Зелимхан: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ложись! Винтовки бросай! Стрелять будем! Долидзе храбрый офицер был. Только думал мало.

— Не такие мы! — крикнул и на дорогу спрыгнул. И в Зелимхана выстрелил. В это время Джемалдин сзади к Зелимхану подошел. Джемалдин Зелимхана сзади схватил.

— Конец тебе, Зелимхан! Славный харачоевский Зелимхан!

Джемалдин думал, что глупый Зелимхан. Но сверху в Долидзе выстрелили, сверху в Джемалдина тоже выстрелили. Долидзе упал. Джемалдин упал. И Зелимхан к своим вскарабкался.

— Эх, вы, неба враги! Вы меня обманом поймать хотели?!

Другие ушли бы, офицера потеряв. Чеченцы тоже ушли бы, если бы Зелимхана убили. Но дагестанцы крепкий на войну народ; горский народ. Два часа они стреляли, два часа Зелимхан стрелял. Пока не полегли на дороге и в лощине, что около нее, все враги его. Один полковник Чикалин жив остался. В протоколе так написано:

«Полковник Чикалин был ранен и, теряя сознание, заявил, что он умирает».

К нему подошли абреки и на освободившегося джемалдивнкого коня посадили:

— С нами поедешь. Который из мертвых наместника зять?

— Наместника зять в Карадахе остался. Не поехал с нами дальше наместника зять. Заболел.

Потом бежал полковник, когда за Зелимханом дагестанцы гнались. Всех убитых в Ведено привезли и доктора тоже туда приехали. Убитых смотреть. Ротмистра Долидзе — умеренного телосложения и хорошего питания был. Статского советника Войтченко — умеренного телосложения и довольно хорошего питания был. Инженера Орловского — крепкого телосложения и довольно хорошего питания был.

Трупы всадников дагестанского полка — телосложения крепкого и питания довольно плохого были. Труп неизвестного абрека, прозванного Пшемахо Ир-бахиевым, имел 28 огнестрельных ран, из которых только 11 на задней стороне тела. И спереди стреляли в Джемалдина… Сзади стреляли в Джемалдина. Для всех чужой Джемалдин был.

Когда Зелимхан в Мохки на разъезд наткнулся и когда убит был Бийсултан, для которого Зелимхан единственным братом был, Зелимхан с коня спрыгнул и в пропасть бросился. Скользнул по склону на травянистое дно ее. Засада вперед стреляла. Вдоль дороги. А Зелимхан низом уходил от нее.

Коня своего оставил, винтовку, сумку. В сумке нашли: смену белья, бинокль, электрический фонарик, печати и лом. Удобства абреческого житья.

Керкетские дни обозначались поворотом на пути борьбы с национально-освободительным движением. С абречеством. В ореоле керкетских дней приехал в Грозный Шатилов. Помощник наместника по военной части. Которая управляла горскими народами. Начальник Дагестанской области в Грозный приехал. Начальник Терской области тоже приехал.

В Шатиловском вагоне устроили военный совет. На котором Данагуев был. Другой Данагуев. Второй. Который за брата мстить приехал. Моргания был. Все офицеры были. И начальники округа, отделов, участков. Совещались. Долго совещались. Было о чем подумать.

До сих пор в борьбе с Зелимханом использовались казаки, охотники, регулярные войска, кровники, туземные части. Кавалерия, артиллерия, пехота. И Зелимхан оставался неуловимым. Молчаливые силы оказывались могущественнее всех мер государственного воздействия, из которых самоновейшая, изобретенная в Грозном, была высылка семи «наиболее вредных шейхов».

Мера эта, кстати сказать, своим острием обратилась на придумавших. Год 1912 был — восстания фидаев в Персии; напряжения политической обстановки на Балканах. Обострявшейся на результатах триполи-танской войны. Чеченская потенция устремлялась в Персию. Чтобы там сражаться с отрядами царя, верноподданными которого чеченцы по формальной профессорской логике должны были, бы являться. В керкетские дни была Персия, терзаемая царским орлом и королевским львом, и вагонный военный совет постановил выслать в Сибирь не причины, но следствия. Семь шейхов. Следствия оказались не твердокаменными. Уже очень скоро Сугаипп-мулла и Аббас Аут воззвали к Чечне.

«Мы, нижеподписавшиеся, извещаем вас, что разбойник Зелимхан Гушмазукаев, происходящий из селения Харачой, очень вредный для всего населения и действия его совершенно противны шариату и недопустимы. Деяния Зелимхана безумны. Великий всемогущий бог наградит того, кто избавит народ, исстрадавшийся от разбойников».

Одновременно и убедительно опубликовывался список абреков, убитых чеченцами же. Кровниками чеченскими. Геха старогортовский, Успа азаматюр-товский, Джебраил ишхаюртовский, Висахан авту-ринский, Геда истисинский, Мусса урусмартановский, Мусса Сератиев, Мута-Али назрановский с братом, Магомет ингушский, Эски старостагинский, Зелимхан гельдыгенский, Эльсануко цацаюртовский, Эдиль-Гирей экажевский, Элихан и Селихан энгельюртовские.

Гамзат-Хасанбек гехинский, Бери черменчугский, Абу-Бакар шалинский, Бийсултан шалинский, Гушмазуко и Солтамурад харачоевские.

Этими двадцатью тремя шейхи подводили базу расслоению чеченской деревни, достигнутому полицейской опекой. Расслоению по линии кровавых счетов межкровнической провокации.

Но сила шейхов не только в воззваниях. Сила шейхов в постоянной близости к пастве. В постоянном учете настроения паствы. В регулировании отношений экономических групп. В поддержании вражды между группами. В личном обогащении.

И шейхи заходатайствовали. Об оставлении их. Обещаясь использовать своих мюридов для поимки Зелимхана. При условии, что мюриды будут вооружены.

Перед властью открылись перспективы долгожданные. Заветные перспективы. Чечня вот-вот кончала с собой. Самоубийством.

И мюриды были вооружены.

В лохмотьях, с винтовками за спинами, они разъезжали по Чечне. Перемежаясь с частями военного отряда. Бывало, что они призывались для содействия чинами отряда. По части обысков. Гостей встречали хозяин и… Зелимхан. Хозяин и Зелимхан водили гостей по комнатам. Те уезжали, не найдя. И Зелимхан весело перемигивался с оставшими мюридами…

Старо-сунженская история подоспела к моменту шатиловского доклада наместнику.

Предание утверждает, что целью ее было покрыть 100000 руб., взыскание которых было предрешено Шатиловым на удовлетворение жертв керкетского побоища.

Официальные источники не вникают в причины. Они кратки.