- Гляжу, ты не из его поклонников? Признаюсь, его трудно понять, но он всегда старается помочь. – Волка это явно не убедило, и Этан в который раз пожалел, что Брэм не может рассказать ему о своих тревогах.
- Клянусь – и придется тебе поверить мне на слово, – я понимаю, кто мне враг, а кто нет. Ты не враг. И они тоже. – Пожалуй, сейчас не время объяснять Брэму, что волки могут быть у него дома. Нужно убедить его забраться в машину. – Поедешь со мной? Я снимаю дом. – Говорить, что дом принадлежит Трэю, наверное, тоже не стоит.
Он подошел к машине, отпер ее, открыл пассажирскую дверцу и жестом пригласил Брэма внутрь.
- Пожалуйста.
Тот дважды обошел машину по кругу, прежде чем соизволил забраться в нее. Этан захлопнул за ним дверцу, обежал вокруг и сел на водительское сидение. Он завел мотор и спешно выехал со стоянки, потому что не хотел, чтобы Брэм передумал и выпрыгнул из машины.
Трэй предупреждал Этана, что дикие волки очень быстро деградируют. Хотя Вероника и Лиам возражали, заявляя, что были дикими по несколько лет, Трэй оборвал обоих.
- Брэм, - начал он, - оказался в очень непростой ситуации.
Вероника фыркнула:
- Ну да, а у нас с Лиамом ситуация была просто замечательная.
Не обратив на нее внимания, Трэй продолжил:
- Обстановка в стае была ужасной и все еще такой остается. Но дело не только в этом, по его мнению, он их предал. Прошло три месяца, так что думаю, надежда есть, но нам лучше быть начеку. Я не хочу по глупости совершить ошибку, решив, что он неопасен. – Его лицо помрачнело. – Я встречал раньше одичавших волков, и это не самое приятное зрелище.
На Веронику его слова впечатления не произвели.
- У этого парня имеются моральные принципы, раз уж он освободил тебя, - кивнула она на Этана. – С ним все будет в порядке.
Трэй лишь вскинул брови, а Вероника пояснила:
- Сильная воля означает сильный разум.
- Или он просто нашел в коте свою пару, - бросил Трэй, снова повернувшись к Этану.
Глава тринадцать
По правде говоря, Брэм понятия не имел, можно ли доверять мнению Этана. Учитывая его прошлое, тот должен считать волков врагами, а не друзьями. Но может, он просто не понимал, какими хитрыми могут быть волки. Или ему не оставили выбора.
Однако дураком Этан не был, и судя по всему, его ни к чему не принуждали. Брэм чуял его запах – и пахло от него не напряжением, а счастьем. И хотя, возможно, Этан радовался встрече с ним, Брэм пока не мог позволить себе перекинуться. Нужно было разобраться, что происходит.
Сидеть в машине в волчьем облике было странно. Небо начинало светлеть, за окном проносился лес, сбивая с толку зверя внутри Брэма, который еще никогда так не путешествовал. Хотелось заскулить, но, слава богу, он пока сдерживался.
Словно почувствовав его напряжение, Этан обернулся к нему:
- Осталось всего минут двадцать.
Одному богу известно, как это много. Чертовски трудно считать часы или минуты, когда ты волк. Он не мыслил такими категориями, для него время измерялось рассветами и закатами.
- Если устал, можешь лечь на заднее сидение.
Брэм отвернулся и посмотрел в окно. Нет уж, спать он точно не собирается. Волки могут устроить засаду. Такое уже случалось.
- А можешь не ложиться. – После долгой паузы Этан заметил: - Ты плохо ешь.
Брэм повернул голову к Этану и внимательно посмотрел на него. С их последней встречи кот явно набрал вес. Острые черты лица смягчились, впалые щеки слегка округлились. Хороший знак. Значит, он смог о себе позаботиться, возможно, даже с помощью этих новых волков.
«Осторожно, - сказал он себе. – Не стоит возлагать на них большие надежды».Потому что ему очень нужна была надежда, он никогда не мог устоять перед желанием надеяться.
К тому времени когда из-за горизонта показалось солнце, Этан свернул на длинную подъездную дорогу. Видимо, здесь он и жил. «Небольшой коттедж, - пояснил Этан, - не слишком ухоженный, но зато неприметный и на окраине». То, что нужно. Людей поблизости не наблюдалось – Брэм вздохнул с облегчением, потому что люди его пугали. Он не сумел бы с ними ужиться. Никогда не умел. Если придется здесь остаться, то лучше будет рассказать Этану о проблемах с самоконтролем.
Из вентиляции донесся волчий запах, заставив Брэма насторожиться. Сильнее всего пахло волчицей, но остальных он тоже различал.