— «Все» — это все, кто есть на скотном дворе. Вильбур, овцы с ягнятами, гусь с гусыней и гусятами, Шарлотта ия.
— Шарлотта? — удивилась миссис Эрабл. — А кто такая Шарлотта?
— Это подруга Вильбура. Она ужасно умная.
— А кто она такая?
— Ну как тебе объяснить… — задумалась Ферн. — У нее восемь ног. Наверно, у всех пауков столько.
— Шарлотта — это паук? — поразилась миссис Эрабл.
Ферн кивнула.
— Вернее, паучиха. Она большая и серая. Она соткала паутину в сарае, где дверной проем. И еще она ловит мух и высасывает из них кровь. Вильбур обожает Шарлотту.
— В самом деле? — недоверчиво отозвалась миссис Эрабл.
— Клянусь тебе! — подтвердила Ферн. — А ты знаешь, что сказала Шарлотта, когда вылупились гусята?
— Не имею ни малейшего представления. Расскажи мне, пожалуйста.
— Слушай. Когда первый гусенок высунул голову из-под крыла гусыни, я сидела на табуреточке, в углу, а Шарлотта висела на своей паутине. И она сказала вот что: «Каждый из присутствующих здесь будет рад узнать, что гусыня, которая без устали трудилась в течение месяца, проявляя безграничное терпение, наконец добилась успеха: у нее родились гусята! Дорогая гусыня! Поздравляем вас от всего сердца и желаем всяческого благополучия». Правда, замечательно? Очень красиво сказано!
— Да, очень, — согласилась миссис Эрабл. — А теперь, Ферн, собирайся, а то опоздаешь в воскресную школу. Вечером расскажешь поподробнее, что там происходит на скотном дворе у дядюшки Гомера. По-моему, ты там проводишь слишком много времени. Ты что, туда каждый день ходишь?
— Да, мне там очень нравится, — призналась Ферн.
Она вытерла рот салфеткой и помчалась наверх, к себе в комнату.
Когда она выбежала из кухни, миссис Эрабл шепнула на ухо своему мужу:
— Ферн меня беспокоит. Ты слышал, что она тут наплела про животных на ферме? Она вообразила, будто они разговаривают, как люди.
Мистер Эрабл усмехнулся.
— Может, и разговаривают, — сказал он. — Мне тоже так казалось, когда я был маленьким. Во всяком случае волноваться незачем. У Ферн богатая фантазия. Дети всегда сочиняют небылицы.
— И все-таки она меня тревожит, — озабоченно сказала миссис Эрабл. — Я непременно поговорю о ней с доктором Дорианом, когда пойду к нему в следующий раз. Он очень любит Ферн, и я хочу рассказать ему о странностях в ее поведении. Выдумывает всякую чушь о говорящих поросятах и пауках. Это ненормально! Всем известно, что звери не умеют говорить.
Мистер Эрабл улыбнулся.
— Может, у нее слух тоньше нашего, — пошутил он.
Глава 9. Вильбур хвастается
Паутина в действительности гораздо прочнее, чем кажется на первый взгляд. Хотя она и сплетена из тоненьких, едва заметных ниточек, ее не так-то легко порвать. Но когда в паутине запутывается насекомое, сетка может лопнуть, и тогда пауку приходится штопать дырки. Шарлотта обычно занималась починкой по вечерам, а Ферн сидела и наблюдала за ней. Однажды девочка оказалась свидетелем весьма любопытного происшествия. Сначала она услышала следующий разговор.
— Шарлотта, а почему у тебя такие волосатые ноги? — спросил Вильбур.
— Чтобы легче было плести паутину, — ответила Шарлотта. — Я тебе открою один секрет: я — членистоногое. У меня каждая ножка делится на семь члеников: тазик, вертлуг, бедро, колено, голень, пятка, лапка и заканчивается коготком.
Вильбур остолбенел от удивления.
— Ты шутишь, — пробормотал он.
— Нисколько не шучу.
— А ну-ка повтори все сначала, а то я не запомнил с первого раза.