Если бы не гнусная пантера, которая вытянула из него слишком много сил.
Эффрон вступил в тени, обратно в Царство Теней.
Волшебник Глорфатель смотрел в сторону дварфа.
— Это не стоило таких потерь, — сказала Амбра. — Дрейго ждёт твоих объяснений.
Глорфатель кивнул в знак согласия, затем он сделал жест другим знатным шадоварам, командующим его воинами, давая им разрешение.
Только нетерезские аристократы и прославленные воины практиковали теневой шаг, но всякий использующий эту способность возглавлял, по сути, тот или иной отряд, был в числе командиров и передовых бойцов.
Шейды незнатного происхождения оставались позади в катастрофическом меньшинстве и неорганизованности — и сражались с группами закаленных людей, которые боролись за свои семьи.
При этом появился человек, которого многие знали как Баррабуса, некогда их выдающийся воин, а теперь самозабвенно разрубающий их ряды.
И появилась Далия, некогда противостоящий им воин, иногда свирепая гигантская ворона, в остальное время эльфийская воительница, которую они раньше и сейчас сильно боялись.
Если бы Алегни одержал победу на мосту, город принадлежал бы им. Если бы Эффрон и остальные не сбежали, у них мог бы быть шанс.
Глорфатель вспомнил инструкции Дрейго Проворного, и решение было не из трудных. Он не шагнул в тень, как Эффрон, но вместо этого создал врата посреди площади, фиолетово-чёрную светящуюся дверь, приглашающую его подопечных сбежать с поля боя.
— Я б сама призвала их, — заверила его Амбра.
В тот момент Глорфателю было наплевать. Он был первым, кто вошел в собственные пространственные врата.
Но определенно, не последним.
Многие шейды умерли, многие сбежали через врата или даже за пределы городских стен, а многие другие, особенно из числа сражавшихся на дальней стороне моста, сдались, когда битва за Невервинтер быстро обернулась разгромом.
На стороне гарнизона была и Амбер Гристл О'Мол из клана О'Мол цитадели Адбар, легким движением провернув одну из черных жемчужин на ее зачарованном ожерелье, дварфа превратила признаки принадлежности к тени в грязь дорог. Она знала, кто победит, а Амбра всегда предпочитала быть на стороне победителей.
Посреди сражения, держа меч в руке, стояла Аруника. Не один шадовар бросался на эту, с виду обыкновенную, женщину, считая её лёгкой добычей, но в итоге сваливался замертво.
Наблюдая, как редеют ряды шейдов, суккуб знала, что сыграла роль превосходно.
Угроза со стороны Тэя была устранена, а теперь отступили и шадовары.
Это произошло незадолго до того, как Владычество возвратилось, и даже если бы этого не произошло, Аруника знала, что сможет найти место для господства. Возвращение Владычества не за горами. А если это и не так, Аруника всё равно была уверена в том, что найдёт себе подходящее место.
Дрожащий и на удивление не запачканный пятнами крови, Брат Антус наткнулся на нее, слезы исполосовали его щеки. Мгновение Аруника смотрела на него, задаваясь вопросом, не огорчился ли он так из-за какой-то раны.
Но нет, это были слезы радости, поняла она.
— Я был дураком, когда сомневался в тебе, — бормотал монах.
Аруника одарила его сияющей улыбкой, затем сбила с ног тяжелым ударом.
— Никогда больше не повторяй эту ошибку, — предупредила она.
— Слушай, женщина, разве у нас мало врагов на поле боя? — раздался голос из-за её спины, и Аруника обернулась, чтобы увидеть приближающегося Джелвуса Гринча. В отличие от Антуса, этот действительно видел сегодняшнее сражение — самую малую его часть, судя по одежде, сплошь испачканной в крови.
— Невервинтер свободен, — сказал он. — Благодаря тебе.
— Едва ли, — ответила Аруника, и она действительно не хотела, чтобы её рассматривали как подстрекателя этого бунта, или как главную фигуру в поражении Алегни.
В конце концов, нетерезы могли вернуться с новыми силами!
Она посмотрела на мост, направляя взгляд Джелвуса Гринча, чтобы показать бывшего чемпиона, стоявшего на краю, и дроу-следопыта, который шёл к нему, неся в руках могущественный меч Алегни. Пока они наблюдали за ними, гигантская ворона приземлилась, вернув себе облик Далии.