— И скажи своей жене, чтобы не лапала моего мужа!
Рука Норы, выбиравшей вместе с Йоргенсеном следующую грампластинку, лежала у него на рукаве. Они повернулись и с удивлением посмотрели на Мими.
— Нора, миссис Йоргенсен хочет, чтобы ты не трогала руками мистера Йоргенсена, — сказал я.
— Ради Бога, простите, пожалуйста. — Нора улыбнулась Мими, затем посмотрела на меня, на лице у нее появилось очень искусственное выражение озабоченности, и звенящим, словно у читающей наизусть стихотворение школьницы, голосом она сказала:
— О, Ник, ты такой бледный! Я вижу, ты совсем выбился из сил, и тебе опять будет худо. Сожалею, миссис Йоргенсен, но, думаю, мне лучше отвезти его домой и немедленно уложить в постель. Вы извините нас, я надеюсь?
Мими сказала, что извинит. Все проявили по отношению друг к другу чудеса вежливости. Мы спустились вниз и взяли такси.
— Итак, — сказала Нора, — ты договорился до того, что лишил себя ужина. Что теперь будем делать? Поедем домой и поужинаем с Дороти?
Я покачал головой.
— Какое-то время я бы обошелся без Уайнантов. Поехали в ресторан к Максу: я бы поел устриц.
— Ладно. Ну как, узнал что-нибудь?
— Ничего.
Она задумчиво сказала:
— Обидно, что этот парень так симпатичен.
— А что он из себя представляет?
— Просто говорящая кукла. Обидно.
Мы поужинали и вернулись в «Нормандию». Дороти нигде не было. Нора прошла по всем комнатам и позвонила вниз администратору. Никто не оставил для нас ни записки, ни информации.
— Ну и что? — спросила она. Не было еще и десяти вечера.
— Может, и ничего, — сказал я. — А может, и кое-что. Думаю, она появится около трех утра, пьяная, с пулеметом, который ей продали в Детском мире.
Нора сказала:
— К черту Дороти. Одевай пижаму и ложись.
XI
На следующий день, когда около полудня Нора разбудила меня, моя рана беспокоила меня гораздо меньше.
— Мой милый полицейский желает тебя видеть, — сказала она. — Как ты себя чувствуешь?
— Ужасно. Очевидно, вчера я лег спать трезвым. — Я оттолкнул Асту и встал.
Когда я вошел в гостиную, Гилд поднялся, держа в руках стакан с виски, и улыбнулся всем своим широким желтоватым лицом.
— Что ж, мистер Чарльз, сегодня вы выглядите достаточно бодрым.
Я пожал ему руку, сказал, что действительно чувствую себя весьма неплохо, и мы уселись. Он добродушно нахмурился.
— И все же, напрасно вы меня разыгрываете.
— Разыгрываю?
— Конечно: разъезжаете по городу, встречаетесь с людьми после того, как я отложил все вопросы и предоставил вам возможность отдохнуть. А я вроде как рассчитывал, что это даст мне преимущество в разговоре с вами, если можно так выразиться.