Джинн в вавилонском подземелье: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Удачи, сынок, — сказал он. — И поспеши. Мы с Дарием будем ждать вас в ресторане «Кебабилон». Верно, господин Ракшас?

— Разумеется, — откликнулся старый джинн.

— Но что вы скажете лейтенанту Санчез, когда она обнаружит, что меня нет на базе?

— Скажу, что у тебя, вероятно из-за жары, поднялась температура и ты в беспамятстве побрел куда глаза глядят. Что сам я останусь в окрестностях Самарры, пока ты не объявишься. И отправлюсь к госпоже Ламур в ресторан «Кебабилон». Все будет в порядке. — Он взял лампу. — Пойдемте господин Ракшас. Пора начинать спектакль. Не стоит заставлять ждать вооруженные силы.

Солдат повел их к палатке для отдыха, где должно было состояться представление, и примерно на полпути две собаки и Джон незаметно ускользнули в темноту. На плечах у мальчика был рюкзачок с книгой Эно, совком, карманным фонариком, бутылкой воды и парой шоколадок «Херши», которые подарила ему лейтенант Санчез.

— Похоже, нас осталось только трое, — сказал Джон псам, направляясь к душевой палатке.

Задняя часть палатки упиралась в огромный постамент, на котором стояла Самаррская башня. Здесь были туалетные и душевые отсеки, ряд раковин и несколько десятков корзин с грязным бельем. Поверх земляного пола лежали деревянные решетчатые настилы, по которым солдаты могли ходить босиком, не пачкая в песке мокрых ног. Примитивно, но вполне удобно.

Дойдя до задней стенки палатки, Джон нашел за корзинами с бельем откидное окошко, просунул в него голову и плечи и включил карманный фонарик Медленно-медленно шарил он пучком света по основанию башни. И наконец заметил маленькую львиную голову, вырезанную на камне, — точно как описано в «Свитках» у Эно.

— Нашли, — сказал он собакам — Мы находимся прямо над потайным ходом, ведущим в Иравотум.

Он отодвинул одну из корзин с бельем и поднял деревянную решетку. Под ней оказался плотно утрамбованный песок. Джон принялся рыть. Но припасенный им совок был непригоден для столь серьезной работы. К счастью, кто-то из солдат оставил на крючке мешок, к которому была приторочена складная окопная лопатка. Джон решил позаимствовать инструмент. Он слышал, как Джалобин разогревает аудиторию какими-то плоскими шутками. Но солдаты, как ни странно, принимали их на ура. Впрочем, вскоре выяснилось, что на представление пошли не все. Не успел Джон снять верхний слой песка, как послышались чьи-то шаги. Мальчик и собаки спрятались в бельевую корзину.

Полдюжины девушек-рядовых вошли в душевую, сняли бронежилеты и форму, пустили горячую воду и тут же начали повизгивать от удовольствия. Джон им позавидовал, потому что его пропитанная потом рубашка липла к телу. Конечно, он бы не отказался принять душ, но, пожалуй, уже не успеет. Впереди следующий этап спасательной операции, и медлить нельзя.

Наконец последняя девушка покинула душевую, и Джон с облегчением вздохнул.

— Вперед, — сказал он собакам, откидывая крышку корзины. — Давайте искать вход.

Схватив окопную лопатку, Джон начал рыть, хотя у него и оставались сомнения в правдивости древних «Свитков», где говорилось, что под песком якобы скрыта ручка в форме льва, и он должен ухватиться за эту ручку и произнести секретный пароль, который и откроет дверь в полу. Если даже то, что написал Эно, верно, впереди все равно много препятствий. Верховный жрец упоминает «семь хранителей», причем шести из них Джон обязан «подчиниться без пререканий», а седьмого — и это тревожило мальчика больше всего — ему предстояло убить! «Свитки» гласили: «Вторгшийся в подземелье должен без колебаний убить седьмого хранителя, иначе его сокрытое тщание не увенчается успехом». По-видимому, Эно недвусмысленно намекал, что иначе Джону не попасть в Иравотум.

Уставший Джон на мгновение перестал копать и прислушался. Джалобин продолжал «представление». Солдаты были очень довольны. Как раз сейчас раздался гром аплодисментов и улюлюканье, потому что дядин дворецкий совершил новый чревовещательский подвиг: голос из лампы рассказывал стихотворение, а Джалобин за это время выдул бутылку пива.

Мальчик снова взялся за лопату, хотя в успех верил все меньше и меньше. Этот самый секретный пароль был словно из какой-то детской сказки. Может, его выдумал сам Макриби? Едва эта мысль пришла Джону в голову, лопата звякнула обо что-то металлическое. Сунув руку в песок, Джон нашарил большое тяжелое медное кольцо с головой льва посередине. От кольца еще глубже в песок тянулась цепь.

— Так, вроде нашел, — сказал Джон и, без большой надежды, произнес. — Симсим, откройся!

Ничего существенного и впрямь не случилось, только остатки песка обрушились куда-то в темноту. Все еще не веря, что это произошло в результате действия пароля, Джон направил луч фонарика вниз. Там оказалась круглая крышка люка. Джон не раздумывая спрыгнул.

— Эй, здесь правда есть дверь, — сказал он Алану и Нилу, которые пока смотрели на него сверху вниз, с края вырытой им ямы. Джон поставил ноги по обе стороны люка, ухватился за кольцо со львом и потянул. Старая, проржавевшая крышка приподнялась на несколько сантиметров, но прошло еще добрых пять, а то и десять минут, прежде чем Джон сумел снять ее вовсе.

Прислонив крышку к песчаному отвалу, Джон взял фонарик и направил пучок света в древний каменный туннель. Впрочем, он тут же понял, что никакой фонарик ему не нужен, потому что туннель оказался освещен сам по себе, словно при открывании двери свет включался автоматически.

— Наверно, когда я открыл дверь, в туннель поступил кислород, и произошла реакция, — рассудил Джон.

Вернувшись наверх, он велел собакам побыстрее спрыгнуть в туннель, а затем подтянул деревянный настил и прикрыл им яму, а то еще солдаты найдут потайной ход и вздумают его исследовать. Еще не хватало, чтобы вояки пустились за ним в погоню! Затем Джон взял свой рюкзак и спустился через люк. И его сразу прихватил приступ клаустрофобии. Мальчик сунул в рот угольную таблеточку, и троица двинулась вперед по плавно уходящей все ниже и ниже спиральной дорожке. Джон быстро сообразил, что туннель в точности повторяет контур Самаррской башни Подземная часть башни, как подводная часть айсберга, оказалась намного больше, чем верхушка. Неужели и нижняя часть башни когда-то возвышалась над землей? Если да, то, пожалуй, это здание было не ниже нью-йоркских небоскребов. На стенах туннеля горели факелы — странно ровным фиолетовым пламенем.

— Интересно, кто тут работает фонарщиком? — громко спросил он.

Внезапно он понял, что произнес что-то не то… Он говорит на каком-то тарабарском языке! Он знал, что именно хочет сказать, но к моменту, когда слова выскакивали у него изо рта, сам он их уже не понимал. И не только он. Алан и Нил тоже были обескуражены. Джон знал это наверняка, потому что Нил вывел передней лапой на полу знак вопроса, а Алан просто непонимающе заскулил.

— Это очень забавно, — произнес Джон вслух, но слова прозвучали совсем не так, как положено. Спустя какое-то время Джон понял, что испытывает чувство, описанное у Эно, то есть вавилонское столпотворение и на него «возымело особое действие». В библейской Книге Бытия есть эпизод, люди, собравшиеся строить Вавилонскую башню, внезапно прекратили понимать друг друга и начали говорить на разных языках. Он попытался успокоить собак:

— Не волнуйтесь. В «Свитках Беллили» написано, что в этом туннеле такое бывает. Из-за того, что здесь в древности строили Вавилонскую башню.

Однако ни Нил, ни Алан не понимали объяснений хозяина. Через несколько минут до Джона дошло, что он на самом деле говорит на языке североамериканских индейцев племени лакота, больше известных как сиу. Он это понял, потому что смотрел недавно по телевизору передачу о том, как старая индианка учила каких-то киноактеров говорить на ее языке. Джону немного полегчало. И вообще, Эно пишет, что воздействие столпотворения — явление преходящее.

Но дальше случилась менее приятная вещь: на закрученной спиралью дорожке им встретился голый по пояс великан в шелковых шароварах. В руках он держал меч. Джон знал, что Алан и Нил будут защищать его до последней капли крови, но было очевидно, что без жертв мимо великана им не пробраться. По крайней мере одного из них тут либо убьют, либо покалечат.

— Послушайте, — сказал Джон. — Произошла ошибка. Я — друг. Честное слово. Меня зовут Джон. А вас?

На языке индейцев сиу это прозвучало примерно так: