А. Грибоедов: Горе от ума. А. Сухово-Кобылин: Пьесы. А. Островский: Пьесы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Смельская. Ах, какой он милый!

Бакин. Вы не обидчивы; а я думал, что вы меня на дуэль вызовете.

Мелузов. Дуэль? Зачем? У нас с вами и так дуэль, постоянный поединок, непрерывная борьба. Я просвещаю, а вы развращаете.

Трагик. Благородно! (Васе.) Спрашивай шампанского!

Мелузов. Вот и давайте бороться: вы свое дело делайте, а я буду свое. И посмотрим, кто скорее устанет. Вы скорее бросите свое занятие; в легкомыслии немного привлекательного; придете в солидный возраст, совесть зазрит. Бывают, конечно, и такие счастливые натуры, что до глубокой старости сохраняют способность с удивительною легкостью перелетать с цветка на цветок; но это исключения. Я же свое дело буду делать до конца. А если я перестану учить, перестану верить в возможность улучшать людей или малодушно погружусь в бездействие и махну рукой на все, тогда покупайте мне пистолет, спасибо скажу. (Надвигает шляпу и закутывается, пледом.)

Вася. Шампанского!

Трагик. Полдюжины!

1881

1

А. ГРИБОЕДОВ

ГОРЕ ОТ УМА

В первой редакции — «Горе — уму».

Дата «1822–1824 гг.» относится лишь к периоду самого написания комедии, между тем как время, затраченное Грибоедовым на создание «Горя от ума», было более длительным. Замысел комедии, по-видимому, возник в канун Отечественной войны, и в 1812 году, по мемуарному свидетельству, уже читались какие-то стихи, являющиеся «начатками» «Горя от ума». В 1816 году уже существовал план комедии и отдельные сцены, впоследствии переделанные.

При жизни автора (1795–1829) комедия не печаталась (не считая отрывков, опубликованных в альманахе «Русская Талия на 1825 год») и к постановке на сцене разрешена не была.

Творческий процесс создания комедии «Горе от ума» был сложным. Судя по наброску предисловия к неосущеотвившемуся изданию, комедия в первом ее начертании имела характер «сценической поэмы», то есть произведения в духе романтических трагедий Байрона. Затем замысел был преобразован в четырехактную комедию типа «высоких комедий» классического репертуара.

Как свидетельствуют мемуаристы, к 1819 году, то есть к тому времени, когда Грибоедов отправился на Восток по своей дипломатической службе, комедия «Горе от ума» уже частично была написана. Отдельные ее сцены и монологи читались друзьям. Служебные занятия помешали Грибоедову приступить вплотную к свершению своего замысла до конца 1821 года.

Весной 1823 года Грибоедов привез в Москву два первых акта «Горя от ума» и во время отпуска, к концу года, написал остальные. Он продолжал работать над комедией вплоть до осени 1824 года, пока надеялся напечатать и поставить ее на сцене. Работа заключалась и в совершенствовании пьесы, и в автоцензурных исправлениях, согласно замечаниям цензоров. Грибоедов писал в июне 1824 года своему другу С. Н. Бегичеву: «…представь себе, что я с лишком восемьдесят стихов, или, лучше сказать, рифм, переменил, теперь гладко, как стекло. Кроме того, по дороге мне пришло в голову приделать новую развязку; я ее вставил между сценою Чацкого, когда он увидел свою негодяйку со свечою над лестницею, и перед тем, как ему обличить ее; живая, быстрая вещь, стихи искрами посыпались…» (Грибоедов. Сочинения. М.—Л., Гослитиздат, 1959, с. 544). Грибоедов здесь упоминает о сцене объяснения Молчалина с Лизанькой (д. IV, явл. 12), которой не было в первой редакции. Между тем не все поправки были на пользу комедии, и в том же письме Грибоедов жалуется Бегичеву: «Надеюсь, жду, урезываю, меняю дело на вздор, так что во многих местах моей драматической картины яркие краски совсем пополовели, сержусь и восстановляю стертое, так что, кажется, работе конца не будет… будет же, добьюсь до чего-нибудь…» (там же).

Уже осенью того же 1823 года Грибоедов, однако, убеждается в том, что все труды его были напрасными и пьеса цензурного разрешения не получит. Окончательный запрет высшей инстанции — начальника тайной полиции и цензуры М. Я. фон Фока — был объявлен Грибоедову в конце октября 1824 года. По этому поводу Грибоедов писал Н. И. Гречу: «Напрасно, брат, все напрасно. Я что приехал от Фока, то с помощию негодования своего и Одоевского изорвал в клочки не только эту статью…»[78] (письмо около 24 октября 1824 г. — Там ж е, с. 554). Но несмотря на запрет комедия, с 1824 г. распространявшаяся во множестве списков, имела огромное общественное влияние, и оценка ее сложилась раньше появления в печати и театре.

26 января 1831 года, то есть через три года после смерти Грибоедова, комедия была поставлена на петербургской сцене, однако не целиком, а с большими цензурными изъятиями и сокращениями. Этот же цензурованный, неполный текст напечатан в 1833 году. Полностью комедия опубликована за границей в 1858 году, в России — в 1862 году, через тридцать восемь лет после написания пьесы.

Цензурный запрет постановки комедии на сцене оказал влияние на исполнение ролей. В результате Грибоедов не имел возможности сделать актерам необходимые указания. Мемуары свидетельствуют о неудаче первых спектаклей в Петербурге и в Москве (27 ноября 1831 г. тот же цензурный текст комедии исполнялся на сцене Малого театра). Первыми исполнителями ролей Чацкого были В. А. Каратыгин (в Петербурге), П. С. Мочалов (в Москве); Молчалина — Н. О. Дюр (в Петербурге), Д. Т. Ленский (в Москве); Софьи — Е. С. Семенова (в Петербурге), Потанчикова (в Москве); Фамусова — В. И. Рязанцев (в Петербурге), М. С. Щепкин (в Москве). Судя по воспоминаниям современников, наиболее впечатляющим было исполнение ролей Репетилова — И. И. Сосницким и Загорецкого — П. А. Каратыгиным в петербургском спектакле, что объясняли беседами этих актеров с Грибоедовым в то время, когда он еще надеялся увидеть свою пьесу на сцене.

Комедия «Горе от ума» печатается по тексту издания: А. С. Грибоедов. Сочинения в стихах (Большая серия «Библиотеки поэта»). Л., «Советский писатель», 1967.

2

Стр. 38. Ох! зелье, баловница — резвая, шустрая. Зелье — порох (старин.).

3

Стр. 42. А все Кузнецкий мост и вечные французы, || Оттуда моды к нам, и авторы, и музы… — На Кузнецком мосту (одной из центральных улиц Москвы) были сосредоточены модные магазины дамских нарядов, книжные лавки и лучшие кондитерские. Торговля находилась преимущественно в руках французов.

4

Стр. 43. Берем же побродяг, и в дом и по билетам… — Для обучения языкам, музыке, танцам и рисованию в дворянские дома брали иностранцев, в основном — французов, часто безграмотных, искавших в России легких заработков (побродягами такого рода гувернеров называет и Фонвизин в своей комедии «Выбор гувернера», 1792). В городских условиях эти учителя иногда и не жили при своих воспитанниках, а являлись на уроки, причем им выдавались квитанции (билеты), по которым расплачивались. Таких преподавателей в богатые дома приглашали множество, в соответствии с преподаваемыми предметами.

5

Стр. 44. Дал чин асессора и взял в секретари… — Чин коллежского асессора соответствовал, по табелю о рангах, военному чину капитана. Исхлопотав Молчалину этот чин, Фамусов определил его на ту службу, где состоял и сам (в качестве управляющего в казенном месте, которое мог вовсе не посещать) — в Московский архив старых дел. По этому департаменту и шла служебная карьера Молчалина, при том, что фактически он состоял при своем начальнике в качестве личного секретаря.

6

[78] По-видимому, «статья», которую Грибоедов отдавал в цензуру и изорвал в «клочки», была предисловием к изданию «Горя от ума» (предположение современного исследователя В. Н. Орлова).