Зелимхан: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Хорошая бомба была. Я на базаре ее так слышал, будто около меня она выстрелила.

— Если б мы образованные были, какие бомбы мы делали бы. Все это они придумывают.

— Уо, Бетыр-Султан! Воллай лазун, биллай ла-зун, ты верно говоришь.

— Недаром, Джемалдин, я в тюрьме сидел и грамоту знаю немного… Остановись, скачут за Зелимханом. Ярмо надо быкам поправить…

… Под одеялом родных лесов нашел Зелимхана другой Джемалдин. Пшемах-Джемалдин.

— Есть дело, Зелимхан.

— Хорошее дело? — Хорошее дело.

Джемалдин рассказал. Пшемах-Джемалдин. И Зелимхан на Джемалдина долго смотрел.

— Какой такой Джемалдин стал? Раньше абрек был. Потом мирный стал. Теперь абреком опять хочет.

В сторону тоже посмотрел Зелимхан.

— Если такого человека, который самому наместнику зять, в плен возьмем, тогда Бици и Зезык обратно приедут.

— Хорошее дело, Джемалдин. Большое дело. Спасибо, Джемалдин. Вместе сделаем.

Джемалдин от Зелимхана слух понес по Чечне — царское шоссе инженерная комиссия осматривать будет. Инженерная комиссия много денег везет. В инженерной комиссии один инженер — наместника зять. Зелимхан его в плен возьмет. Зелимхан за него большой выкуп возьмет.

Такой слух от Сеида тоже шел. Сеид на дороге мастером работал. У Сеида в доме Кибиров-офицер жил. Если Сеид говорит — знает, значит.

— Инженерная комиссия…

А 1911 года сентября 11 дня: «Я, помощник начальника Гумбетовского участка, коллежский регистратор Саадуев, составил настоящий протокол в следующем:

В 2 часа ночи на 16-ое сентября мною получена записка от делопроизводителя Андийского окружного управления Башкова, что на Андийской пастбищной горе Азал, около 2-ой казенной будки от Ботлиха в Ведено, на инженерную комиссию и команду Дагестанского полка напала шайка Зелимхана и ограбила их…

Вследствие этой записки я выехал на место происшествия, тотчас же выставил по всей границе Терской области строгий вооруженный караул. Прибыв к 4 часам утра на место, нашел в закрытой со всех сторон горными гребнями лощине, в одной версте дальше от 2-ой инженерной будки и в 1 700 шагах от границы Терской области, т. е. на Хоевских общественных покосах по царской дороге… Убиты: производитель работ, контролер, ротмистр Дагестанского конного полка, 10 всадников и 1 разбойник, две лошади. Ранены две лошади, вахмистр Дагестанского конного полка, дорожный мастер и два ямщика.

Допрошенные пастухи-андийцы, находившиеся в 3–4 верстах от места происшествия, жители селения Анди, показали, что в 10 часов утра 15 числа на Хо-евских покосах и на вершинах Абдул-Индук видны были верховые всадники, разъезжающие по хребту. В полдень они исчезли. Спустя часа два послышались выстрелы. Растерявшись и боясь, что баранта их будет похищена, они не смогли оповестить о происшедшем жителей Анди и помощника начальника Гумбе-товского участка.

В 5 часов утра 16 сентября с рассветом я отправился по следам: разбойники с места происшествия вернулись той же дорогой, по которой пришли — до самой вершины Абдул-Индук, где остановились и перевязали раненую ногу брата Зелимхана.

Вся дорога от самого Ботлиха до места происшествия видна с вершины этой горы. Когда комиссия проехала 2-ю будку, разбойники спустились с вершины в ту лощину, где была устроена засада.

Далее от Абдул-Индука следы разбойников дошли до селения Ихарой. Отсюда они спустились в Хоев-ское ущелье. В селении Ихарой я узнал, что подполковник Чикалин освободился из плена и бежал на инженерную будку Эйзенам, расположенную у селения Хой. Прибыв к подполковнику Чикалину, я застал там сотню Дагестанского конного полка с ротмистром Котиевым. Чикалин показал: освободился он от разбойников в одном из ближайших к будке селений, воспользовавшись темнотой и суматохой, происшедшей между разбойниками и жителями селения, которое оказалось селением Макажой. Писарь этого селения Мусалов и почетные люди Яса Галаев, Гам-зат Омар-Оглы и другие видели около 7 часов вечера, что из с. Ихарой спускаются разбойники, и вышли к ним навстречу, стараясь задержать их. Безоружные, они ничего не могли сделать с ними, но освободили подполковника Чикалина. По их словам, разбойники направились далее на запад к Шару-Аргуну, но по доносам тайного доказчика, они приняли направление из Макажой на север, в селение Арой-Аул: по дороге до этого селения были найдены те же следы, которые вели с места происшествия. С вершины покосов селения Арой-аул дорога разветвилась: на селение Ри-гахой и вершину горы Кашкат. Следы разбойников пошли на вершину; не поднявшись до вершины, следы спускались по крутой балке на хутора селения Рига-хой прямо на север. Далее следы были доведены до центра селения Ригахой и далее к селению Мохки, где застали убитыми брата Зелимхана и другого разбойника. По словам всадников, охранявших трупы, разбойники наткнулись на поджидавшую в этом месте команду 2-ой сотни Дагестанского конного полка, и в перестрелке были убиты эти два разбойника, 2 лошади их и одна лошадь всадника, отбито 9 винтовок, чемодан и 2 лошади. Зелимхан с остальными товарищами пустился бежать по маленькой тропе, ведущей в селение Хотины, а команда возвратилась в селение Мохки по другой дороге. Ввиду того, что ротмистр Котиев отправился не по следам разбойников, а в селение Мохки и сотник Гасанилов не пожелал отправиться без разрешения командира далее по следам разбойников, я, ввиду приближения ночи и за неимением с собою всадников, взял направление на восток на Ригахоевские хутора, где переночевал. На 17 число утром рано, объехав все Ригахоевские, Чермоевские и Харачоевские хутора, прибыл на 1-ю будку от Керкет-ского перевала на Ведено. Дорогою от разных пастухов узнал, что с 11 сентября до 13 разбойники находились на Чермой Ламе и на горе Ара и 1.4 числа оттуда исчезли.

Зелимхан, будучи оповещен кем-либо из агентов о проезде комиссии инженеров, заранее, еще с 11 числа, появился на высотах Чермоевских и Ригахоевских гор, посылая своих товарищей и агентов узнать, где лучше и надежнее ему устроить засаду. Увидев, что до озера Эйзенам дорога оберегается строгим караулом, Зелимхан нашел также через своих агентов удобное место и, перейдя 14 числа через Макажоевскую землю на Хоевские покосы, переночевал там и с утра 15 числа с вершины Абдул-Индук наблюдал за проездом комиссии из Ботлиха. За полчаса до прибытия комиссии на вторую будку он с шайкою спустился в лощину, где устроил засаду. Как инженерная комиссия, так и все дорожные служащие были оповещены об устройстве засады, но ни она, ни находившиеся в горах пастухи не дали знать своевременно об этом начальнику участка».

Так написал Саадуев-пристав. В «деле» еще больше написано. Там так написано, что инженерная комиссия из Ботлиха 17-го утром выехала. Долидзе-офицер с нею был. Двенадцать дагестанцев с нею были. Чтобы не видно было, что дагестанцы это, Долидзе на них вольную одежду надел. В первом фаэтоне пять дагестанцев сидели. В последнем фаэтоне тоже пять сидели. И по одному на двух фаэтонах сидели, на кото рых инженеры ехали. Когда из сторожки выезжали, русский подрядчик Илев вахмистра Магомаева позвал.

— Эй, кунак, надо вперед дозорных послать. Вахмистр сказал, что надо послать, и двух дагестанцев позвал.

— Впереди засада есть. Вам надо на разведку пойти.

Вахмистр так сказал, и дагестанцы пошли. Двое. Долидзе-офицер увидел, Долидзе-офицер рассердился очень.

— Не надо, — говорит. — Садитесь и поедем, — говорит.

Когда к повороту подъехали, из-за поворота Зелимхан вышел. В очках, бороду покрасил.