Конец черного темника: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На другой день поутру на Девичьем поле провёл Дмитрий Иванович смотр всему русскому воинству и урядил каждому полку воеводу.

Потом ратники расположились со своими обозами на обед возле сада Панфилова, и у каждого в ушах ещё долго звучали слова великого князя, обращённые ко всем русским: и князьям, и боярам, и младшим людям — ко всему русскому воинству.

   — Братья мои, все князья русские и воеводы. Предки наши заповедали нам хранить землю Русскую и православную веру, и кто постраждет за них, во веки будет славен. И я вместе с вами хочу крепко пострадать и, если надо, смерть принять.

Поспешим же, братья, против безбожной Орды, а если придётся нам смерть принять, то помнить должны, что все мы смертны, а земля наша вечна... Крепитесь и мужайтесь, и пусть старый в бою помолодеет, а молодой добудет честь.

Напомнил Дмитрий Иванович об обидах, которые на протяжении полутора веков наносила русским людям Орда, и о пролитой крови, о слезах жён, матерей, об испуганных детских глазах напомнил, и каждый воин, стоящий под знамёнами и стягами, кои колыхал ветер, думал думу свою, а дума о том, что теперь настал день и пришёл час, и мыслить о себе нельзя, а о земле, всей Русской земле надобно, и доля сегодня у всех одна.

С этими мыслями Игнатий Стырь спустился к реке, лёг на крутом окском берегу, закинув за голову руки, и устремил взгляд в голубое небо с редкими облаками.

«Неужели это небо останется и тогда, когда не будет меня?!» — с горечью подумал Игнатий и стал следить за одним облаком, которое быстро меняло свои очертания.

Вот оно из надувшегося надменного человеческого лица стало походить на ослиные уши, и Стырю вдруг вспомнился Мамай и ханский поруб с крысами, и разом улетучилась горечь, навеянная вечностью неба и скоротечностью облачных очертаний.

«Прав Дмитрий Иванович — все мы смертны, а земля вечна... И род людской вечен, и, чтобы детский смех и материнская радость не иссякли на этой земле, за это мы и сразимся с погаными, а если надо, и погибнем во имя победы!»

На реке послышались голоса. Игнатий сел и не поверил своим глазам: на противоположном берегу Оки стояли, вытянувшись в длинную линию, вооружённые пиками пешие ратники, в вдоль неё сновали верховые, что-то крича и бранясь.

«Экое наваждение! Как из-под земли выросли, не ордынцы ли?» — пронеслось в голове у Стыря.

Но тут отчётливо разобрал слова:

   — Лодки к берегу! Куда правишь, чурка с глазами?! К берегу, говорю!

«Свои... Но какого князя?.. Неужели рязаны?!»

Около Стыря собралось десятка с два воинов, которые тоже с любопытством наблюдали за тем берегом.

В лодку легко прыгнул воин, среднего роста, стройный, в стальных латах, отливающих на солнце зеркальным светом, и в таком же шлеме.

   — Видать, какой-нибудь княжич... — промолвил кто-то рядом.

   — Знамо дело, ишь, как блестит весь, — заключил седой как лунь, ещё крепкий старик, который был не кто иной, как отец Григория Холопищева.

   — Чего-то надобно им от нас, — проворчал Жердина.

На лодке гребли двое, воин сидел на корме, вцепившись обеими руками в борта. Вот лодка ткнулась в песок, один из гребцов спрыгнул с неё прямо в воду, подтянул за нос и помог воину сойти на берег.

Стырь, оглянувшись на собравшихся, словно приглашая их в свидетели, прыгнул вниз и через несколько секунд уже стоял перед молодым воином.

   — Игнатий! — вырвалось у того изумлённо. — Никак, жив!

   — Крестная сила! — не менее изумлённо воскликнул Игнатий. — Алёна!

   — Она! — звонко, раскатисто, мелодично, как только может женщина, засмеялся «воин».

   — В латах, в шлеме, чудеса! — в ответ так же громко засмеялся Стырь. — Какими судьбами?

Не отвечая на вопрос, Алёна сняла шлем, и волосы густо сыпанули по латам, и кто-то на берегу громко сказал:

   — Робяты, баба!..

   — Привет тебе от Карпа Олексина. От него я... Игнатий, проводи меня к вашему князю. У меня к нему дело есть...

Великого московского князя отыскали на подворье у коломенского епископа Герасима. Дмитрий Иванович вместе с Боброком и Михаилом Бренком допрашивали в это время пленённого разведчиком Васькой Тупиком знатного Мамаева мурзу. Тот показал, что Мамай не спешит идти, потому что ждёт, когда соберётся с силами Ягайло и когда придёт к нему Олег Рязанский.

   — Не придёт он, великий княже! — невольно вырвалось у Алёны, которую привёл сюда на подворье к епископу Игнатий Стырь.