— Ты всегда занят. У тебя никогда нет времени на что-то кроме машин.
— А на что еще я должен тратить время, как не на работу? По-твоему, пусть все продолжают считать, что деньги, отданные Салливану, будут потрачены на выпивку, а не на запасные части?
— Поклянись, что не будешь меня ругать.
— Не стану. Но вдруг ты выкинул такое, за что тебе голову оторвать мало?
— Тогда не скажу, — решительно заявил Майкл.
— И слава богу, — ответил Стиви Салливан.
Ему и без того хватало забот, а нужно было еще успеть умыться и переодеться: он шел на свое первое свидание. Дейдра Хэнли согласилась пойти с ним в кино. Дейдре семнадцать, она на целый год старше и будет ждать от него первого шага. Стиви Салливану не хотелось ударить лицом в грязь. Поэтому он испытал облегчение при мысли о том, что ему не придется отрывать голову младшему брату за какую-то выходку, после которой к матери наверняка явится с визитом разгневанный брат Хили.
— Когда вернешься?
Владелица магазина готового платья миссис Хэнли чувствовала, что этот выход дочери в свет не похож на другие.
— Да ну тебя, ма. Сколько раз повторять? Как обычно, приеду на автобусе.
— Я выйду на остановку встречать тебя, — мрачно предупредила мать.
Дейдра кротко кивнула. С этим проблем не будет. Часть пути они со Стиви проедут на его машине, а за милю до Лох-Гласса она выйдет и сядет в автобус. Пусть мать подозревает ее в чем угодно, но придраться ей будет не к чему. Девушка стерла губную помаду, с которой порепетировала заранее; она не хотела, чтобы ее видели выходящей из дома при полном параде. Иначе все догадаются, что речь идет не об обычном посещении кино с подружками.
— Давай сходим к Лапчатому.
— Нет, Питер.
— Мартин, она не вернется. Никогда не войдет в эту дверь. Я знаю.
— Нет, я должен быть здесь.
— Всегда, Мартин? Вечно? Думаешь, Элен хотела бы этого?
— Ты ее не знал, — резко ответил Мартин.
— Я знал ее вполне достаточно и могу утверждать: она хотела бы, чтобы ты вел себя как нормальный человек, а не как отшельник. — Последовало молчание. — У нас уже есть одна отшельница. Лох-Гласс не может позволить себе двоих.
Наградой Питеру Келли стала слабая улыбка.
— Я был не прав, Питер. Извини. Она когда-нибудь… было когда-нибудь?..
— Она никогда мне ничего не говорила и не просила ни о чем таком, чего тебе не следовало знать… Клянусь. Так же как клялся двадцать восемь предыдущих дней, отвечая на этот твой вопрос.
— Неужели каждый день?
На Мартина Макмагона было жалко смотреть.
— Нет, я преувеличиваю. Несколько дней ты пропустил.
— Питер, пока не найдут ее тело, я не выпью ни пинты.
— Если так, то мне долго придется пить в одиночестве, — огорченно сказал доктор.
— Почему ты так говоришь? — ужаснулся помертвевший Макмагон.
Питер Келли вытер лоб.
— О господи, Мартин, не нашли лишь ее тело. Ее душа, ее дух ушел уже давно и парит над нами. Старик, ты сам знаешь это, только не хочешь признаться.