылка осталась. Или каломели. Я знаю, у нас ведь есть.
— Нет,— сказал Ник. — Ты лучше, когда они заснут, отлей полбутылки в мою флягу.
— Пойду посторожу их,— сказала сестра.— Ух, нам бы убойных капель! Я даже и не слыхала про них.
— Вообще-то, это не капли,— сказал ей Ник. — Это хлоралгидрат. Шлюхи подмешивают его в выпивку, когда хотят обобрать лесорубов.
— Звучит довольно противно,—сказала сестра.— Но все равно хорошо бы, чтобы он у нас был,— на всякий случай.
— Дай я тебя поцелую, — сказал ей брат.— За «на всякий случай». Идем, посмотрим, как они пьют. Хочу послушать, о чем они говорят, сидя в моем доме.
— Но ты обещаешь не разозлиться и не выйти из себя?
— Не бойся.
— И лошадям не вредить. Лошади не виноваты.
— И лошадям тоже.
— Эх, нам бы убойных капель,— мечтательно вздохнула сестра.