Мстители гетто: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В деревне Суша до конца войны больше не было гитлеровского гарнизона.

Немецкий гарнизон в Богашевичах (Могилевской области) мешал партизанам добраться до железной дороги. Его надо было уничтожить.

Три отделения партизан пошли в бой. Первым отделением командовал Хаимович. Он подошел вплотную к бандитскому гнезду, остальные два отделения зашли с флангов. Сотня гитлеровских разбойников была уничтожена. Двое спрятались на чердаке. Один из них был фашистский бургомистр. Гриша Гордон подобрался поближе к ним и предложил спуститься вниз. Один стал было спускаться. Бургомистр выстрелил в него. Флегматичный Гриша за минуту до того поймал на лету брошенную в него бургомистром гранату, пришел в ярость и зажигательной пулей поджег чердак.

Встреча с ротой СС-овцев у деревни Гатец закончилась тем, что разбойничья банда была вынуждена отступить. Борис погнался за ними.

Четверым гитлеровцам он всадил в спину пули. Он и не заметил, что остался один, так как был отдан приказ вернуться. Один из гитлеровцев лег и стал целиться в Бориса из автомата. Тогда Борис залег, и началась дуэль. Минут десять пролежали они, один против другого, в ожидании мгновения, когда меткая пуля решит исход этой дуэли. Борис кричит: «Сдавайся, не то уничтожу на месте!». Немец выждал, пока у Бориса кончились патроны, и начал приближаться к нему. Кто знает, чем бы закончилась эта дуэль, если бы к Хаимовичу не подобрался 14-летний Миша Буйницкий. Вдвоем они убили фашиста.

Началась историческая «рельсовая» война. Партизанская Белоруссия вышла на все железнодорожные линии родного края, чтобы единым концентрированным ударом разрушить коммуникации врага. Это было подготовкой к решительному наступлению Красной Армии, шедшей на освобождение Белоруссии.

Партизаны отряда, в котором состоял Борис Хаимович, получили задание: уничтожить 2000 рельсов. Борису с его отделением было приказано охранять отряд от неожиданных нападений врага.

Отряд выполнил задание, и партизаны радовались своим успехам. Борис же ходил расстроенный и не находил себе места. Он ходил в штаб, что-то там доказывал и на следующий день вместе со своим отделением внес и свою долю в это дело: снял 518 рельсов. Таким образом на протяжении шести километров путь Минск — Могилев был полностью разрушен.

Две партизанские группы, среди них Борис со своими боевыми товарищами, получили от штаба задание: уничтожить пять вражеских эшелонов. Партизаны ушли в направлении станции Толочин. Движение на этом участке очень оживленное. Гитлеровцы оберегали этот путь, как зеницу ока. Однако нашим диверсантам удалось заложить взрывчатку. Но проходит поезд, а взрыва нет. Партизаны добавили взрывчатки. Благополучно проходит второй эшелон. Как ни в чем не бывало прошли и третий, и четвертый… Начинало светать, и надо было уходить… Несется комфортабельный поезд… Момент — и вся окрестность оглашается грандиозным взрывом! В течение целого дня немецкие самолеты прилетали и куда-то увозили раненых и убитых. Надо полагать, что это были очень высокопоставленные лица — иначе их похоронили бы на месте без особых церемоний. После этой удачной операции две группы спустили под откос еще четыре эшелона. Без малого шестьдесят вагонов с живой силой и техникой врага были полностью уничтожены. За эту боевую операцию Борис Хаимович был награжден орденом Красной Звезды. Штаб прославленного 208-го партизанского полка имени товарища Сталина пишет в боевой характеристике:

III. ВСЕГДА С ПУЛЕМЕТОМ

Хаим Александрович был очень ценный человек для подпольной организации гетто. Его хладнокровие и большой политический опыт помогали решать основные вопросы нашей работы.

Но когда он пришел после бойни 2 марта 1942 года — в этот день погибла подруга его жизни — и тихо, но решительно сказал: «Мне пора уходить», — никто не возражал.

Вместе с пятнадцатью товарищами Александрович ушел из гетто, чтобы создать новую партизанскую базу — 406-й отряд. Путь был невероятно труден. Мотя Пруслин, Мейер Фельдман, Баскин отморозили себе ноги и не могли двигаться. Не успели они еще как следует обосноваться в лесу, как налетели немцы.

Палачи соорудили виселицу и повесили Пруслина и Баскина. Неподалеку лежал убитый Мейер Фельдман. Отмороженные ноги не позволили им во-время выйти из кольца вражеского окружения.

Но отряд все же продолжал существовать.

Было холодно и голодно. Оружия нехватало. Однажды командир послал Александровича в соседний лес — встретить людей из Минска. Невооруженный, пошел Александрович в незнакомый лес. Он очень устал, но гнал от себя сон. И все-таки не заметил, как оказался среди группы людей, одетых в немецкую военную и полицейскую форму.

— Кто такой?

— Лесной сторож.

Те начали допытываться, но Александрович чутьем старого подпольщика сразу понял, что это не гитлеровцы. Однако это и не группа из Минска. Почему они не знают пароля? Они требовали, чтобы Хаим указал им, где находятся партизаны. Но он твердил, что ничего не знает. Он — только лесной сторож. Тихо, очень тихо, словно про себя, он повторял:

— Случается, проходят лесом вооруженные люди… Да, ведь, кто их знает, чьи такие… Ежели встречу кого-нибудь, скажу им, что они вам нужны…

Пришедшие приказали Хаиму итти искать партизан, тоже поняв, с каким «лесным сторожем» они имеют дело…

Прошло немного времени, и прибывшие были радушно приняты в 406-м партизанском отряде. Это были товарищи, впоследствии прославившиеся на всю Белоруссию, как руководители крупных партизанских соединений: одному из них позднее было присвоено звание Героя Советского Союза, другой был назначен командиром бригады. Александровича с тех пор в отряде звали «подпольщиком» или «лесным сторожем».

Отряд, начало которому было положено выходцами из Минского гетто (его комиссаром был еврей из Минска — Бинун), вырос, но еще не был настолько внутренне сплочен и вооружен, чтобы противостоять частым нападениям врага. Спустя некоторое время он встретился и присоединился к отряду героического партизанского командира «дяди Васи» (Воронянского). В этом отряде уже находилась значительная группа наших людей во главе с Каганом, ушедших из Минского гетто.

С помощью отряда «дяди Васи» были вырваны из гетто тысячи мужчин и женщин, стариков и детей и переброшены через линию фронта на «Большую землю».

Когда отряд отправился на выполнение задания по уничтожению вражеского гарнизона в местечке Мядель (Вилейской области), наши товарищи знали, что этот бой преследует еще одну цель — освободить евреев из тамошнего гетто. Александрович в этом бою, как и в других многочисленных боях, в которых он принимал участие, — был у пулемета.

Враг, почуяв опасность, выслал связного в соседний гарнизон за помощью. Александрович перехватил его. Начался штурм гарнизона. Обитатели гетто были заблаговременно предупреждены, что приближается час их освобождения. С нетерпением ждали они освободителей, чтобы слиться с ними в борьбе против кровавого врага. Бой длился пять часов. Партизаны понесли урон. Был убит помощник командира отряда и четверо партизан. Гнев и ожесточение мстителей возрастали. Опорные пункты врага были заняты. Партизаны вошли в местечко. Еще не все гитлеровцы были убиты, когда наши товарищи подошли к гетто с радостным призывом: «Выходите из гетто!» Молодые и боеспособные тут же вступили в ряды партизан. Стариков, женщин и детей отвели в лес, в семейный лагерь, чтобы потом переправить их через линию фронта.

Александрович вместе со всеми переживал великую радость освобождения, но в то же время думал о своей убитой Маше, о шестилетней дочурке Ноэми. Но Минск был далеко, а кругом враги, с которыми уже на следующий день пришлось снова столкнуться в кровавом бою.

В лагере, как обычно, оставалось немного народу. Ночью люди ушли — кто на боевую операцию, кто на диверсию, кто в разведку, кто по хозяйственным делам, или на пропагандистскую работу среди населения. В роте Александровича оставалось всего пять человек, и вдруг — тревога, враг близко! Во всей бригаде налицо едва 120 человек. Обратились к соседнему отряду «Борьба» и вместе заняли оборону. Александрович со своим пулеметом на правом фланге. Правее — человек тридцать из «Борьбы». Левый фланг действует энергично. Гитлеровцы направляют направо сильный пулеметный огонь. Александрович готовится встретить врага, но в самый ответственный момент — стоп! Диск пулемета заело. Немцы почуяли, что у партизан что-то застопорило, и устремились вперед. И вот они уже в десяти метрах от Александровича. Хладнокровно (таким хладнокровием никто из нас, кроме Хаима Александровича, не обладал) он вынимает диск, быстро вставляет другой, и буквально в последний момент пулемет его снова заговорил. Тринадцать гитлеровцев (эта «чортова дюжина» служила потом предметом шуток у партизан) полегло после первой же очереди. Остальные смешались. Они бросились в сторону, еще правее, туда, где засела группа из отряда «Борьба».

Группа не выдержала стремительного натиска, и гитлеровцы могли бы отрезать партизанам пути отхода. Но Хаиму удалось незаметно подобраться сюда, и снова его пулемет начал строчить. Враг отступил.

Хаим Александрович — очень уважаемый человек в бригаде. Он был командиром отделения и комиссаром отряда, затем секретарем парторганизации и помощником комиссара одной из лучших в Белоруссии партизанских бригад. Но прежде всего он был — пулеметчиком. Когда бригада выходила в бой, место его было точно определено — у пулемета. Позже он пристрастился к автомату, который наши летчики привезли ему в подарок. И даже тогда, когда Александрович вместе с Гиршем Добиным редактировали партизанский литературный журнал и серию своеобразных сатирических изданий «Книжка-малышка — фашистам крышка!», рядом с ним был неразлучный пулемет. В «строчке» пулемета ему слышались слова утешения в горе по убитой Маше, по заживо похороненной Ноэми, по замученном отце, по всей большой, полностью истребленной немцами, семье Александровичей.