Викторианцы подозрительно повернулись к нему. И тут же мелкими-мелкими шажочками отошли подальше.
Елена спокойно поправила копполу.
— Я долго буду здесь стоять, господа геяне? — спросил Джек.
— Мы отведём вас к мастерам бертильонажа, — ответил суперинтендант M-дивизиона, чья фамилия осталась неизвестной нашим современникам.
С Джеком всё ясно. Что же остальные?
— Ну и куда вы нас денете? — поинтересовался Роберт, демонстрируя голливудскую улыбку. Елена продемонстрировала гагаринскую улыбку, только вот альтернативцев это не впечатлило.
— В инстанцию для выяснения вашей вины.
— А вы помните о том, что наша полиция давным-давно вооружена? Гляньте-ка сюды.
Браун продемонстрировал викторианской полиции пистолет. Видели мы его уже. А вот суперинтендант этот не видел.
— Мы вооружены. С нами сила. А вы наверняка поддерживаете кровавые режимы. Сдавайтесь, или мы вас выпилим!
— Пожалуйста, не надо, — попросила его Шишкина.
— В таком случае нам будет лучше уйти отсюда, — испугался суперинтендант. — Вдруг вы нас пристрелите?
Браун:
— Видали? Оружие всё перетрёт!
— Пожалуйста, потише.
Эцилоппы уже уходили подальше. Суперинтендант успел только сказать:
— Мы уже хотели вооружить наших астроменов, но, видимо, вы опередили нас в этой области.
По-видимому, астроменами они называют астронавтов. Правда, если верить Интернету (или интернетам, как говорили некоторые), слово «астронавт» было впервые использовано ещё в девятнадцатом веке, когда британец Перси Грег назвал этим словом космический корабль. В его книге земляне прилетели на Марс ещё при жизни Пушкина. Правда, до телепортации дело ещё не дошло. Может быть, кто-нибудь вроде Стивена Хокинга, Сергеевского, Фрёлиха, Питера Хиггса или кого-либо другого из списка физиков додумается и до антигравитации, и тогда, возможно, именно этот способ будет применяться для полётов другие планеты.
Полиция рассосалась. Поэтому на улице… Что касается географического местоположения, невольная жительница нашего Лондона предположила, что это Блэкфраерс-роуд. Да и табличка висит. Ещё головами был железнодорожный мост. При этом справа оказался проход на некую незнакомую площадь.
На улице остались Конан Дойл и Дулиттл. Первый выдал такой перл:
— Все вы видели скромное положение нашей полиции. Если бы я обладал даром предвидения, я придумал бы не частного детектива, а полицейского. И попробовали бы читатели полюбить такого персонажа. Не произошло же такое с инспектором Стриклендом у Киплинга.
На что Браун ответил:
— Вы ещё не видели Майка Хаммера. Этот сыщик обеспечил читателям колоссальное мочилово.
Конан Дойл укоризненно покачал головой и тихо ушёл. Хотя откуда ему в девятнадцатом веке знать, что за слово — мочилово.
— Браун, вы ничего странного не замечаете? — спросила Елена.
— Что именно, дорогая бикса?
— Где же остальные два агента? Ну или космонавты.
— Откуда мне знать? Я не космонавт. Я астронавт.
— Не обращайте внимания на терминологию. Надо узнать, куда мои подчинённые телепортировались, если не в альтернативный Лондон.
— Я догадываюсь. Они телепортировались в венерианский Лондон.