Трактат о Явлениях Ангелов, Демонов и Духов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В писаниях Ветхого Завета истина эта представляется, правда, не в такой степени ясности и определенности, как в Новом Завете, но тем не менее представляется довольно ясно. Так, в книгах Ветхого Завета передается много таких событий, в которых нельзя не видеть действий, свойственных Ангелам-хранителям. Таковы напр. следующие события: Ангел был видимым спутником Товии в Раги, избавил его от опасности при Тигре, давал ему благотворные советы, располагал все ко благу и, что всего более послужило к счастью благочестивого семейства, устроил исцеление Товита[51]. В книгах Царств говорится, что Пророк Илия в своем дивном служении неоднократно получал и пособие, и наставления, и руководство от Ангела[52]. Авраам, посылая раба своего для снискания жены сыну своему, говорит ему между прочим: Господъ Бог… послет Ангела Своего пред тобою, и поимеши жену сыну моему Исааку оттуду[53]. Есть места в Ветхом Завете, которые по единогласному пониманию занимавшихся толкованием Писаний Ветхого Завета Отцов Церкви, заключают учение об Ангелах-хранителях. Таковы, главным образом, следующие места: ополчится Ангел Господень (с подлинника еврейского: ополчатся Ангелы Господни) окрест боящихся Его и избавит их[54], и другое следующее место: не приидет к тебе зло и рана не приблизится телеси твоему. Яко Ангелом своим заповесть о тебе, сохранити тя во всех путех твоих[55]. Достаточно ясные указания представляет Свящ. Писание и в пользу той мысли, что и каждое человеческое общество, каждый народ и каждая церковь имеют своих особых Ангелов-хранителей. Так, Пророк Даниил говорит о молитвенном предстательстве пред Богом двух Ангелов-народоблюсти-телей, Ангела-народоблюстителя, или князя Персидского Царства и Ангела-народоблюстителя народа Израильского. Первый Ангел молил Бога об удержании народа Израильского под владычеством Персидского Царства, другой, напротив, молился об освобождении этого народа от ига персидского. Даниил говорит также, что именно с этими двумя Ангелами обращался с молитвою к Богу Ангел-князь Эллинского Царства[56]. Если же не только народ Израильский, но также и народы Персидский и Эллинский имели своих особых Ангелов-покровителей, то отсюда можно с правом заключить, что и каждый другой народ имеет своего Ангела-хранителя. — Евангелист Иоанн в первой главе Апокалипсиса передает слова Господа о седьми Ангелах седьми церквей Малоазийских[57]. Правда, как мы сказали уже, под именем Ангелов здесь должно разуметь и епископов этих церквей, но в то же время, по учению Отцов Церкви, здесь должно видеть и выражение той истины, что каждая церковь имеет своего Ангела-хранителя. «Я уверен, говорит напр. Григорий Богослов, что особенный Ангел покровительствует каждую церковь, как научает меня Иоанн в откровении»[58].

Эта истина всегда ясно признавалась православною церковью. Святой Василий Великий писал к пресвитерам Никопольским: «вас печалит, что извергнуты вы из ограды стен: но вы водворяетесь в крове Бога Небесного и с вами Ангел-хранитель церкви»[59]. Григорий Богослов, прощаясь с кафедрою Константинопольскою, восклицал: «простите Ангелы, назиратели сея церкви»[60].

Итак, существование и явления Ангелов в Св. Писании и в церкви представляются несомненными свидетельствами.

ГЛАВА IV

В каком виде являлись добрые Ангелы?

Более обыкновенный вид, в каком, по сказаниям Ветхого и Нового Заветов, являлись добрые Ангелы, — был человеческий: в таком виде являлись они Аврааму, Лоту, Иакову, Моисею, Иисусу Навину, Маною — отцу Самсона, Давиду, Товии, пророкам. Ангел, явившийся Иисусу Навину в равнине Иерихонской, имел вид воина, так что Иисус должен был спросить его: «Наш ли еси или от супостат наших?»[61]. В человеческом образе являлись Ангелы святым женам, по воскресении Спасителя.

Но иногда Ангелы являлись и не в человеческом, а в каких-нибудь других образах; так напр. Моисею явился Ангел в горящей купине[62] и путеводил Израильтян по пустыне в виде столпа днем облачного, а ночью огненного[63]. Псалмопевец говорит, что Бог, для приведения в исполнение Своей воли, творяй Ангелы своя духи и слуги своя пламенъ огненный[64]. У Пророка Иезекииля Херувимы представляются в виде полулюдей и полуживотных с человеческими туловищами, с орлиными крыльями и воловьими ногами; головы у них различны: или человеческие, или воловьи, или львиные или орлиные: два крыла у них распростерты, а двумя другими прикрывают они все свое тело; они сияют, как раскаленные уголья, как горящие лампады, как освещенное молнией небо. — Это поистине грозное зрелище.

Ангел, являвшийся Даниилу[65], имел человеческий образ, был одет в льняную одежду и чресла его были опоясаны уфазским поясом; тело его как хризолит, лицо как молния, очи его, как горящие лампады, руки и ноги его, как блестящая медь полированная, и звук его слов, как голос шума.

Святой Иоанн Богослов видел вокруг престола Всесвятейшего четырех животных (которые, без сомнения, были четыре Ангела), у которых было множество очей спереди и сзади. «И первое животное подобно льву, второе животное подобно тельцу, третье животное имело лице, как человек, и четвертое животное подобно орлу летящему. И каждое из четырех животных имело по шести вокруг крыл; ни днем, ни ночью они не имеют покоя, говоря Свят, Свят, Свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и будет»[66].

Ангел, поставленный пред входом в земной рай, был вооружен пламенным мечом[67]. Ангел, явившийся Валааму и грозивший умертвить у него ослицу[68], — Ангел, явившийся Иисусу Навину в равнине Иерихонской[69] и Ангел-каратель, явившийся Давиду[70], — были также вооружены мечами. Ангел Рафаил, сопровождавший молодого Товию в Мидию, имел вид путешественника[71]. Лицо Ангела, которого видели святые жены при гробе Спасителя, который отвалил от этого гроба огромный камень и сидел на нем, было светло, как молния, и одежда его была бела, как снег[72].

Ангел, который, по сказанию книги Деяний Апостольских[73], освободил Апостолов из темницы и заповедал им безбоязненно свидетельствовать о Христе во храме, являлся также в человеческом образе. В высшей степени замечателен способ, как этот Ангел освободил Апостолов из темницы: слуги, посланные первосвященником в темницу затем, чтобы взять оттуда Апостолов и привести их на судилище, нашли темницу запертой и стражей стоявшими у дверей ее, но отворив ее, они не нашли в ней никого[74]. Каким образом Ангел мог вывести Апостолов из темницы, не повредив дверей при этом, когда, кроме них, конечно, не было никакого другого выхода, и вывести так, что этого не заметили ни стражи, ни другие заключенные, это превышает наше разумение. Но это так же точно было возможно, как возможно было то, что Спаситель телесным образом восстал из гроба, не раскрыв его при этом и даже не повредив приложенной к нему печати, что Он прошел сквозь затворенные двери в комнату, в которой собраны были Апостолы[75], говорил со своими учениками, шедшими в Эммаус, будучи не узнан ими, потом открыл им глаза и стал для них невидим[76]; как возможно было то, что Он в продолжении сорока дней по своем воскресении являлся своим ученикам, ел, пил и беседовал с ними; но при всем этом был видим только для тех, кому, по предопределению Небесного Отца, суждено было свидетельствовать о его воскресении.

Иногда Ангелы, равно как и сам Бог, являлись без всякого видимого для глаз образа, а давали знать о своем присутствии громким голосом, посредством нравственных внушений, посредством выразительных явлений природы, посредством снов, откровений неизвестного будущего или прошедшего; иногда они наводили на людей помрачение, ослепление, оцепенение, давая таким образом им чувствовать гнев Божий к ним. Так, когда Бог говорил с Моисеем на Хориве и сообщал ему закон[77], Израильтяне не видели при этом никакого подобия Божия; когда Архангел Гавриил сообщал Даниилу о судьбах великих царств, имевших существовать одно после другого, то он был видим только для одного Даниила, а другие мужи, которые при этом были, не видели явления, но ужас великий напал на них, и они убежали в страхе[78].

Когда Господь в первый раз беседовал с Самуилом и известил его о несчастии, которым Он определил наказать дом первосвященника Илии, то отрок Самуил не видал при этом никакого образа, а слышал только голос один, который сначала принял он за голос первосвященника Илии. Содомляне сначала видели пришедших в дом Лота Ангелов, но потом, когда они вознамерились силою ворваться в дом Лотов, то теми же самыми Ангелами были ослеплены и не могли найти дверей дома.

Святой Киприан рассказывает, что во время гонения христиан в Африке, заболел один епископ и в продолжение своей болезни постоянно и неотступно просил, чтобы его напутствовали Святыми Тайнами, — и вот однажды он увидел пред собой юношу величественного вида и с светлыми, проницательными глазами. Грозно и с гневом обратился к нему Ангел с такими словами: «Ты боишься страданий, ты умираешь неохотно; чего же ты хочешь от меня?» Когда епископ узнал, что этот упрек относился и ко всем верным, он собрался с последними силами и сделал увещание всем к мужеству в наступающих страданиях; после этого он приобщился Святых Тайн и скончался в мире. Церковная история представляет множество подобных явлений Ангелов в человеческом образе.

Многие из древних усвояли Ангелам телесность, потому что, основываясь на авторитете апокрифической книги Еноха, в известном месте книги Бытия[79], где говорится, что сыны Божии, увлекшись красотой дщерей человеческих, вступили с ними в супружеские связи и родили от них исполинов, под именем сынов Божиих разумели Ангелов. Это мнение, всеми отвергнутое в настоящее время, было разделяемо некоторыми из древних писателей и Отцов Церкви[80] и даже некоторыми из новейших мыслителей, которые, подобно древним, признавали, что Ангелы, демоны и человеческие души не лишены некоторой телесности. Но это мнение не согласно с учением православной церкви, которая верит, что Ангелы совершенно чужды всякой материальности.

Конечно, при том взгляде, что природа Ангелов не чужда некоторой материальности, чувственное, видимое явление их гораздо легче объяснить, чем совершенную бестелесность[81]. Но у нас дело идет не о каком-нибудь философском вопросе, — относительно которого можно было бы делать такие или другие гипотезы и выбирать из них те, которыми лучше объяснялось бы дело и с помощью которых лучше разрешались бы сомнения и опровергались бы возражения возможные относительно действительности и способа совершения явлений, о которых идет речь. Наш вопрос решен и все сомнения относительно его устранены. Христианская церковь и христианские школы признают, что Ангелы, демоны и человеческие души совершенно свободны от грубой материальности и что в тоже время добрые и злые духи и отшедшие души иногда являются по Божией воле. Этого мнения и должно держаться.

ГЛАВА V

О явлении злых духов и образе их явлений

Книги Ветхого и Нового Заветов и Церковная история передают также много опытов явления злых духов. Первое известнейшее и самое зловредное для человека явление диавола, — это то, когда он под видом змия явился к Еве и искусил ее[82]. С тех пор образ змия самый употребительный, чувственный образ диавола. В Свящ. Писании диавол часто называется древним змием[83], — говорится, что адский дракон будет сражаться с женою, под видом которой представляется церковь, и что он будет поражен Архангелом Михаилом и свержется им с высоты небесной[84]. Из книг Ветхого завета известно, что в этом образе он был почитаем язычниками. В Вавилоне напр. воздавали божеское поклонение живому дракону, которого Даниил умертвил, дав ему проглотить состав из разных ядовитых веществ[85]. У язычников быль род гаданий посредством змей, который назывался у них офиомантией.

Египтяне, Греки и Римляне почитали змей и смотрели на них, как на что-то божественное. Воздавали гадам божеское почитание[86]. Блаженный Августин[87] передает, что Манихеи признавали змия за Христа и говорили, что это животное, подав известный совет Адаму и Еве, чрез это самое открыло им глаза. По общепринятому мнению, выражения Абраксас или Абрахадабра[88], которые считались священными у древних еретиков Василидиан, которые, подобно Манихеям, признавали два начала всех вещей, доброе и злое, — по своему начертанию представляли образ змея. Абраксас с еврейского значит злое начало, или отец зла, — Аб-ра-хад-аб-ра — означает также единый отец зла, или единое злое начало.

Блаженный Августин[89] замечает, что ни одно животное не употреблялось так часто при волхованиях, как змея, как бы в наказание за то, что она соблазнила первого человека. Впрочем, более обыкновенный вид, в каком демон являлся людям и искушал их, — это образ человеческий: вероятно, в таком виде явился он Иисусу в пустыне (Матф. IV) и искушал его. Почти во всех тех явлениях диавола, которые в таком бесчисленном множестве передаются нам житиями Святых, он имел человеческий образ. Для того, чтобы представить фактические доказательства действительности явлений диавола и несколько примеров на то, в каком именно виде и зачем являлся он, представляем несколько фактов его явления, заимствованных из жизнеописаний Святых.

Незадолго до нашествия Персов на Греческую империю, во второй Киликийской епархии в городе Адане, с экономом соборной церкви этого города Теофилом случилось такое происшествие.

Теофил отличался и всем известен был безукоризненно-честным и в высшей степени деятельным выполнением своих обязанностей по должности и своими христианскими добродетелями. Он был глазом и десницею своего епископа. Он был отцом для сирот, питателем для вдов, щедрым подателем для нищих, заступником для обижаемых, помощником для беспомощных, и потому пользовался всеобщею любовью и уважением. И когда епископ Аданы умер, то все единодушно желали, чтобы епископом был сделан Теофил, и обратились об этом с просьбою к киликийскому первопрестольному архиерею. Архиерей разделил общее желание. Но Теофил, по чувству христианского смирения и по слишком высокому уважению к епископскому сану, решительно отказался от принятия на себя этого сана. Напрасны были все просьбы к нему об этом со стороны всего народа, клира и первопрестольного архиерея. Теофил остался при своем решении. Принуждены были сделать епископом другого, а Теофил остался при прежней экономской должности. Несмотря на безукоризненно-честную жизнь Теофила, нашлись люди, которые по внушению духа злобы и зависти начали клеветать на Теофила пред епископом и обвинять его в самых непотребных вещах. Епископ, сам хорошо зная Теофила, как человека в высшей степени благочестивого и добродетельного, сначала долго не давал никакой веры этим клеветам и обвинениям. Но так как они не прекращались, а все более и боле усиливались, то епископ мало-помалу стал верить им и решился наконец удалить Теофила от экономской должности под тем предлогом, чтобы дать ему покой от продолжительных тяжелых трудов. Теофил беспрекословно повиновался. Теперь зависть и злоба демона приняли другое направление. Прежде он действовал чрез других людей, теперь он начал всеми силами действовать на душу самого Теофила. Демон стал возбуждать и развивать в нем такую мысль, что он подвержен от епископа совершенно несправедливому унижению, что за его труды и добродетели ему заплатили оскорблением и пренебрежением. Мало-помалу эта мысль развилась в Теофиле до такой степени, что он наконец вообразил, что он всеми в высшей степени унижен, оскорблен, поруган, и в связи с этим скоро его душою овладело непреодолимое желание как можно более возвыситься между людьми. Он сильно возжелал теперь на первых порах, по крайней мере, получить свою прежнюю должность. Властолюбие до того овладело Теофилом, что он решился наконец, для выполнения своих честолюбивых желаний, искать помощи у волшебства и бесовской силы. И вот он отправляется к известнейшему в то время волхву и чародею, открывает ему свои желания и со слезами просит у него помощи, обещая должное вознаграждение. Волхв с радостью соглашается помочь несчастному и, обнадежив его, велит ему прийти к себе в следующую ночь. Теофил ушел обрадованный, и в следующую полночь опять является к чародею. Волхв ведет его на ипподром, т. е. на место конских ристалищ, и говорит ему: если ты увидишь какое-нибудь видение, или услышишь какой-нибудь голос, не пугайся и не совершай крестного знамения. Теофил соглашался на все и тотчас пред их глазами возникло такое привидение: они увидели множество странных лиц, разодетых в разные светлые платья и со свечами в руках. Это был сонм демонов; они славословили своего князя-сатану, который с гордостью и надменностью восседал среди них. Волхв взял Теофила за руку, ввел его в сборище и предстал с ним пред князем демонов. Сатана спросил волхва: «Зачем ты привел к нам этого человека?» Волхв отвечал: «Я привел к тебе его, господин мой, потому, что он очень много обижен своим епископом и просит твоей помощи». Сатана сказал на это: «Как я помогу человеку, который есть раб Своего Бога? Если же согласен сделаться моим рабом и поступить в число моих слуг, в таком случае я ему так помогу, что он получит власть большую той, какую он имел прежде и даже той, какую имеет епископ». «Слышишь, что говорит князь», сказал волхв Теофилу. «Слышу», отвечал Теофил, «и сделаю все, что только прикажет он мне», — и с этими словами он повергся к ногам бесовского князя и начал лобызать его ноги. Тогда диавол сказал, обращаясь к Теофилу: «Пусть этот человек отречется от Сына Марии и от нее самой, потому что я их глубоко ненавижу. И пусть это отречение он напишет своею собственною рукою и отдаст эту рукопись мне; и тогда пусть требует от меня всего, чего ему угодно; я все исполню». «Я согласен сделать все, что бы ты ни повелел», сказать Теофил, «лишь бы я получил то, чего желаю». Услышавши это, сатана простер свои бесовские руки и начал обнимать и лобызать Теофила, говоря при этом: «Радуйся, мой искренний, верный друг!» — Потом Теофил произнес отречение от Христа и его Пречистой Матери, написал это отречение на заранее приготовленной для этого волхвом бумаге, запечатал ее и отдал князю тьмы. И дружески обнявшись и облобызавшись, новые друзья расстались. Сатана с своею свитой сделался невидим. А Теофил и волхв с радостью отправились домой.

На другой день после этого происшествия, епископ, нужно полагать, по внушению от Бога, а не от диавола, раскаялся в том, что он отставил от экономской должности Теофила, призвал его к себе и снова возвел его на эту должность и при этом вручил ему власть во всех церковных делах вдвое большую той, какою он владел прежде. Епископ потом даже публично пред целым клиром и народом просил у Теофила прощения за сделанное ему им оскорбление. И весь почет и уважение от всех, какими пользовался Теофил прежде, не только опять возвратились к нему, но сделались еще несравненно больше прежнего. Честолюбие Теофила было удовлетворено: он был успокоен. Но недолго продолжалось это гибельное спокойствие. Милосердный Господь не дал погибнуть грешнику до конца. Скоро он возбудил в его сердце раскаяние. Скоро Теофил ясно сознал и глубоко почувствовал все несчастие своего положения. Раскаяние его было слишком глубоко и искренне; день и ночь проводил он в слезах о своем беспредельном оскорблении Господа и Пречистой Его Матери, о своем глубочайшем падении. И как ни велика была его виновность пред Богом, мысль о беспредельном милосердии Божием, не хотящем, да кто погибнет, но да вси в покаяние приидут, — внушала ему надежду на помилование и дерзновение обратиться к Премилосердому с молитвою о прощении и спасении. И вот Теофил оставляет все свои занятия по службе и решается все свои силы и все время употребить на исходатайствование себе прощения у Господа; — для этой цели он заключается в одной Церкви Божией Матери и здесь, пред иконою Пресвятой Девы, целых сорок дней и сорок ночей проводит в постоянном, глубоком сокрушении о своей греховности, в строжайшем посте и постоянной слезной молитве о своем помиловании. Наконец, по прошествии сорока дней, в полночь, когда Теофил по обыкновению молился, является к нему Божия Матерь и говорит ему: «Зачем же ты так бесстыдно обращаешься, взываешь и молишься ко Мне, чтобы я помогла тебе? ведь ты же отрекся от Сына Моего и от Меня! Как же я стану молиться за тебя к Сыну и Богу Моему, когда ты отдался диаволу и дал ему в этом рукописание, — когда ты раб диавола? И я Сама не могу терпеть оскорблений Сыну Моему и Богу. Я могу простить тебя в том, в чем ты согрешил против Меня, — но озлоблений и оскорблений, которые вы делаете Сыну Моему, вторично распиная Его таким образом, я не могу видеть и слышать. От совершивших такие озлобления и оскорбления потребны многие подвиги и глубокое сердечное сокрушение для того, чтобы они были помилованы Господом, поелику Он хотя премилосерд, но вместе есть и Судия праведный, воздающий каждому по делам его». Теофил, ободренный явлением Богоматери, выразил пред ней все свое глубочайшее сокрушение, все свое искреннейшее раскаяние, и принес к ней пламенную, слезную молитву о заступлении за него пред Господом и исходатайствовании ему помилования. — Увидев искреннее и глубокое раскаяние Теофила, Матерь Божия повелела ему произнесть православное исповедание веры. Теофил с искренним чувством исполнил это повеление. После этого Богородица обещала ему помолиться за него пред Господом и скрылась. Теофил по-прежнему продолжал непрестанно сокрушаться и молиться. Чрез три дня опять является к нему Матерь Божия с радостным лицом и светлыми очами — и возвещает ему, что его раскаяние благоугодно Господу, что молитва его услышана, и что ему даруется Богом помилование под тем только условием, чтобы он впредь до конца своей жизни оставался верным Богу. Теофил высказал искреннейшее благодарение к Премилосердному Господу и к Его Пречистой Матери и искреннейшее желание и готовность во все дни живота своего быть преданным Господу, и молил Матерь Божию о том, чтобы ему было возвращено данное им демону рукописание. — Богородица сделалась невидима. Чрез три дня, в продолжение которых Теофил по-прежнему пребывал в посте и непрестанной молитве, когда он наконец, уже слишком удрученный подвигом покаяния, уснул, он в сонном видении увидел, что Матерь Божия несет к нему это рукописание. От радости он проснулся и действительно увидел, что рукописание это лежало на его груди. После этого Теофил частью от перенесенных им духовных трудов, частью от необыкновенной радости впал в какое-то полумертвое состояние. Пришедши в сознание, он принес достодолжное благодарение Богу и премилосердой Заступнице рода христианского, и потом для большего очищения себя пожелал совершить публичную исповедь. Для этой цели он во время Богослужения явился к Архиерею, рассказал ему всю историю своего падения и спасения и просил его огласить эту историю во всеуслышание, для общего назидания. Просьба его была исполнена. Вся история была оглашена пред всем народом и епископ потом произнес приличную случаю речь. В продолжение всего этого Теофил лежал у ног епископа и плакал. Потом Теофил был приобщен Святых Тайн и весь народ принес хвалу и благодарение Господу Богу. — Остальное краткое время своей жизни Теофил провел в подвигах молитвы и воздержания[90].

Святой Священномученик Киприан[91], который до своего обращения в христианство был волшебником и имел непосредственные сношения с демонами, сам рассказывает о себе следующее: «Поверьте мне, говорит он, я видел самого диавола, свидание с ним я вымолил у него многими жертвоприношениями; встретившись с ним, я обнимал и лобызал его и наслаждался беседами его и почетнейших его служителей».

ГЛАВА VI

Об одержимых злыми духами

К явлениям злого духа между людьми справедливо причисляется так называемая бесноватость. Бесноватые, или одержимые злым духом, бывают двух родов: на одних из них злой дух влияет только отвне, другими же он владеет внутренним образом, владеет всем их существом, заставляет их изрыгать Богохульства, говорить на языках, которым они совершенно не учились, открывает им разные сокровенные вещи, знакомит их с разными темными предметами философии и теологии.

Возможность и действительность бесноватости не подлежит никакому сомнению. Они ясно утверждаются как Св. Писанием, так и учением Церкви. Св. Писание с одной стороны сообщает нам много фактов бесноватости, с другой передает, что Сам Иисус Христос и его Апостолы признавали бесноватых действительно одержимыми злыми духами.

Саул был одержим злым духом[92]; злой дух от времени до времени возбуждал в к нем тоску, гнев и зависть в отношении к Давиду; или даже, если Саул приходил в гнев по каким-нибудь естественным причинам, демон овладевал им и приводил его в ярость. Бесноватые, о которых говорится в Евангелии[93], что они громко кричали, что Иисус есть Христос, что Он прежде времени пришел их мучить, что Он Сын Божий, представляют, очевидно, несомненный пример одержимых злым духом.

Сара, дочь Рагуила, которая была одержима демоном Асмодеем, который умертвил семь первых ее мужей[94], те люди, о которых повествует Евангелие, что они были заражены неисцелимыми недугами и болезнями, которые испускали изо рта пену, неистовствовали, избегали человеческого общества, которые были так сильны и страшны, что их нужно было связывать цепями для того, чтобы предохранить других от их нападений, — все это, очевидно, были одержимые злым духом.

Спаситель, в доказательство своего небесного посланничества, указывает на исцеление Им бесноватых. Он опровергает Фарисеев, которые говорили, будто Он изгоняет бесов силою вельзевуловою; Он доказывает, что изгоняет их силой Божией[95]. Он говорил с демонами, жившими в бесноватых, угрожал им, повелевал им молчать. Все это очевидно доказывает, что Иисус Христос смотрел на бесноватых, как на действительно одержимых злыми духами. Подобно своему Божественному Учителю, Апостолы и первенствующие христиане также смотрели на них, как на одержимых злыми духами.

Когда семьдесят учеников Христовых, возвратившись с своей Апостольской деятельности, отдавали Иисусу Христу отчет в своих трудах, они, между прочим, сказали Ему, что и самые бесы им повинуются. По воскресении Своем Иисус Христос обещал своим ученикам, что они во имя Его будут творить чудеса, изгонять бесов и получать дар пророчества[96]. Все это и исполнилось буквально. Сами враги христиан, Иудеи и язычники, так как они сами были очевидцами чудесных изгнаний демонов из бесноватых, совершаемых Иисусом Христом, Его Апостолами и вообще христианами, не отвергали действительности этих изгнаний, а только объясняли их по-своему; одни приписывали их силе князя бесовского, другие силе магии, силе известных трав и пр.

[51] Тов. V, 4-17; VI, 2-18; IX, 1–6, XI, 2-14.

[52] 3 Царст. XIX.

[53] Быт. 24 гл., ст. 7.

[54] Псал. 33, ст. 8.

[55] Пс. XC, 10–11.

[56] Дан. X, 20.

[57] Ап. I, 20.

[58] Слов. 42, Твор. св. Отцов в русск. перев., том 4, стр. 33.

[59] Письм. 230, Твор. св. Отц. Васил., ч. I, стр. 177.

[60] Слов. 42, том 4, стр. 50.

[61] Иисус Нав. V, 13.

[62] Исх. III, 3, 4.

[63] Исх. XIII, 21, 22.

[64] Псал.103, 4.

[65] Дан Х, 5, 6. Текст приведен по перев. Архим. Макария.

[66] Апок. IV, 6–8.

[67] Бытие III, 24.

[68] Числ. XXII, 22, 23.

[69] Иис. Нав. V, 13.

[70] I Пар. XXI, 16.

[71] Тов. V, 5, 6.

[72] Мф. XXVIII, 3.

[73] Гл. V, 18–20.

[74] Деян., гл. V, ст. 23.

[75] Иоан. ХХ, 19–26.

[76] Лук. XXIV, 15–31.

[77] Втор. IV, 15

[78] Дан. X, 48.

[79] Быт. VI, 2.

[80] Joseph. Antig. lib. I, c. 4, Philo, De Gigantibus, Justin. Apol.,Tertul. De anima. Vide commentatores in Gen. IV.

[81] По сравнению с Богом Единым, Несравнимым, как замечает Св. Иоанн Дамаскин, — все оказывается грубым и вещественным (Изложение вер. кн. 2 глав. 3).

[82] Быт. III, 1-23.

[83] Апок. XII, 9.

[84] Апок. XII, 7–9.

[85] Дан. XIV, 23–26.

[86] Aelian, Hist. animal.

[87] Aug., Tom VIII, p. 28, 264.

[88] Abracha — отец зла, или злой отец.

[89] Aug. de Penes. ad lit. I, 2, c. 18.

[90] Чет. Мин. месяца июня 23 день.

[91] Там же, октябрь месяц, 2-й день.

[92] I Царств XVI, 14, 15.

[93] Мф. VIII, 29; Мар. I, 24.

[94] Тов. III, 8.

[95] Мф. 12 гл., ст. 24–29.

[96] Луки X, 17.