Поль и Виргиния. Индийская хижина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вы несколько раз говорили мне, что одна из причин величия Франции — та, что ничтожнейший из ее подданных может достигнуть в ней всего; вы называли мне многих знаменитых людей из низших сословий, которые делали честь своей родине. Значит, обманом хотели вы поддержать во мне бодрость?

С т а р и к

Сын мой! Я никогда не стану отрицать это. Я сказал вам правду о временах прошедших, но теперь положение дел сильно изменилось: все стало продажным во Франции. Ныне все сделалось достоянием немногих семейств или уделом сословий. Король — это солнце, которое вельможи и сословия окружают подобно тучам; почти невозможно, чтобы один из лучей его упал на вас. Некогда, в управлении менее сложном, бывали подобные чудеса. Тогда талант и заслуги расцветали повсюду, подобно тому как вспаханная новь изобильно приносит плоды. Но великие короли, которые умели бы узнавать людей и выбирать их, редки. Обыкновенные короли действуют лишь по внушению вельмож и сословий, которые окружают их.

П о л ь

Но, быть может, я встречу одного из этих вельмож, который станет покровительствовать мне.

С т а р и к

Чтобы снискать покровительство вельмож, нужно служить их честолюбию или их забавам. Вы никогда не достигнете этого, ибо вы низкого происхождения и честны.

П о л ь

Но я совершу столь храбрые подвиги, буду так верен слову, так точен в исполнении обязанностей, так пламенен и постоянен в дружбе, что заслужу честь быть усыновленным кем-нибудь из них, как это видел я в старинных рассказах, которые вы давали мне читать.

С т а р и к

О друг мой! У греков и римлян, даже во времена упадка, сильные мира сего питали уважение к добродетели; у нас же было множество знаменитых людей всякого рода, вышедших из народных слоев, однако я не знаю ни одного, кто был бы усыновлен каким-нибудь знатным семейством. Если бы не наши короли, добродетель была бы навеки осуждена во Франции на низкое положение. Как я вам говорил уже, они иногда воздают ей почести, когда замечают ее; но ныне отличия, предназначаемые ей, достаются лишь За деньги.

П о л ь

Ежели нет такого вельможи, я постараюсь угодить целому сословию. Я проникнусь совершенно его духом и убеждениями. Я заставлю полюбить себя.

С т а р и к

Вы поступите, следовательно, как другие люди: вы откажетесь от собственной совести, чтобы добиться состояния.

П о л ь

О нет! Я всегда буду искать лишь правды.

С т а р и к

Вместо того чтобы заставить себя полюбить, вы, пожалуй, заставите лишь ненавидеть себя. Кроме того, сословия мало интересуются открытием истины. Всякое мнение безразлично честолюбцам, лишь бы добиться власти.

П о л ь

Как я несчастен! Всё против меня! Я осужден проводить жизнь в безвестной работе, вдали от Виргинии.

Он глубоко вздохнул.

С т а р и к

Да будет господь вашим единственным покровителем и род человеческий — вашим сословием. Будьте неизменно верны обоим. У семьи, сословий, народов, королей есть свои предрассудки и страсти; служить им нужно часто пороками. Бог и род человеческий требуют от нас лишь добродетели. Но почему хотите вы отличаться от остальных людей? Это — неестественное чувство, ибо, если бы оно было у каждого, он стал бы враждовать со своим соседом. Довольствуйтесь исполнением долга в том состоянии, какое определило вам провидение; благословляйте судьбу свою, которая позволяет вам иметь независимую совесть и не принуждает вас, как сильных мира сего, полагать счастие свое в суждениях мелких людей и, подобно мелким людям, пресмыкаться перед сильными ради возможности существовать. Вы находитесь в стране и в условиях, где вам для существования не нужно ни обманывать, ни льстить, ни унижаться, как это делает большинство из тех людей, которые добиваются положения в Европе; где ваше положение не мешает добродетели, где вы можете безнаказанно быть добрым, правдивым, искренним, просвещенным, сдержанным, целомудренным, снисходительным, благочестивым и где ни один соблазнитель не осквернит вашей мудрости, которая еще только расцветает. Небо дало вам свободу, здоровье, чистую совесть и друзей; короли, к милости которых вы стремитесь, не так счастливы.

П о л ь

Ах, мне недостает Виргинии! Без нее я лишен всего; с ней у меня будет все. Она одна — моя слава, знатность, богатство. Но раз ее родственница непременно желает дать ей в мужья человека с громким именем, а науки и книги делают людей учеными и знатными, — я стану учиться. Я приобрету знания; я буду с пользой служить родине моими знаниями, не вредя никому и ни от кого не завися; я сделаюсь знаменитым и славой буду обязан лишь себе.

С т а р и к

Сын мой! Таланты встречаются еще реже, нежели знатность и богатство; без сомнения, они — величайшее благо, ибо ничто не может отнять их, и они доставляют нам повсюду общественное уважение. Но они дорого стоят. Они приобретаются лишь всевозможными лишениями, утонченной чувствительностью, делающей нас внутренне несчастными, а во внешней жизни их сопровождают преследования современников. Штатский не завидует во Франции славе военного, военный — славе моряка, но всякий притязает на ум. Вы говорите, что будете служить людям? Но тот, кто выращивает лишний сноп хлеба на каком-нибудь клочке земли, оказывает им бо́льшую услугу, нежели тот, кто дает им книгу.

П о л ь

О! Та, что посадила здесь дынное дерево, сделала жителям этих лесов более полезный и приятный подарок, чем если бы она подарила им библиотеку!