Миссис Хэнли крупно повздорила с Дейдрой.
— Где ты собираешься провести Рождество? — спросила она.
— Немного прогуляюсь. Навещу могилы…
— Какие еще могилы?
— Так поступают на Рождество. Приходят на кладбище и молятся за усопших, которые дороги.
— В данный момент у тебя нет никаких усопших. Смотри, как бы сама не отправилась на тот свет. Ты непременно кончишь этим, если не будешь осторожна.
— Какая ты бесчувственная!
— А ты за кого собираешься молиться в Рождество? Назови хотя бы одного человека.
— Ну, я могу помолиться за отца Стиви Салливана.
— Он похоронен не там, а в сумасшедшем доме, в тридцати милях отсюда! — ликующим тоном возразила миссис Хэнли.
— Ну, за мать Кит Макмагон.
— Тоже мне покойница! Брось, Дейдра. Ты просто хочешь встретиться с каким-то бездельником. Когда я выясню, с кем именно, у тебя будут большие неприятности. Можешь не сомневаться.
— Где ты видела в нашем городке бездельников? — со вздохом спросила Дейдра.
— Ты найдешь. Помни, дочь, я не спускаю с тебя глаз. Это сын Дэна О’Брайена?
— Филип О’Брайен! — В голосе Дейдры прозвучали ужас и искреннее отвращение. — Да он же ребенок Настоящий младенец.
Миссис Хэнли поняла, что искать подозреваемого нужно в другом месте.
Сестра Мадлен отказывалась от приглашений, но говорили, что ее праздничный стол будет самым богатым в Лох-Глассе. Люди тактично выясняли, что ей собираются принести остальные, поэтому блюда не повторялись.
Рита сказала, что принесет ей свежеиспеченный хлеб.
— По крайней мере, я знаю, что хлеб вы съедите сами. Потому что сливовый пудинг достанется цыганам, а индейка — лисенку или тому, кто появился у вас недавно.
— Хромая гусыня, — ответила сестра Мадлен. — С моей стороны было бы крайне невежливо кормить ее индейкой. Но ты права, хлеб я люблю.
— Четверг в нашем доме будет трудный, — заметила Рита.
— Не труднее всех остальных дней. — Как ни странно, сестра Мадлен не проявила ни капли сочувствия.
— Но по сравнению с предыдущими праздниками…
— Хорошо, что ее похоронили. Это приносит людям какое-то подобие успокоения.
— Сестра Мадлен, а вы когда-нибудь думаете о том, где найдете последнее пристанище?
— Нет, никогда. Но ведь я чудачка. Белая ворона. Сама знаешь.
— Как по-вашему, что я должна сделать?
— Не торопи события. Чему суждено быть, то и случится.
— Я хочу, чтобы они наконец заговорили о ней.
— Возможно, на Рождество они так и сделают.