– Я один висеть на кресте не буду!
– Конечно, один не будешь, – кивнул Лидон, – а может даже совсем. Если станешь правду говорить. Ну, так как? Ложно утверждение Эпименида или истинно? Проверим?
Дракил смотрел на пальцы Лидона, все еще сложенные в замок.
– Чего ты хочешь знать?
– Все. Кто вы такие? Куда и откуда шли?
– Ты же... тебе же все рассказали уже.
– Я всем даю возможность меня разочаровать. Будешь говорить правду, избежишь креста. Нет – пеняй на себя. Понятно излагаю?
Дракил кивнул.
– Хорошо. Главный кто у вас?
– Эвдор... Гнида...
Лидон поднял бровь, но эту тему пока не стал развивать, спросил другое:
– Он на гемиолии сбежал?
Дракил кивнул.
– А на акате, значит, заправлял Эномай?
Пират поднял глаза и как-то странно посмотрел на следователя:
– Это ведь он меня заложил? Ублюдок...
– Куда вы шли? – проигнорировал его слова Лидон.
– Не знаю, – буркнул Дракил, – Мышелов вообще никогда не распространялся о своих планах. Только с Пьяницей шептался. Да еще с фракийцем один раз. Тогда, в Остии... А всех остальных подлых говноедов такое устраивало. Говорил я им – заведет он нас прямиком в могилу. Сто раз говорил. Не слушали. Тупые бараны...
Так. Мышелов, надо полагать, прозвище этого самого Эвдора. Уточнять не следует, чтобы не спугнуть. Пираты, стало быть, вождю верят безоговорочно. Удачлив? Или другая причина? А Эномай и Спартак, значит, к нему приближены. О чем-то сговаривались в Остии. Хорошо. Дальше.
– Откуда шли?
– С Питиусы, – ответил пират.
– Зачем туда ходили?
– Не знаю. Эвдор сказал, вот и пошли. Никто не спрашивал, зачем. Как всегда. Мышелов еще осенью сказал, что пойдем в Испанию. Я, конечно, поинтересовался, что мы там забыли, а он, как обычно, только поулыбался, сука...
– Прямо любовь у вас, как я погляжу, – улыбнулся Тиберий.
– С Серторием встречались? – не выдержал Дециан и влез в допрос.
Лидон недовольно поморщился, но кивнул Дракилу.
– Отвечай.
– Да. С Серторием.
– О чем говорили?
– Не знаю. Эвдор с Аристидом к нему ходили. И фракиец еще.