— Такая слабость, — прошептала она в ответ, не веря своим ушам. — Ты бы проявил милосердие?
— Только если Брак'тэл публично объявит, что предан мне, — заявил Равель, и встал в высокомерную позу, возвышаясь над коленопреклоненным братом. — Только если я здесь и сейчас буду назван старшим сыном Дома Ксорларрин, а Брак'тэл получит все права второго сына.
— Я предпочел бы умереть, — ответил Брак'тэл.
— Ты бы предпочел отрастить шесть дополнительных ног? — поправил Тиаго.
— Ты так хочешь? — спросил Равель, имея в виду слова Брак'тэла, а не угрозу Тиаго. — Тогда твои заявления о собственной мощи обернутся пустым звуком в твоих же ушах.
Он сказал это громко, чтобы все могли услышать, чтобы те ткачи, которые недавно перешли на сторону Брак'тэла, могли это услышать.
Береллип молча поздравила Равеля. Он сыграл отлично, ибо Брак'тэл в любом случае пойман. Если он не согласится и будет убит, он таким образом признает, что был не прав, а Равель получит контроль над ткачами. А если он согласится, то будет связан своими словами. Не часто случалось, что мужчины дроу обменивались своими титулами, как требовал Равель, но это не было беспрецедентным, и такое соглашение, безусловно, было обязательным. Если Брак'тэл согласится, то любые действия, которые он предпримет против Равеля, будут истолкованы как оскорбление Дома Ксорларрин и вызовут гнев Матери Зиирит.
— Ну? — напомнила Береллип.
— Пусть будет так, — ответил побежденный маг, опустив глаза.
Равель, стоящий напротив, подмигнул ему, подхватил под плечи и поставил на ноги.
— Ты аристократ Дома Ксорларрин, — тихо сказал молодой ткач.
Брак'тэл с ненавистью воззрился на него.
— Возвращайся со своим питомцем в туннели, — приказал Равель. — Продолжай свою важную работу.
Маг был рад подчиниться и поспешил прочь, а Береллип с Равелем обвели глазами комнату, и дроу, гоблины и багбиры устроили толкучку, возвращаясь к своим делам.
— За мной, — приказала Береллип двум мужчинам.
Она привела их в комнаты, которые забрала себе и закрыла дверь, когда они вошли. Жрица схватила Равеля за руку и развернула к себе.
— С меня довольно твоих уловок, — сказала она.
— Я — дроу, — с улыбкой ответил он.
Береллип и глазом не моргнула.
— Они закончились, — сказал ей Равель. — И я знаю, что устал оглядываться через плечо на тебя, как и ты — на меня.
Он повернулся, намереваясь уйти, но Береллип преградила ему путь.
На сей раз Равель и глазом не моргнул, и спустя несколько секунд Береллип позволила ему пройти.
— Он всегда полон сюрпризов, вроде этого, — заметил Тиаго.
— А ты его поддерживаешь.
— Его поддерживает Мать Зиирит, — поправил Тиаго. — И Мать Квентл, из уважения к твоей матери, — поскольку Береллип сразу не ответила, Тиаго добавил: — Уловки закончились, и знай, что меня это всё утомило.
Он прошел к двери мимо Береллип.
— Милосердие, — сказала, Береллип, противно хихикая. — Он проявил к Брак'тэлу милосердие, незаслуженное милосердие.
— Не считай его слабым, — единственное, что удосужился сказать Тиаго, покидая комнату. Выйдя за дверь, он оглянулся. — Все эти интриги меня возбудили, — сообщил он. — Я вернусь к тебе, в ближайшее время.
— А если я откажусь?
— Ты жрица Ллос, — с поклоном сказал Тиаго. — Если ты откажешься, я уйду.