— Предварительно пристрелив меня, — усмехнулся хозяин.
— Откровенно? Даже если вы попытаетесь силой задержать меня, я не стану убивать вас. В худшем случае — нокаутирую… Это придется…
— Откуда такое великодушие?
— Не великодушие. Дисциплина. Я точно выполняю инструкции.
— Чьи?
— Своего командира. Посылая меня к вам, он сказал: «Как бы ни вел себя Сенкевич, даже если выгонит вас, — не убивайте его».
Сенкевич вдруг опустил голову и закрыл рукою глаза. Отворилась дверь, и из спальни вышла женщина в ватном халате. Поза мужа и незнакомец со свастикой на рукаве напугали ее. Она закричала:
— Герр полицай!.. Что это? За что? За что вы его терзаете? Он ни в чем не повинен… У него слабое сердце… Он честно служит вашему фюреру в страдал при Советской власти! Он сидел в тюрьме. У нас есть справки… Коля, что же ты молчишь? Покажи ему…
Она подбежала к мужу и обняла его. Он взял себя в руки и тихо проговорил:
— Оставь нас, Сонечка… Это вовсе не полицай — он партизан.
Еще больший ужас отразился в ее глазах. Она как бы застыла в отчаянии.
— Сжальтесь, — прошептала она и упала на колени перед грозным гостем. Тот смущенно встал, поднял женщину, стал успокаивать ее:
— Пожалуйста, не раскаивайтесь в том, что сказали… Это все вы неизбежно должны были сказать в создавшейся ситуации. Конечно! Я же «полицай». К кому апеллировать? К фюреру, ясно…
— Так вы… из энкаведе? — делая попытку улыбнуться, спросила женщина.
— Ну, если угодно — так, — усмехнулся гость.
— Сонечка, он не причинит нам зла, — сказал Сенкевич, — пожалуйста, дай нам договорить.
— Скажите, это правда?! Умоляю… У нас внуки…
— Я даю честное слово большевика, что ничего дурного не сделаю вашему мужу, — сказал гость.
Она прошептала что-то, опустила голову и вышла.
— Говорите, — отрывисто сказал Сенкевич.
И разведчик кратко объяснил ему свою просьбу. Сенкевич думал. Потом сказал, что вряд ли его мнения, даже если он изложит его на бумаге, будет достаточно. Все важнейшие коммуникации находятся под контролем СС в гестапо.
— Все дело в том, как аргументировать… — возразил гость. — Сошлитесь на то, что вы уже ставили в свое время этот вопрос перед советскими органами. Но к вам не прислушались…
— Почему именно сейчас я вновь поднимаю этот вопрос?
— Последний месяц интенсивность движения через мост возросла примерно в три раза… Вам эти данные неизвестны?
— Нет…
— Тогда этот повод отпадает. Вот что!.. Могли вы увидеть проходящий по мосту тяжеловесный состав? Это вас насторожило. Логично?
Инженер задумался.
— Пожалуй, это приемлемый повод, — сказал он. — Но я не могу гарантировать… Видимо, они создадут какую-нибудь комиссию…
— Пусть создают…
— И она, что очень вероятно, даст заключение не в вашу пользу.