— А у тебя вообще нет теток, — стояла на своем Клио.
— Ох, Клио, помолчи! Конечно, у меня есть тетки. Тетя Мэри, тетя Маргарет…
— Это просто жены братьев твоего отца.
— Неправда. У папы есть сестра, но она живет в монастыре в Австралии. Она что, не тетя? Тетя. Но ожидать, что она приедет в гости, поживет у нас и подарит шиллинг, не приходится, правда?
— У твоей матери нет родни. — Клио понизила голос. — Вообще никакой. — По тому, как она это сказала, было ясно, что Клио просто повторяла чужие слова, словно попугай.
— Что ты хочешь этим сказать? — разозлилась Кит.
— Только то, что сказала.
— У нее есть родня. Мы.
— Но это странно, только и всего.
— Ничего тут нет странного! Почему ты опять цепляешься к моей маме? Кажется, ты обещала оставить ее в покое.
— Не заводись.
— Нет, буду! Все, я пошла домой. — Кит спрыгнула с дивана.
Клио смутилась:
— Я не имела в виду ничего плохого.
— Тогда зачем об этом говорить? Что ты за человек? Сначала сболтнешь что-нибудь, а потом говоришь, что ничего не имела в виду…
— Я только сказала…
— И что же ты сказала? — Глаза Кит вспыхнули.
— Сама не знаю.
— Вот и я тоже. — Кит выскочила из комнаты и сбежала по лестнице.
— Уже уходишь? — спросила стоявшая в коридоре миссис Келли. Мать Клио всегда знала, когда они ссорились. — А я как раз собиралась печь печенье. — С помощью вовремя предложенного угощения можно избежать ненужных стычек. Но сегодня и это не помогло.
— Клио будет рада. А мне нужно домой, — буркнула Кит.
— Еще рано.
— Маме одиноко. Понимаете, у нее нет родни, — не сдержавшись, вызывающе заявила девочка.
Темно-красные пятна, проступившие на щеках и шее миссис Келли, доказывали, что догадка Кит была правильной. Аккуратно закрывая за собой дверь, она со злорадством подумала, что никакого печенья Клио не получит. «Вот и хорошо! Надеюсь, мать спустит с нее три шкуры».
Но матери дома не было. Рита сказала, что она решила на денек съездить в Дублин.
— Что ей там понадобилось? — проворчала Кит.
— Все любят ездить в Дублин.
— Но… у нас там никого нет.
— В Дублине живут миллионы людей, — сказал Эммет.
— Тысячи, — рассеянно поправила его Кит.