Свитки Мертвого моря. Долгий путь к разгадке: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Предисловие к первому изданию

Один, намного более известный автор, чем я, некогда сказал: «Рассудилось и мне, по тщательном исследовании всего сначала, по порядку описать тебе, достопочтенный Феофил, чтобы ты узнал твердое основание того учения, в котором был наставлен» (Лука 1:3–4). В последнее время много писалось о свитках Мертвого моря и аспектах споров, которые велись вокруг них. Результатом стало превратное понимание того, что происходило в действительности. Средства массовой информации обычно предают гласности сенсационный материал и освещают эксцентричные теории подробнее, чем те, которые получают более широкую поддержку в научной среде. Если кто-то станет утверждать, что обнаружил во фрагменте свитка новую мессианскую аллюзию и будет доказывать, что она имеет исключительное значение для христианства, газеты моментально подхватят эту новость. Но когда даются более взвешенные оценки, им уделяется мало внимания. В подобной ситуации представляется разумным написать обстоятельный отчет о самих свитках и о том, что происходило с ними с середины 1980-х гг.

В январе 1990 г. Ю. Т. Милик, один из первых и лучших редакторов свитков, предоставил мне право опубликовать 12 манускриптов, которые были ему вверены. После получения его фотографий и примечаний я исследовал оригиналы в музее Рокфеллера в Иерусалиме, изучил материалы, переданные мне Миликом, и приступил с ним к публикации этих текстов. В марте 1990 г. я уже хорошо представлял себе, насколько полемичной стала ситуация со свитками. На вопрос газетного репортера, готов ли я показать фотографии другим людям, я ответил утвердительно. Вскоре после этого краткого ответа в телефонном разговоре я дал несколько разъяснений, и мой комментарий был опубликован и упомянут в нескольких изданиях. По-видимому, готовность показать другим людям фотографии была воспринята как отступление от официальной политики. Это было даже названо важной победой! Я по-прежнему не понимаю, почему кто-то может лишать других права изучать снимки фрагментов свитков. Во всяком случае, этот инцидент проиллюстрировал напряжение и бурные эмоции, с которыми был тогда сопряжен вопрос доступа к свиткам. Чем больше я узнавал о том, что произошло за почти 40 лет научной работы над манускриптами (рукописями) из 4-й пещеры, тем лучше понимал чувства людей, занимающих в споре противоположные позиции.

Нижеследующее введение и новые данные о свитках адресованы широкой аудитории. Я попытался осветить основные области исследования свитков и привести последнюю сопутствующую информацию. Полные перечни кумранских текстов стали доступны лишь недавно. Теперь впервые появилась возможность оценить всю ту удивительную библиотеку, которая была укрыта в одиннадцати пещерах.

Идея собрать все эти данные в одной книге принадлежит Джону Потту, представляющему издательскую компанию «Эрдмане». Я благодарен ему за этот совет, а также за ту быстроту, с которой книга была напечатана.

Работая над книгой, я получил возможность пересмотреть и дополнить несколько очерков, написанных мной ранее, и изучить несколько областей, которые я прежде не затрагивал. Единственный случай, когда я строго следую структуре и содержанию предшествующих публикаций, относится к главе 6 «Свитки и Новый Завет». Она представляет собой версию статьи, которая состояла из двух частей и появилась в журнале Bible Review под заглавиями The Dead Sea Scrolls and Early Christianity: How Are They Related? (Bible Review 7/6 [1991] 14–21,46-47) и The Dead Sea Scrolls and Early Christianity: What They Share (Bible Review 8/1 [1992] 16–23,40-41). Обе части были позже напечатаны под названием The Dead Sea Scrolls and Christianity в сборнике Understanding the Dead Sea Scrolls под редакцией Хершеля Шэнкса (New York: Random House, 1992: 181–202). В этом очерке я изменил целый ряд деталей и внес дополнения с учетом новой информации. Глава 7 — это не что иное как личный рассказ о том, что происходило после 1989 г.

Все цитаты из свитков Мертвого моря (если не указано иное) приводятся по книге Гезы Вермеша (Vermes) The Dead Sea Scrolls in English (3-е изд.; Sheffield: Sheffield Academic Press, 1987). К его переводам я добавил ссылку на местонахождение цитаты в свитке и номер(а) страниц(ы) в его книге. Мои дополнения к переводам Вермеша выделены двойными скобками.[2] Библейские цитаты взяты из Новой пересмотренной стандартной версии Библии (New Revised Standard Version). Чтобы не перегружать текст подстрочными сносками, ссылки на источники помещены в библиографических примечаниях в конце каждой главы.

Аббревиатуры библейских, апокрифических и псевдоэпиграфических книг соответствуют используемым Обществом библейской литературы и Католической библейской ассоциацией, хотя я не придерживаюсь принятого правила выделять курсивом названия псевдоэпиграфических и других внебиблейских текстов. Что касается свитков, то я обычно указываю порядковые номера столбцов (колонок) и строк арабскими цифрами, разделенными точкой. Сам текст иногда может быть обозначен, к примеру, так: 4Q175. Это означает, что он относится к свиткам из 4-й пещеры, среди которых ему присвоен номер 175. Время от времени будет использоваться более сложная индексация, например 4Q 12–13 i 8. Номера 12–13 относятся к фрагментам, которые составляют единое целое, i означает столбец 1, а 8 — номер строки. Я старался избегать подобных обозначений, используя устоявшиеся английские названия текстов.

В заключение — еще несколько благодарностей. Я признателен моему коллеге Юджину Ульриху, который с 1980 г. принимает участие в издании свитков и в настоящее время является одним из трех ведущих редакторов этого проекта, за возможность пользоваться его материалами и наблюдениями. Я также благодарен Эмануэлу Тову за его коррективы и предложения. Особую благодарность хочется выразить Айне Вондизиано за ту огромную работу, которую она проделала, подбирая к книге фотографии, сделавшие ее более привлекательной. Благодарю также Брюса и Кеннета Цукерманов, которые весьма любезно предоставили несколько снимков. Моя жена Мэри Вандеркам и ее родители Агнес и Херман Вандермолен взяли на себя труд прочитать рукопись и предложили ряд поправок и улучшений. Всем этим лицам я выражаю сердечную благодарность за то, что они помогли мне сделать эту книгу более совершенной.

Глава 1

ОТКРЫТИЯ

А. ВВЕДЕНИЕ

История современного государства Израиль оказалась небогатой на находки письменных памятников древности. В отличие от Египта и Ирака, где во время раскопок было извлечено на свет несметное количество текстов, в Палестине до 1947 г. не удавалось обнаружить почти ничего из подобных артефактов. Сообщалось о находках рукописей, которые были сделаны столетия назад в районе Иерихона, вблизи Мертвого моря. Христианский теолог и ученый Ориген (185–245 гг.), старавшийся установить точный текст библейских книг, в качестве подспорья в работе по критике текста создал гигантский труд, который включал шесть версий всего Ветхого Завета (на еврейском и греческом языках), расположенных в параллельных столбцах. Он называется Гекзаплой, или шестеричной книгой. Ориген указал, что шестая греческая версия Псалмов, которую он поместил в свою Гекзаплу, была найдена в глиняном сосуде около Иерихона. Говоря о том же тексте, христианский историк Евсевий (ок. 260–340) добавляет в своей «Церковной истории» (6.16.1), что в правление римского императора Каракаллы (Антонина; правил в 211–217 гг.) в кувшине возле Иерихона была найдена греческая версия Псалмов, а также другие греческие и еврейские манускрипты. Много позже, примерно в 800 г., несторианский патриарх Селевкии Тимофей I (727–819) направил письмо Сергию (умер ок. 805), митрополиту (сан, аналогичный архиепископскому) Элама. В нем он извещает:

Далее патриарх сообщает, что он спросил сведущего человека, имеются ли в этих рукописях выдержки, которые в Новом Завете считаются цитатами из Ветхого, но отсутствуют в существующих копиях (списках) иудейского писания. Его заверили, что они там присутствуют, но его попытка получить более подробную информацию по этому вопросу оказалась безрезультатной. Этот сведущий иудей также сказал ему: «Среди наших книг мы нашли более 200 псалмов Давида». У нас нет возможности проверить, является ли пещера с рукописями, открытая незадолго до 800 г., одной из тех, в которых спустя почти 1150 лет были найдены свитки Мертвого моря, но эта параллель по меньшей мере интригует, а описание рукописей некоторым образом напоминает находки, сделанные в Кумране, где были обнаружены свитки Мертвого моря. Ряд еврейских и арабских источников также сообщает о средневековой иудейской секте, которая получила наименование «пещерные люди» (магарийа по-арабски), поскольку их учение происходило из книг, найденных в пещере.

В. КУМРАНСКИЕ НАХОДКИ

Других находок подобного рода не было засвидетельствовано до 1947 г. В тот год несколько арабских пастухов набрели на пещеру, и их находка привела к тому, что вскоре было провозглашено величайшим археологическим открытием XX в. Особого рассказа заслуживают удивительные обстоятельства, при которых были обнаружены пещеры и тексты попали в поле зрения ученых.

а. Семь исходных свитков

Джон Тревер (1915–2006) одним из первых среди ученых увидел свитки и первым сфотографировал те из них, которые попали к нему в 1948 г. Он же составил тщательно проверенный и задокументированный отчет о начальных кумранских находках. Основу этого сообщения составляют его собственные наблюдения и записи. Согласно отчету Тревера, три пастуха-бедуина зимой или весной 1947 г. (возможно, в конце 1946 г., как утверждают бедуины) находились на северо-западной стороне Мертвого моря в районе, называемом Кумраном. В то время эта территория была под контролем Британского мандата в Палестине. Пастухи приходились друг другу двоюродными братьями (и принадлежали к племени таамире, по всей видимости). Они пасли свое стадо, когда один из них, по имени Джума Мухаммад Халил, любивший разыскивать пещеры, забавлялся, бросая камни в отверстие одной пещеры в скалах к западу от кумранского плато. Один из камней попал в пролом пещеры и разбил что-то внутри. В тот раз троица пастухов не стала проникать в пещеру, чтобы выяснить, что именно разбилось, но два дня спустя один из них, Мухаммад эд-Диб (его подлинное имя — Мухаммад Ахмед эль-Хамед) встал утром раньше своих спутников, нашел пещеру и пролез в нее. В ней он обнаружил десять глиняных сосудов, высотой около двух футов (60 см) каждый. К его досаде, все сосуды, кроме двух, оказались пустыми. Один из двух сосудов был наполнен грязью, а в другом находились три свитка, причем два из них были обернуты льняной тканью. Позже эти свитки были идентифицированы как список библейской книги Исайи, Руководство по дисциплине (определяющее правила жизни общины и впоследствии названное Уставом общины) и комментарий на пророчество Аввакума (Хаваккука). Позже бедуины нашли еще четыре свитка: собрание псалмов или гимнов (известное как Благодарственные гимны или свиток Гимнов, по-еврейски ходайот), еще один неполный список Исайи, свиток или Устав войны (эсхатологический текст, описывающий финальную войну между «сынами света» и «сынами тьмы») и Апокриф Бытия (повествование, в основе которого лежат некоторые рассказы из книги Бытия).

Кумран и Мертвое море

Мухаммад эд-Диб, бедуин из племени таамире, нашедший в 1947 г. пещеру 1 и первые из свитков Мертвого моря (John С. Trever)

В марте 1947 г. свитки были принесены торговцу древностями по имени Кандо (Халил Искандер Шахин; ок. 1910–1993). Кандо, принадлежавший к сирийской православной церкви, обратился к другому члену церкви Жоржу Исайе, который переговорил с митрополитом Афанасием Иешуей Самуилом (1907–1995) из монастыря св. Марка в Иерусалиме. Следует помнить: тогда еще никто не знал, что именно содержалось в только что обнаруженных свитках, на каком языке они написаны и какова их реальная стоимость. К членам сирийской церкви обратились, поскольку было предположено, что свитки написаны на сирийском языке. По всей видимости, было заключено соглашение, что бедуины получат две трети той суммы денег, которую Кандо и Жорж Исайя сумеют выручить за свитки. Летом 1947 г. состоялась встреча между митрополитом Самуилом и бедуинами. Согласно часто повторяемому рассказу, один из монахов, который ничего не знал о назначенной встрече и случайно отозвался на стук бедуинов, когда те прибыли в монастырь, не хотел впускать бедно одетых людей и тем самым едва не помешал возможности обрести настоящее сокровище. Недоразумение было в конце концов устранено, и митрополит приобрел у Кандо четыре свитка за 24 фунта (в то время около 100 долларов). Митрополит купил следующие рукописи: большой свиток Исайи, Руководство по дисциплине (Устав общины), комментарий на Аввакума и Апокриф Бытия.

Общий вид входных отверстий в пещеру 1, обнаруженную в обрывистых известковых скалах, тянущихся вдоль побережья Мертвого моря (Catherine М. Murphy)

Митрополит попытался получить информацию о только что приобретенных им свитках у целого ряда экспертов. Одним из тех, с кем проконсультировались от его лица, был профессор Элеазар Сукеник (1889–1953), археолог из Еврейского университета в Иерусалиме. В то время в Палестине было по-настоящему опасно: Британский мандат доживал свои последние дни среди вспышек насилия, и Организация Объединенных Наций обсуждала план раздела Палестины. Само собой, в подобных условиях поездки по стране были крайне трудными и рискованными. Тем не менее, когда Сукеник узнал, что один антиквар в Вифлееме хочет продать то, что походило на древние свитки, он тайно отправился туда.

Цилиндрический сосуд (склеен) с чашевидной крышкой из Кумрана. В правом нижнем углу — масляная лампа эллинистического типа, характерная для кумранской фазы I (Israel Antiquities Authority)

Он встретился с антикваром 29 ноября 1947 г. — в тот самый день, когда ООН приняла решение разделить Палестину и создать государство Израиль. Сукеник, между прочим, не упустил из виду это обстоятельство. Он увидел три свитка, которые не были приобретены митрополитом, и купил их, убедившись в их древности: два (свиток Гимнов и свиток Войны) — 29 ноября, а третий (малый свиток Исайи) — в декабре. В январе Антон Кираз, знакомый Сукеника, показал ему четыре свитка, которые попали к митрополиту, причем ему даже разрешили подержать их у себя некоторое время. Сукеник не знал, что они происходят из того же источника, что и те три, которые ему недавно достались. Разумеется, он захотел купить и их. Однако митрополит Самуил решил подождать с их продажей. В результате, семь свитков из первой пещеры оказались разделенными на две части и были опубликованы разными людьми.

К тому времени большой свиток Исайи, находившийся в распоряжении митрополита Самуила, был идентифицирован несколькими лицами. Но, по-видимому, именно Сукеник первым установил древность пергаментов. Более того, он полагал, что они могут быть связаны с ессеями, иудейской сектой, упоминаемой в древних источниках. Его доводы основывались на том, что римский географ Плиний (29–79 гг. н. э.) описал общину ессеев, живших на побережье Мертвого моря, неподалеку от Эйн-Геди, то есть там, где предположительно была обнаружена пещера со свитками (отрывок из Плиния я рассматриваю в гл. 3).

Когда истекла первая годовщина находки Мухаммада эд-Диба, о свитках знали немногие, а те, кто знал, мало что в них понимали. Местонахождение пещеры, в которой были обнаружены рукописи, также было известно только бедуинам и их непосредственным деловым партнерам. В феврале 1948 г. (то есть после контактов с Сукеником) митрополит связался с Американской школой в Иерусалиме. Там исполняли свои обязанности двое сотрудников, которым недавно была присвоена докторская степень по философии — Уильям Браунли (1917–1983) и Джон Тревер. Обоим была назначена ежегодная стипендия от Американской школы восточных исследований. Тревер, который был не только ученым, но и фотографом, сумел добиться, чтобы свитки были доставлены в Американскую школу. Там с огромными трудностями (из-за некачественной пленки и крайне неустойчивой подачи электричества) он сделал первые снимки документов, находившихся у митрополита (большого свитка Исайи, Руководства по дисциплине и комментария на Аввакума). Фотографии получились на удивление хорошими и сегодня представляют собой бесценное свидетельство того, что в феврале 1948 г. можно было увидеть на ныне ветшающих пергаментах. Ученые из Американской школы, с ее директором профессором Милларом Барроузом (1889–1980) из Йельского университета (профессор как раз находился в Багдаде, когда свитки были в их распоряжении) потратили многие часы на изучение текстов, сфотографированных Тревером. Один из них показался Барроузу похожим на «книгу дисциплины» методистской церкви, ввиду чего он и получил свое первое современное наименование — «Руководство по дисциплине». В феврале Тревер отправил письмо профессору Уильяму Фоксвеллу Олбрайту (1891–1971) из университета Джонса Хопкинса в Балтиморе, ведущему специалисту по древнееврейским письменам. Олбрайт сразу же определил древность письма в посланном ему образце и ответил: «Мои сердечные поздравления в связи с величайшим открытием рукописей, сделанным в новое время!»

[2] В настоящем издании опущены.