Земляне против политики: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Это ясно, но это не повод для того, чтобы прыгать.

— А что делают пролетарии?

— Они кувыркаются!

— Кувыркаются? До чего их довела уменьшенная сила тяжести! Рабочие должны не кувыркаться, рабочие должны эксплуатироваться.

На экране в эти мгновенья объявился Шепард. Секретарь применил гелиограф, и Шепард мгновенно повернул голову. Контакт мог приступать к началу.

Шепард расположил перед камерой экспроприированную картину. Зрители прищурили глаза, чтобы тотчас же их выпучить.

Картина не походила ни на одно из художественных направлений. Ни один художник не нарисовал бы ни что подобное. Какой художник в здравом уме нарисовал бы часы, словно тряпки, свисающие с ветки, большой плиты и бесформенного подобия человеческой головы? Голова могла называться головой лишь благодаря бровям, подобию носа и сильно вытянутой глазной щели с длинными ресницами.

Остальные двое часов, как уже упоминалось, висели на безжизненной ветке и на блоке, на последнем же так же лежали часы с кучкой муравьёв. На заднем плане виднелись ещё одна плоская плита и широкая скала на фоне неба, но они не обращали на себя внимания так же, как безжизненная ветка и удивительно карикатурная голова с мягкими часами.

— Художник выпил слишком много виски, или накурился опия, — заключил наш Джо.

— Я полностью с вами согласен, — ответил лорд Солсбери.

Шепард предъявил следующую картину.

Голова с закрытыми безбровыми глазами, выпяченными губами и квадратной тряпкой на месте уха опиралась на тонкие подпорки, несоизмеримые с видимой массой головы. Шея вытягивалась, образуя на конце тряпку, свисающую с подпорки, ещё одна подпорка начиналась под головой удалённой от зрителя дремлющей собаки. На заднем плане одинокая постройка на последней стадии туберкулёза и не менее длинная подпорка на фоне неба довершали картину, хотя довершённой она не была: не хватало смысла.

— Художник выпил слишком много виски, или накурился опия, — заключил наш Джо.

— Вы уже об этом говорили, — заметил лорд Солсбери.

— Я говорю то, что сейчас вижу.

На фоне облачного неба возвышалась конструкция из торса со ступнёй и рукой, опиравшейся на деревянный ящичек и огромный кулак, из руки вырастала вторая рука, чьи пальцы вцепились в начало нижней конечности, согнутой в колене и опиравшийся на уже упомянутое подобие торса. В довершение вышеупомянутого голова вырастала из бедра, голова, уродливая лохматая голова, напомнившая фетиш «мумбо-юмбо».

— Художник не выпил слишком много виски и не накурился опия, — заключил наш Джо.

— Откуда до такой степени внезапный вывод?

— Он получен благодаря сопоставлению всех этих картин. Вы видели на заднем плане собаку?

— Да. И вы делаете вывод, что их планета — планета песьеголовцев?

— В чём-то вы правы. Но дело в другой области. Мягкая спящая голова это, вероятно, голова главы организации, которая объединяет нации. Она объединяет нации и борется за мир! Поскольку же голова мягкая и спит, мы делаем вывод, что эта организация объединённых наций очень плохо справляется со своими обязанностями. Мягкая голова (на которой лежат мягкие часы) означает мирового жандарма. С американскими чертами лица. И эта страна мирового жандарма своими мягкими часами указывает на то, что за последние десятилетия существования страны её политика мало меняется.

— Я не ожидал от вас прозорливости. И скажите, что же означает разорванное тело на третьей картине?

— Очень просто. Мировой жандарм скоро развалится на куски.

— Я на удивление чётко представляю описанные вами картины.

Шепард махал руками. Получив сигнал гелиографа, он приложил к камере две фотографии. Хромотипы ли это, неизвестно, ведь как ни старались бы инженеры, экран остаётся нецветным.

Тигр слегка удивился этому шоу, хотя догадаться о его смысле он не в силах.

— Вы видите, кто здесь изображён, милорд?