Дроу стрелял непрерывно, направляя лук во все стороны, слева направо и назад, вверх и вниз.
Он лишь раз взглянул на Далию, которая присела поверх поваленной ею воительницы.
В голове Дриззта промелькнул образ Далии, лежащей с Артемисом Энтрери, Далии, сплетающейся с Артемисом Энтрери, сплетающейся в страстной игре.
Лицо Дриззта, до этого момента спокойное и решительное, сейчас исказила зловещая гримаса, и он шагнул вперед.
— Он мертв, — услышал он голос Далии, но продолжил стрелять.
Эльфийка потянулась, чтобы схватить его за руку, но Дриззт прошел мимо, увеличивая скорость стрельбы, стрелы отскакивали от стен слева и справа, а также от потолка.
— Он мертв! — настаивала Далия, но она говорила о чародее, а Дриззт целился мимо него, в других шадовар за его шаром тьмы, а также в напарника, который, он знал, тоже был там.
Коридор сверкал как при бушующей грозе, дымились камни и трещины, воздух шипел от энергии молний.
Дородный тифлинг-воин каким-то образом продолжал стоять, по всей видимости многочисленные удары удерживали его в воздухе, а не чувство равновесия или сознание.
Стоявший у стены Энтрери призывал Дриззта остановиться, но его слова тонули в оглушающей какофонии потока стрел.
Пролетевшая стрела раздробила камень прямо перед его лицом, осколки брызнули в глаза. Он откатился от стены прямо под ноги тифлинга, затем выпрямился, принимая немалую тяжесть, поскольку зверь повалился прямо на него.
Но мог ли этот крепкий заслон защитить от выстрелов смертоносного лука?
— Сильные чары, — Глорфатель предупредил Амбру, стоявшую возле великолепного, украшенного самоцветами трона на выложенном плиткой каменном возвышении.
— К тому же защитные, — сказал Афафренфер, с жадностью разглядывая эти чудесные безделушки.
Глорфатель посмеялся над монахом.
— Ни один маг Царства Теней или Торила не будет настолько глуп, чтобы коснуться этого трона. Он наполнен силой…
— Дварфских богов, — закончила за него Амбра, и она встала очень близко к трону.
Дварфа посмотрела мимо него, на небольшое кладбище в виде пирамид каменей. Любопытное зрелище, ибо кто поставил бы такие памятники так близко от этого трона посреди приемного зала? Две пирамиды были крупнее других и, посмотрев на большую из них, Амбра заметила еще одну загадку: они были новыми. Возможно, их насыпали и не в последние десять дней, но могилы, безусловно, были не столь древними, как все остальное в этом комплексе.
— Какие тайны ты хранишь здесь, Клангеддин? — мягко спросила она. — И какие силы, могучий Морадин? — она осторожно протянула руку.
— Не смей, — предупредил эльф, и Афафренфер сглотнул.
Ее толстые пальцы коснулись полированного подлокотника великолепного трона и Амбра напряглась, будто какой-то шар энергии ударил ее в позвоночник. Она затаила дыхание и провела в этой позе долгое время, а двое других смотрели с недоверием.
Они не понимали, что сквозь дварфа проходит сейчас поток силы. Она видела вспышки ведений последнего последователя дварфских богов, что прикоснулся к этому трону, а затем ясный образ того, что он там сидит. Она заметила его рыжую бороду и однорогий шлем, и ее губы зашевелились, произнося: — Король Бруэнор?
Она продержалась еще немного, но энергия была слишком сильной. Она сосредоточилась на видении, словно отчаянно пыталась убедить этого знаменитого короля дварфов в том, что она тоже наследница Делзуна, что она действительно из клана О'Мол Цитадели Адбар! Но Амбра была не королевских кровей, и поэтому трон мягко ее отверг, а энергия сооружения не позволила ей больше держаться.
Амбра отшатнулась.
— Быть не может, — пробормотала дварф, но она знала, что все было на самом деле. Что это не обман.
— Что? — спросил Афафренфер, шагая к ней. Его рука скользнула к трону.
— Он тебя поглотит, — предупредила Амбра.
Афафренфер к ней повернулся.
— Тогда сделай это сама, — сказал он. — Выдерни пару самоцветов!
Амбра недоверчиво посмотрела, а затем посмеялась над ним.