Доктор Хамфри вложил трость в руку Уилларда и, тем самым освободив обе руки, открыл саквояж. Вскоре в его руках поблёскивала банка с мутной жидкостью.
„В таком случае я рекомендую вам лауданум! И не важно, что говорил Маркс, ведь лауданум и есть опиум народа!“
„Скорее Америка — опиум для н-народа. Или я сделал слишком смелое з-заявление?“ — прошептал герцог Йоркский.
Конан Дойл проговорил:
„Доктор Хамфри, я готов высказать вам своё сенсационное открытие. Среди нас находится шарлатан“.
„Не шумите, доктор Дойл. Я не шарлатан. Я вивисектор. Если всё правильно рассчитать, вреда не будет. Главное — соблюсти дозу. Как я когда-то заметил, лауданум в умеренных дозах полезен в любых количествах“.
Мистер Дойл, по-видимому, не знал, как ответить на весомый аргумент. Не говоря ни слова, он стоял около интернов, держа в руках твидовую кепку.
„Дайте мне ложку, Борис“, — велел доктор Хамфри. Борис Джером налил дозу лауданума в большую ложку.
„Фил, достаньте из саквояжа термометр“.
Мистер Тодд выполнил приказ, после чего доктор Хамфри обратился к Эдисону:
„Мистер Эдисон, я предлагаю вам выбор: или термометр, или лауданум. И то и другое в рот“.
Сам не могу поверить в то, что рассказываю, но тем не менее Эдисон начал нести околесицу.
„Нет! Я хочу домой. Понимаете? Я хочу домой! У меня начинается марсианская депрессия!“.
„Что?!“.
„Марсианская депрессия. Распад личности. У меня начинается распад личности!“.
С этими словами голова Эдисона укатилась в тарелку.
Меня отвлёк тот же монотонный голос. В голове сильно покачнулось.
Доктор Зло, как его изволили назвать, аплодировал.
Я поднял в воздух обе руки, призывая к вниманию.
„Я не хочу видеть, как Эдисон сидит за столом с головой в тарелке. Он напоминает мне голову Иоанна Крестителя. Пусть его унесут“.
„Унесите мистера Эдисона!“ — крикнул Хамфри.
„В Бартс?“ — спросил Уиллард.
„Да! Санитары, вперёд!“
„Но у вас никогда не было санитаров“.
„Тогда пусть ими будут Уиллард и прочие подобные“.
Из банкетного помещения вышли ставшие санитарами интерны, по команде унесшие Эдисона, принявшего гибельное решение. Вместе с головой.
Я боялся, что болен».
На этой пессимистичной ноте заканчивается рассказ Николы Теслы.
Каково ваше мнение об этой неправдоподобной истории? Какова ваша оценка, сударь? Говорят, такие сюжеты бывают, редко, но бывают... Или же напротив, Тесле не следует доверять? Если вы думаете, что всё до посинения однозначно, извольте дотерпеть до того момента, как лондонская знаменитость выскажет своё скромное мнение. Услышать это мнение было бы очень занятным времяпровождением.
В дверном проёме промелькнула мужская фигура в тёмных очках и с хитрой улыбкой; не задерживаясь, фигура направилась к выходу из ресторана. Вскоре в проёме возник мистер Чемберлен. Лорд Солсбери вошёл в зал, и его первой реакцией было подозрение.