— Еще бы!
Следующая остановка — Общежитие для бездомных женщин Нижнего Манхэттена, занимающее четвертый этаж маленького невзрачного дома на Кристофер-стрит. Для бомжих совсем недурно.
— Эми, вы здесь уже бывали?
Я спрашиваю с единственной целью — поддержать разговор.
— Нет.
— Тогда почему вы выбрали именно этот дом?
— Просто открыла в справочнике раздел «Благотворительные организации» и наугад ткнула пальцем.
Чудненько. Я глубоко вздыхаю.
Владелица помещения (она же администратор, она же ответственное лицо) по имени Тамзин — совсем девочка и производит двоякое впечатление: она кажется одновременно и идеалисткой, и уставшей от жизни особой, вроде чтецов в поэтическом клубе «Под сенью струй». Наверняка она не ест говядины и баранины и не бреет подмышки. Предложение провести аукцион приводит Тамзин в восторг. Окинув взглядом облезлую мебель, я ее восторг понимаю.
Тамзин устраивает для нас экскурсию. Эми хочет поговорить с обитательницами общежития, чтобы «составить представление об этом доме и решить, как лучше провести наше мероприятие».
Впечатляющая энергичность. Хотя кто ее знает, эту Эми, — может, она риталин[21] горстями ест.
Нас знакомят с Сандрой, пожилой негритянкой с очень грустными глазами. Похоже, энтузиазм — единственная доступная Эми эмоция; ее вопросы к Сандре тоже не отличаются оригинальностью:
— Почему вы здесь оказались и как вам помогло Общежитие для бездомных женщин Нижнего Манхэттена?
Сандра рассказывает о своем первом муже, которого хватило всего на одну ночь и который, однако, успел ее за эту ночь избить. Потом она подсела на героин, а теперь ведет неравную борьбу с этим пагубным пристрастием.
Эми хмурится, но вдруг ее осеняет:
— Может, муж вам хоть руку сломал?
Мы с недоумением смотрим на Эми, но ее уже несет:
— Первый муж Сандры, настоящий альфонс, жестоко избивал ее в течение двух лет. Все это время Сандра пыталась сбежать, но безуспешно. В конце концов, не выдержав издевательств, она выстрелила в своего мужа. Это была самозащита. Суд оправдал Сандру после того, как выяснилось, что на самом деле мужа убил брат Сандры, считавшийся пропавшим без вести, но тайно следивший за судьбой сестры. Еще нам понадобится ребенок. Сандра, у вас есть дети?
Сандра, которая не может похвастаться статусом матери-одиночки, грустно качает головой Эми нисколько не разочарована.
— Ви, мы ведь сможем взять кого-нибудь на роль ребенка Сандры?
— Не знаю, я занимаюсь исключительно модой, — говорю я нежнейшим голоском. Но Эми так просто не сдается: она убеждена, что Сандре для полного комплекта необходим ребенок.
Мы долго препираемся по этому поводу. Следующий номер нашей программы — Светлана, жертва брачного агентства, представительница могучей державы. Светлана не говорит по-английски, Тамзин выступает в роли переводчика с русского.
Эми конспектирует интервью.
— Сколько лет вы были замужем?
Светлана говорит долго и сбивчиво, Тамзин переводит ее слова с предельной лаконичностью:
— Семь лет.
— Это большой срок, — хмурится Эми. Впрочем, у нее уже почти готова легенда. — Что, если муж Светланы был гомосексуалистом? Или вот: она выросла без отца. Нет, лучше так: отец втянул Светлану в кровосмесительную связь. Конечно, нам придется использовать съемку, но если все сделать грамотно, это будет нечто!
Наша администраторша в ужасе. Назревает скандал — нужно срочно добиться расположения Тамзин.
— Послушайте, вы ведь хотите помочь этим несчастным женщинам? — начинаю я вкрадчивым голосом.
Тамзин нехотя кивает, и я продолжаю:
[21] Лекарство, применяемое при лечении нарколепсии. Помогает сосредоточиться.