Путь из варяг в греки. Тысячелетняя загадка истории: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Бросив беглый взгляд на археологические карты, обратимся теперь к самим исследованиям. И начнём с кладов. Точнее, с самого популярного из них — Петергофского. «Можно рассматривать этот клад как своего рода „резюме“ некоторого текста… освещающего если не события, то по крайней мере отрезок времени, очень сжато отображённый на страницах Повести временных лет. Время сокрытия, а тем более — время образования Петергофского клада, то есть активной реализации зафиксированных им арабо-хазаро-византийско-скандинавских отношений в пределах Восточной Европы… освещено в отечественных источниках весьма скупо»[119].

Душе норманиста этот клад дорог тем, что в его составе находится монета с нацарапанным на ней греческими буквами именем Захариас. «На сей день это — единственный дошедший до нас от этого времени „автограф“ византийского участника денежно-торговых операций в Восточной Европе конца VIII — начала IX в.», — пишет Глеб Лебедев[120].

Правда, как одно-единственное граффити может свидетельствовать о том, что денежно-торговые отношения вообще были, это знал только сам Глеб Сергеевич. Понятно, что единственная монета (к тому же арабская) с греческой надписью могла попасть к хозяину клада где угодно. Хоть в той же Хазарии, в торговле с которой Византии сомневаться не приходится. А оттуда прийти на берег Балтики, например, Волжским путём.

К тому же, само происхождение Петергофского клада, честно говоря, сомнительно. Клад был обнаружен летом 1941 года, едва ли не в первые дни войны, «при неизвестных обстоятельствах в дачной местности вдоль южного берега Финского залива, предположительно — на одном из участков, примыкающих к Нижнему парку Старого Петергофа»[121]. При этом он совершенно уникален. Из восьми десятков его монет 20 имеют граффити. Это около четверти, в то время как в других кладах надписи и символы есть на двух-четырёх процентах монет. «По составу коллекции отдела нумизматики ГИМ, Государственного музея Грузии и кладов, хранящихся в этих собраниях, было просмотрено более II тысяч монет, на 211 обнаружены граффити. Численность монет с граффити в собраниях музеев Швеции выше: из 9300 дирхемов, отчеканенных между 698 и 898 гг., граффити встречается на 577, т. е. на 6,2 %»[122].

К тому же, «согласно географическому составу дирхемов Петергофский клад образовался из монетного потока, который формировался в западной части Халифата. Монеты так называемого западного потока серебра поступали в Европу благодаря торговле с Хазарским каганатом, проходившей через халифские провинции Джибал, Арран, Арминию, откуда монеты продолжат своё путешествие через южнорусские степи на север, в сторону Поднепровья или бассейна р. Оки…

В отличие от него подавляющее большинство балтийских кладов, обнаруженных в Швеции, Финляндии, Польше, образовались на основе другого потока монетного серебра, который можно условно назвать „восточным“ по месту формирования, или „волжским“ по пути его распространения. Иным словом, он формировался на основе денежного обращения восточных провинций мусульманской империи — Хорасана и Мавераннахра, а попадал в Балтику непосредственно в составе торговых караванов через Каспий и далее вверх по Волге»[123].

Так вот: в Петергофском кладе 70 монет, отчеканенных в Северной Африке и Египте, и четыре — в Ираке и Джибале. Из Хорасана — одна, из Мавераннахра (Средней Азии) — ни одной. Правда, насколько я знаю, самая новая монета в кладе отчеканена как раз в Хорасане (Балх).

Получается совершенно непонятная картина. По качественному составу монет клад принадлжит к западному потоку. По месту выпуска самой молодой — к восточному. Ведь целый ряд учёных считают, что место формирования клада определяется самой поздней монетой. Поскольку-де в пределах Халифата дирхемы разных монетных дворов ходили без ограничений (то есть африканскими деньгами можно было расплатиться и в Средней Азии), но логичнее предположить: на территории, откуда эти деньги привезли, монеты местной чеканки были новее.

Но можно ли делать вывод на основе единственной монеты? Вот знать бы время чеканки иракских дирхемов! Но такой информации я пока не нашёл. Если окажется, что иракские дирхемы были отчеканены раньше африканских, тогда, несмотря на возраст хорасанской монеты, клад, видимо, формировался в Африке или Испании. И, вполне возможно, поступил на берега Финского залива западно-европейским маршрутом, а не через Русь.

Есть у Петергофского клада и другие особенности. К примеру, как следует из таблицы (см. табл. 1) «Клады IX века», взятой Питером Сойером из работы шведского историка Стуре Болина «Mynt och Myntfynd»[124], в нём очень много монет выпуска 700-х годов, то есть самых старых. Их почти 17 процентов, немногим меньше, чем отчеканенных в 780-х или 790-х годах. Такого количества старых монет практически нигде больше нет.

Таблица 1

Клады IX века

Доля куфических монет по десятилетиям (в процентах)

Рис. 1 Граффити Петергофского клада

Между прочим, один из авторов работы, которую я выше цитировал (А. В. Фомин), был среди тех, кто участвовал в публикации граффити Петергофского клада. Так что уж кому, как не ему, знать, что там и как. В результате он пришёл к выводу, что «нет совершенно никаких оснований связывать появление греческого граффити с началом функционирования пути „из варяг в греки“»[125].

В общем, этот подозрительно уникальный клад даже его исследователям ничего не говорит о пути по Днепру — Ловати — Волхову. Кстати, и обнаружен он на южном, а не на северном берегу Маркизовой лужи. То есть его хозяева шли сюда из Прибалтики, а не из Финляндии (думаю, скорее всё-таки «из», а не «в»). А стало быть, большой вопрос: кто они были по национальности? Ведь среди граффити есть скандинавские, тюркские, арабские, а также целый ряд знаков, которые, исходя из желания учёного, могут читаться из разных алфавитов, вроде знака N. В скандинавском — это руна, означающая «соль», в Византии — число 50. А есть такой знак и в тюркских рунических письменах.

Чтобы читатель сам мог составить представление о граффити Петергофского клада, приведу их по упомянутой публикации[126] (см. рис. 1).

Отдаю должное авторам, опубликовавшим не только свои выводы, но и материал, на основе которого они сделаны. Я, конечно, не почерковед, но, по-моему, очевидно, что перед нами монеты, граффити на которые наносилось как минимум четырьмя различными людьми. Монета с греческой надписью отличается тем, что надпись эта «написана на перевёрнутом монетном кружке, а буквы гораздо крупнее, чем у остальных известных надписей восточного происхождения…»[127]. Я бы добавил, что у резавшего это слово человека, скорее всего, не было практики нанесения граффити, а потому буква «I» — неровная, дрожащая. В то время как на других монетах чёрточка проведена прямо.

Вторая группа — две монеты (по каталогу статей № 124 и 127), на которых, скорее всего, нанесены по одной крупной руне «каун». По словам авторов статьи, такая черта характерна для скандинавских рунических надписей на монетах из кладов с родины викингов.

Следующий «больной» — монеты № 130, 134, 135. На них имеется очень распространённый знак N. Как мы помним, он может читаться и из скандинавской, и из тюркской руники, а также означать числительные в византийской или иной переднеазиатской системе счёта. Возможно, сюда относится и монета № 137 с её «двойным крестом» (что, по идее, может означать 20). Нахапетян и Фомин считают их северными, хотя и не обосновывают своего мнения, поскольку рисунки эти, как можно понять из исследования, всё же укладываются между строками арабской «легенды».

Наконец, к четвёртому типу относятся все остальные монеты, граффити на которых выполнены мелко. Тут можно ещё выделить две скандинавские надписи (монеты № 120 и 129). Сказать что-либо относительно происхождения других знаков авторы не берутся. Но скандинавскими признавать их не спешат. По их мнению, среди четырёх сотен представленных в каталоге монет однозначно северные — 14. И половина из них приходится на долю Петергофского клада. Что опять-таки делает его уникальным.

Кстати, ещё об уникальности. Приведу для сравнения монеты из упоминавшегося клада в Кислой (№ 142—164) (см. рис. 2).

Рис. 2. Монеты из клада в д. Кислой

Опять-таки, по-моему, невооружённым глазом видно, что клад этот значительно более однороден. Можете поверить: в остальных кладах та же картина.

Так что Петергофский клад сам по себе представляется свидетельством крайне низкой степени достоверности (хорошо, как это не чья-то старая коллекция, учитывая, что это — Петергоф, место, где во времена императорской России было множество аристократических усадеб). Но даже если его и принимать во внимание, ничего о движении через Русь скандинавов в Византию и византийцев на Балтику он не говорит.

Кстати, Нахапетян и Фомин на основании изучения всех монет с граффити приходят к выводу, что «установленное различие в наборе граффити из скандинавских и восточноевропейских находок свидетельствует о скромной роли северян в экономике Руси в раннее время»[128]. К примеру, на монетах из Швеции надписи встречаются очень часто, а на наших их единицы.

Ну, и к тому же значительная доля монет в Скандинавии происходит, как уже упоминалось, из восточных районов Халифата. Позволю себе привести длиннющую цитату из Сойера. Просто она предельно чётко всё объясняет.

[119] Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 425—426.

[120] Там же.

[121] Там же. С. 424.

[122] Нахапетян В. Е., Фомин А. В. Граффити на куфических монетах, обращавшихся в Восточной Европе в IX—XI вв. // Древнейшие государства Восточной Европы. Материалы и исследования. 1991 год. М: Наука, 1994. С. 144.

[123] Нахапетян В. Е., Фомин А. В. Граффити… С. 140—141.

[124] Сойер П. Указ. соч. С. 296—297.

[125] Нахапетян В. Е., Фомин А. В. Указ. соч. С. 141.

[126] Нахапетян В. Е., Фомин А. В. Указ. соч. С. 201—202.

[127] Там же. С. 152.

[128] Нахапетян В. Е., Фомин А. В. Указ. соч. С. 169.