Кречинский. Вот, Иван Антоныч его знал по соседству. (Подмаргивает Расплюеву и выходит с дамами в боковую дверь.)
Явление 4
Расплюев. А… да, да, как же, еще мальчиком… как теперь вижу: добрейший был старик, почтенный, — этакой, знаете, был тучный, и вот как две капли воды он. (Со вздохом.) Ах, ах, ах…
Муромский. Он уж умер?
Расплюев. Где ж, помилуйте! он… (показывая на портрет) да он давно умер.
Муромский (помолчав). Ну нет, милостивый государь, попробовали бы вы похозяйничать у нас в Ярославской губернии, так другое бы заговорили: у нас агрономия нужна; без агрономии ничего не сделаешь.
Расплюев. Неужели без агрономии ничего не сделаешь?
Муромский. Посудите сами: у нас, сударь, земля белая, холодная, без удобрения хлеба не дает.
Расплюев (с удовольствием). Неужели так-таки и не дает? Что ж это она?
Муромский. Да, не дает. Так тут уж поневоле примешься за всякие улучшения, да и в журналы-то заглянешь… Вот, пишут, какие урожаи у англичан, так — что ваши степные.
Расплюев (горячо). Англичане! хе, хе, хе! Помилуйте! да от кого вы это слышали? Какая там агрономия? все с голоду мрут — вот вам и агрономия. Ненавижу я, сударь, эту нацию…
Муромский. Неужели?
Расплюев. При одной мысли прихожу в содрогание! Судите: у них всякий человек приучен боксу. А вы знаете, милостивый государь, что такое бокс?
Муромский. Нет, не знаю.
Расплюев. А вот я так знаю… Да! у них нет никакой нравственности! любовь к ближнему… гм, гм, нет, уж как с малолетства вот этому научат (делает жест рукой), так тут этакого ближнего любить не будешь. (Поправляет на себе фрак.) Нет, уж тут любви нет. Впрочем, и извинить их надо; ведь они потому такими и стали, что у них теснота, духота, земли нет, по аршину на брата не приходится: так поневоле стали друг друга в зубы поталкивать.
Муромский. Однако все изобретения; теперь фабрики, машины, пароходы…
Расплюев. Да помилуйте! это голод, это, батюшка, голод: голодом все сделаешь. Не угодно ли вам какого ни есть дурня запереть в пустой чулан, да и пробрать добре голодом, — посмотрите, какие будет штуки строить! Петр Константиныч! посмотрите вы сами, да беспристрастно, батюшка, беспристрастно. Что у нас коровы едят, а они в суп… ей-ей! Теперь это…
Явление 5
Муромский. А, Владимир Дмитрич, друг милый, насилу-то! (Расплюеву.) Честь имею представить: Владимир Дмитрич Нелькин, наш добрый сосед и друг нашего дома. (Оборачиваясь к Нелькину.) Иван Антоныч Расплюев.
Расплюев. Я уже имел честь…
Нелькин. Имел эту честь и я…
Муромский. Что ж вы, Владимир Дмитрич, так поздно?
Нелькин. Задержало одно дело.
Муромский. Полно, батюшка, в восемь часов вечера какие дела!..
Нелькин. Петр Константиныч, такое дело, просто горит (осматривается), жжет — вот какое дело!
Расплюев. Да я вижу, Владимир Дмитрич деловой человек-с; а деловой человек — все равно что ртуть.
Муромский. Послушайте-ка, Владимир Дмитрич, как Иван-то Антоныч англичан режет.
Расплюев. Язвительная, язвительная-с нация, никакого благородства, никакого…
Нелькин. Вы? Вы находите?
Расплюев (весело). Нахожу-с, нахожу-с.